Чтение онлайн

Комья земли фонтаном полетели из под когтей, я в момент расширила вход в нору, сунулась туда и озадаченно чихнула. Еще раз понюхала и снова чихнула. Потом рассердилась, нырнула вглубь, как в прорубь с вышки, поймала в темноте то, что там металось, пищало и брызгалось, и вытащила на свет. Выплюнула. Гы...

– Ты тоже оборотень, получается? Фу блин... кончай вонять, свои!

Карл:

Это что за...? Я пялился на откопанное и выплюнутое нечто и не находил слов. Ещё один оборотень?! А не много ли нас таких на один квадратный метр развелось? И как это Древорубы шлюзами прохлопали? Они же всех кьяром проверяли. Интересно...

Я ухватил недоразумение за шкирку и чуть встряхнул, ловко увернувшись от вонючей струи из под хвоста. Вот поганец! Запах зверский! Пришлось отойти чуть в сторону от уже обрызганного куста и задержать дыхание. Медоедочка вон носом взрытую землю перепахивает, мордочку лапами оттирает, рычит, шипит. Ругается. Сказать ей, что при обороте запах пропадет? Нет, сначала разберемся с диверсантом.

– А ну цыц! И кто тут у нас?
– я ещё раз чуть встряхнул черно-белую толстую и пушистую белку.
– Для начала ты мне расскажешь, как ты воздействие кьяра обошёл...

Неужели есть какой-то хитрый способ, о котором я не знаю?! Я-то в лоб действовал, за счёт мастерства и жесточайшего контроля над собой справился. А это перепуганное недоразумение может так же? Ни за что не поверю. Я единственный, неповторимый, уникальный и вообще... Зверёныш что-то пискнул на своём зверином. Я тряхнул ещё раз. Что, совсем зеленый?

– Я задал вопрос, - на этот раз я подкрепил слова именно ментальным посылом.

Недоразумение снова пискнуло. Та-ак. Мне кажется, или он молчит, потому что говорить не может? Лапками машет, хвостом машет, пищит... но не кусается и больше не пробует навонять и удрать. То есть, сотрудничает, как умеет, но выходит, он вообще менталом никогда не пользовался?! И оборот, получается, первый? А без ошейника, чтоб его выхлопом об комету, первый ментал не так-то просто настроить. Дрессировщики знают, что делают, когда на новеньких его напяливают.

– Ясно. Не дергайся, не съем. Пока.

Кто-то из оборотней погулял, вот и уродилось. Нечасто, но бывает. Потомки оборотней от людей обычно слабые, их даже кьяр не берет. Удивительно, что перекинулся. Наверняка с жуткого перепугу, еще реже, но тоже бывает. И, похоже, вонючка застрял в звериной шкурке. Гы. Мда.

Девчонка... Точка, наконец, сообразила, что как минимум человеческий нос менее чувствителен к запахам, чем барсучий, и перекинулась. Обнаружила, что зверская вонь просто исчезла. Удивилась. Насупилась. На меня посмотрела недовольно, словно это я на нее навонял.

– Это моя добыча, - но так, вроде без наезда, просто ставит в известность.
– Не знаю, нафига он мне нужен, но вдруг пригодится? Не поломай, смотри! А то видела я уже... ни скафандра целого, ни скунса.

Точно, она не медоедка, а хомяк. Офигеть. Впрочем, всё, что хотел, я уже выяснил. Так что я широко улыбнулся и вонючку ей вручил. Чужого добра мне не надо. Хочет возиться? Мне же легче! А то, наверное, пришлось бы думать, как его обратно в человека возвращать. Всё-таки свой, оборотень, хоть и козявка. Или не надо в человека? Хм, пожалуй, пусть зверушкой сидит, компактный, в карман можно запаковать. Или за шкирку в пасти потаскать.

– Твоё, так твоё. Всё, на базу? Или ещё что-то откопать надо?

Девчонка зверушку забрала, но без энтузиазма. Ну да, вонь-то такая, что впору противогаз искать. Шикнула на него и запихнула в узел из целого скафандра. Подумала и узел обратно мне протянула. С таким видом невинным - ну, типа, ты же нёс уже, какая тебе разница, один или два?

Вот хитрая морда. Но симпатичная, не отнять. А сиськи еще симпатичнее... и ракурс, там, у норы, вообще был охренеть. Я чуть это самое и не осуществил, забыв обо всем. Типа, война-войной, а секс - это святое. И медоед во мне был со мной полностью согласен.

Отказываться от дополнительного кулька я не стал. Нет, ну не девчонку же нагружать в самом деле. И вообще, настраиваюсь на суровый походный лад, нам до цели еще чапать и чапать, а у меня тут всякие части тела самопроизвольно отвлекаются и идти мешают!

– Пошли?

Девчонка сноровисто увязала еще один маленький узелок, по-моему, с чем-то бабским, маленьким - пустотника мне в шлюз, когда успела откопать? Потом пристроила в веревочную перевязь за спиной свою боевую сковородку, по-медоедски ухмыльнулась, проверив, насколько легко она выхватывается, и кивнула:

– Двинули.

Мы и двинули.

До базы дошли быстро, минут за двадцать. Прямиком через парк, лесом наш великанский вольер не назвать. Уже на подходе к зданию я понял, что слегка ступил. Лучше бы в обход. Вряд ли девочку порадует труп Затейника в том виде, в каком я его оставил. Одно дело - следы от выстрелов, а в остальном - всё чистенько, а другое... Я резко повернул и буркнул:

– С той стороны зайдём. Так, на базе должна быть нормальная еда. Ты есть-то хочешь?

Лично я хочу, так что по расписанию у нас обед независимо от её ответа. Впрочем, моя спутница только молча кивнула, с любопытством осматриваясь по сторонам. Пустотника мне в шлюз, неужели бывают идеальные женщины? Те, которые говорят мало и только по делу?

На базу я зашёл первым, на всякий случай прислушался. Я, конечно, был внимателен, но вдруг кто-то уцелел или выполз откуда-то? Девчонка осталась снаружи, но она так выразительно принюхивалась и крутила головой, что я сам чуть не засмотрелся. Мне кажется, или ее вообще не смущает запах паленой крови и... э... трупы, они такие. Выделяют всякое, неблаговонное. Запах насильственной смерти. А эта только любопытствует от всей медоедской души, никакого... э. А какого? Это ж медоедка!

В здании никого внезапно ожившего не появилось, так что я махнул, что заходить можно. Девочка тут же проскочила мимо меня, остановилась по центру помещения, внимательно осмотрела следы побоища. Сейчас, как пить дать, что-нибудь ляпнет о моей хозяйственности.

– Ну ничего ты так развлекся, - с неким даже одобрением выдала она через минуту.
– И даже дом не поломал нафиг совсем. Пошли еду искать?

Я поскрёб затылок.

– Иди, я догоню. Скафандры проверю... да и вообще, прибраться надо за собой.

– Офигеть, какой ты вдруг хозяйственный, - хмыкнула Точка, вытрусила из узла свою белку? своего бельчонка? своего зверька?, посадила себе на плечо и потопала куда-то вверх по лестнице, принюхиваясь на ходу. Я заметил, как ее симпатичное девчачье личико заострилось, принимая некоторые черты звериной морды, а немного курносый нос потемнел, становясь похожим на барсучью пуговицу. Нда... девочка уже освоила полуоборот. Непростая девочка, ой, непростая!