Чтение онлайн

— Никогда больше так не говори.

Собрался уйти. Но я не я, если не встряну еще сильнее, чем есть. Ну кто меня вообще за язык дергает?

— Ответов не будет?

Захлопнул дверь, во второй раз уже. Ударил кулаком по деревянному полотну, я аж моргнула несколько раз и судорожно сглотнула, от вида оставшейся вмятины. Медленно развернулся.

— Какие тебе нужны ответы? Все считают, что ты погибла. Первое. Если ты явишься живой, тебе не жить. Это второе. Десять дней ты будешь здесь. Это третье. Что не понятно?

— Всё непонятно… — голос дрогнул от его взгляда. — Если честно… ну я так поинтересовалась, не кипи… пожалуйста.

Шаг назад и я задела какую-то вазу с сухостоем. Всё полетело на пол, надеюсь, ваза не сильно дорогая, потому что она разбилась вдребезги.

— Не двигайся. — я застыла на месте, а он сдёрнул меня одной рукой с моего места, пронёс над осколками и усадил на кровать.

— Я просто тебя совсем не знаю, как я могу доверять? — тихо прошептала, смотрела как он собирает осколки рукой.

Ничего не ответил, вышел, потом вернулся с небольшим ручным пылесосом и всё убрал. Он всегда такой молчаливый? Неужели трудно ответить по-человечески.

Мне на колени упала сложенная белая футболка. Предлагает переодеться? Подняла на него взгляд, а он запустив руки в карманы домашних штанов вдруг представился:

— Гордей.

— О… эммм… Аля. Алевтина.

Теперь понятно, почему Гордый… Я думала “Гордеев”.

— Теперь я не незнакомец, на толику доверия могу рассчитывать?

О, как заговорил. Почему ему так важно просидеть тут десяток дней?

Но я молчу. Киваю, теребя футболку.

— Отдыхай, я позову на обед.

Ушел, а я стала осматриваться. Комната не большая, но и не маленькая. Достаточно уютная. В углу стоит добротный деревянный шкаф. Кровать, кресло качалка, стол и стул тоже из дерева. И видно руку одного мастера. Плавные узоры, красивые вензели. Мебель мне очень понравилась, дорогая, наверное.

Я уселась в кресло качалку, которое стояло точно напротив окна, мне виден лес, и ярко-голубое небо без единого облачка. Мама там, наверное с ума сходит, а я даже предупредить не могу! Да и не только мама. Вся моя семья, мои самые близкие люди за эти десять дней успеют меня похоронить! Как я потом в глаза смотреть им буду?

Но и самой не уйти. Я, во-первых, боюсь по тайге шарахаться одной, во-вторых тридцать пять километров, ну часов за шесть пройду, только… в какую сторону? Заплутаешь и всё. Не выберусь из тайги… А в-третьих, мне страшно от той мысли, что меня убьют. Не понимаю за что, но ему я верю. Узнают, что был обман, придут за мной. А если я буду дома, то пострадают и близкие. Я этого не хочу, но и какой-то сигнал подать хочется. Я ведь жива! Жива!

Подожду до утра. Может, что-то изменится и мой мрачный хозяин всё же разъяснит хоть немного.

— Спрашивай. — он стоит у плиты, из глубокой сковороды пахнет просто умопомрачительно, он что-то там помешивал, когда я, думая, что бесшумная, пришла на кухню и остановилась в дверях. Откуда он узнал, что я тут встала?

— О чем? — облизнула губы, а он развернулся в этот момент.

— У тебя не осталось вопросов? — хмыкнул. Он, что издевается? Как будто даст мне все ответы. Прохожу к столу, сажусь и выжидательно смотрю на него.

— Кто ты, Гордей?

— Гордей Владимирович Корцев.

Корцев? Что за фамилия такая странная? Где-то я её слышала, не могу понять, где.

— Но тебе это ни о чем не говорит, верно?

— Верно. — соглашаюсь с ним.

— Генеральный директор Корцевского нефтекомбината.

— Кто? — я аж дар речи потеряла. — Погодите… Ведь корцевский и Корцев…

— По совместительству владелец. — добавил он, видя как закрутились шестеренки в моей голове. Обалдеть. Я в полном шоке. Ничего себе!

— Ешь аккуратно, твою щеку лучше не напрягать. Шрам останется, когда вернёмся я свожу тебя в свою клинику.

У него еще и клиника своя? Ну наверняка корпоративная.

Шрам останется… Погрустнела я, конечно, моментально. Мама говорила, что я красивая. Вот теперь вся моя красота — это шрам на лице.

— Чего приуныла? Он мастер своего дела, сделает так, что почти не останется следа.

— Так разве можно? — вяло интересуюсь.

— Смотри. — поворачивается спиной и наклоняет голову, а я на шее сзади вижу тонкую полоску шрама. — Бобров тебя обязательно подшаманит, будешь как новенькая.

— Угу.

Мы пообедали, больше я его не расспрашивала, обдумывая услышанное. Конечно, мне льстило, что он покажет меня хорошему специалисту, и мне сделают всё аккуратно и качественно, как у него. Откуда у него вообще такой шрам на шее сзади.

Опять одни вопросы) Алевтина не сдастся, пока на все не найдёт ответы.

Лучше бы он не признавался, кем является. Не люблю богатых. Аркадий из такой среды. Всё можно, тормозов нет, ограничений тоже. Гордей сказал, его машина в реку упала, но самого спасли. Я, конечно, зла на парня, но желать ему смерти никогда бы не стала. Может он теперь поумнеет… Стойте! А ведь Аркаша мог рассказать, что меня в машине не было! И признаться, что оставил меня в лесу. Ночью. В тайге. На съедение… Вспомнила про тот жуткий рык за спиной, аж оглянулась. Фух! Спокойно! Я в доме. Двери-окна закрыты. Диван мягонький. Тут безопасно. Я рада, что избежала случая быть поздним обедом для волков. Гордей меня спас и принес сюда, в безопасное место.

В голове начинает повторяться наш диалог, и я спотыкаюсь на его словах о волках. Он так странно выразился. Я точно воспроизвела в голове его слова:

Двое из стаи черных волков захотели тебя себе, но я помешал сбыться их планам. Как ты слышала: их ищут.

Что он имел ввиду. В смысле ищут волков? А мы причем? Причем тут директор нефтяной вышки? Их тут даже нет, этих вышек, они дальше. Так я снова возвращаюсь к нему, а надо подумать, что он имел ввиду.

Двое — два. Тут понятно.

Стая — это стая.

Черные волки — ну они вроде черные были. В темноте-то.

Захотели тебя к себе — это как? Не сожрать захотели. Не убить.

Я помешал сбыться их планам. — говорил, как о людях.

Их ищут. — зачем в тайге искать волков? Не нравится мне это.

Что за иносказательность. Те чужаки приходили, говорили о двоих, которых надо найти. Двое там и двое тут. Волки? Нафига им звери?

Неожиданно взгляд выхватил в дверях Гордея. Он стоял, облокотившись о косяк и наблюдал за мной. Давно он там стоит? Стушевалась.