Чтение онлайн

«Трус», — перебила Совесть.

«Если трус, то давай меня спасай! Ты же не хочешь смерти».

«Резонно. Знаешь, я чувствую расслабление. Наверное, в противоядии, которое дал этот предатель, содержится и успокоительное. Или же это побочный эффект. Или ты своей силой воли превратишься, или останемся здесь», — сдалась Совесть, сонливо растягивая слова.

— Мне сказали: когда у перевертыша стекленеют глаза, он собирается превратиться. Позволить этого я не могу, — травник встал со стула, дошел до кровати и начал возиться на другом ее конце, у головы лежащей без сознания Ктори.

Через полминуты около моей головы клацнула очередная защелка. Герн вытащил нечто вроде обруча на голову с тонкими шипами внутри. Шипы сразу же причинили острую боль.

— Это тоже посоветовал господин Текес. Прошу прощения, но так я буду ощущать себя в безопасности, — сказал старик, поправляя голову Ктори, чтобы она легла прямо.

— Я понял это сам, — огрызнулся я.

Теперь двигать получалось только глазами и пальцами, но толку от этого было мало. В результате все равно сюда придут маги, а выбраться отсюда точно не выйдет. Я еще раз напрягся и попробовал вложить все силы на то, чтобы разорвать цепи с ремнями, но безуспешно. Превратиться нельзя, потому что шипы вопьются в голову. А может, не вопьются? Я приподнял ее, чуточку, и сразу же резко опустил: укол был очень силен. В воздухе запахло кровью: шип проделал ранку в коже нижней части лба.

Старик Герн отошел от кровати, чтобы повозиться в своих ящиках. Этих ящиков было повсюду полно: в столах, в шкафах, на полу. Лишь на потолке не было, но все равно было заметно, что это такой же энтузиаст своего дела, как и Эйра. На каждом ящичке была надпись вроде «суслень горный» или «мухомор», иногда попадались стеклянные коробки с порошками зеленого цвета, напоминающими приправы, или с неизвестными мне листьями. Как я уже упоминал, каждое растение пахло по-своему, и это придавало этому месту незабываемую атмосферу. Попробовать разобрать что-то в таком потоке истязаний для носа невозможно. В отличие от Эйры, который не жил там же, где работал, здесь была кровать, стул и кресло, а также вторая комната за ширмой, а за ней, возможно, кухня или лаборатория.

Непонятно, сколько прошло времени, потому что окно было закрыто шторой, а часов в этой комнатке мой ограниченный взгляд не нашел. Думаю, мы так лежали около пятнадцати минут точно, одно хорошо: Ктори стало легче, судя по умиротворенному выражению ее лица. Дышала она ровно, а на прикосновения к животу (моя рука до сих пор была там) никак не реагировала. Противоядие сработало.

Нет, как хитро — сделать магов ядовитыми для оборотней! Были ли они пешками в этой игре? Или это лишь подстраховка на всякий случай, отлично сработавшая? Да и кто, в конце концов, этот появившийся оборотень?! Три на город — это уже многовато, честно. Разнокровные вообще не такая частая вещь в Тарии, разве что у всех при упоминании Бролана вспоминаются хромты, ну еще Община Ларидал в Северных Поселениях и один закрытый город, где живут в заточении тысячи Нахлебников.

Бездумным стеклянным взглядом я следил за тонкой шторкой, пропускающей свет фонарей. Фонарщик зажигал их один за другим, создавая светящуюся дорожку, за которой было приятно следить, ни о чем не думая. Кроме побега.

Ну же, как спастись? Ремни не поддаются! Может, старика можно подкупить?

— А вы можете отпустить нас, Герн? Я вам дам все, что у меня есть! Около двадцати тысяч вирнов!

Вру, вру насчет своих финансов и не краснею. Хотя кто знает, я не вижу своих щек.

— Я не отпускаю преступников, — твердо отказал травник.

— Чучело, — буркнул я так, чтобы он услышал. Но спровоцировать его на ссору не удалось. Да и зачем?

— Маги уже должны прийти, — сообщил Герн.

Может, просто сдаться? Я и правда натворил бед в стране… И это входило в мои планы, когда еще лежал у Велуда. Хотя, со мной-то все более-менее ясно, а вот Ктори в опасности. Она вообще неизвестно чья дочь, но если бы ее отец был богат и знаменит, ее бы уже давно искали все глашатаи области. Нигиза мы не нашли, моих друзей тоже. Кого искать первым? Вместе ли они или моим друзьям удалось бежать? Нет, без Ктори я долго не протяну. Здесь нет больше оборотней (перед глазами так не вовремя промелькнул образ того жуткого волка, напавшего сегодня на нас), и эта девушка, это милое существо сейчас — единственная поддержка моей сущности, единственная, кто теперь многое во мне может понять без объяснений, единственная настолько похожая на меня из всех людей в округе. Видимо, я и правда слабак. Правду говорят злые сущности и моя, и Кторина (ну вот, их тоже две, больше нет ни у кого!). Я боюсь остаться без Ктори, потому что тогда буду вынужден тащить жребий оборотня без компании.

Нужно спросить у него про моих друзей, вдруг они вернулись?

Наконец мое зрение выделило один огонек от фонаря, который почему-то двигался от края окна вправо. Через цветастую ткань шторы было видно, что этот огонек больше остальных и не такой оранжевый, скорей желтый, как песок… Ну конечно!

Вторая луна этой планеты, Лурлен, наполовину желтая из-за пустынь, наполовину зеленая из-за растущих пород соответствующего цвета, которые источают газы. Она появляется над нами раз в три месяца, и эти месяцы как раз сейчас! Я вижу свет спутника!

«Ты осознал это! Великолепно! Сейчас превратишься и твои мозги можно будет подавать магам на тарелочке с гарниром из трав!» — Саркастически поаплодировала Совесть.

Опять захотелось превратиться, но не так, как после испития крови, а так, как в первый раз, когда увидел на небе сине-белую Эйрлен. Это влечение было сильнее жажды крови или желания размять кости. Это было замещающее обычное сознание вселенское веселье, злость, жажда, голод и тяга тратить энергию так, как не тратил ее никогда в жизни. Потому что этой энергии было столько, сколько не было никогда! Ни разу и нигде до сего момента.

Я закричал от радости что-то неразборчивое, дрожа всем телом от напряжения. Шипы впились в голову. Мои руки сжались, и левая, которая лежала на девушке, разбудила ее, или же это сделал крик? Ктори тоже начала кричать. Травника я не видел, но, думаю, он или выбежал из дома, или ускользнул в дальнюю комнату.

«Теперь я стану полноправным владельцем тела!» — Хохотала Совесть, все быстрей и быстрей стуча где-то у меня в висках.

Кровь забурлила в жилах с неимоверной скоростью и заставила все тело крупно вздрагивать. Боль от шипов была сильной и замедляла процесс превращения, к счастью, иначе бы можно было попрощаться или с головой, или с рассудком.

Возможно, из-за большего количества превращений, девушка это делала быстрее. Пока я еще дрожал в сладострастной агонии, смеси неуемной энергии и дикой боли, она уже начала увеличиваться в размерах. О боги, как она кричала! На этой улице после такого не должно остаться никого.

«Надеюсь, смерть для нее и для меня будет быстрой» — Последнее, что подумало мое человеческое сознание, впрочем, с тех пор его нужно было называть бессознанием.

Проснулся я оттого, что по щекам меня кто-то сильно бил. Глаза открывать совершенно не хотелось, равно как и просыпаться совсем, поэтому я для прекращения побоев что-то промычал, показывая, что сна ни в одном глазу, и постарался доспать дальше, не открыв ни одного века.

— Хватит спать, сонюшка, — послышался ласковый женский голос.

— Мама? Мама, это ты? — Я наконец заставил себя открыть глаза и увидел женский силуэт на каком-то ярком светлом фоне, окна, наверно. — Мне приснился ужасный кошмар, будто я… будто я стал оборотнем и за мной охотятся маги. Потом травник…

— Ты сейчас в безопасности, с другой стороны, в клетке, — сказал женский голос.

— В клетке?!

Эта информация заставила меня быстренько проснуться и осмотреть мир еще раз.