Чтение онлайн

– А разве это можно?

Он сжал губы и нахмурил брови. – Ну, теперь это считается сельскохозяйственным районом, но ведь никогда не знаешь наверняка. Стоит кому надо сунуть взятку, и все может измениться. – Он замолчал и, закашлявшись, отвернулся, так как вспомнил про ее отца. – Так ты, похоже, устраиваешься здесь надолго?

Она заметила, что взгляд его устремился вверх, к чердачному окну. – Более или менее.

Он снова перевел взгляд на нее. – А ты не боишься привидений, одна в этом доме?

– Трудно испугаться привидений в доме, в котором выросла. – И где все привидения были такими знакомыми.

Он старательно стер пятнышко на боковом зеркале грузовика. – Пару раз в окне чердака видели свет. Кое-кто очень хотел знать, чем это было вызвано. – Наверное, раз ты сейчас накупаешь столько всего, то собираешься пожить здесь подольше.

Она почти забыла, как важно было для обитателей маленького городка знать все о всех. – У меня нет определенных планов. – Она пожала плечами. – в этом-то и состоит удовольствие – не быть связанной.

– Надо думать. – Сам он слишком долго был связанным, чтобы это понять. Он посчитал, что очень хитро и как бы между прочим приблизился к главной цели своего посещения. – А занятно, что ты снова здесь. Я вспоминаю, как первый раз пригласил тебя на свидание. Тогда был карнавал, верно?

Глаза ее потускнели, щеки покрылись бледностью. – Да, карнавал.

– Это было…– Он оборвал себя на полуслове, как будто только что вспомнил. – Боже мой, Клер, – он заморгал, и в его глазах сквозила искренность. – Прости, ради всего святого. Не могу понять, как это я мог забыть.

– Все в порядке. – Она с трудом выдавила улыбку. – Это было так давно.

– Да, давным-давно, – Он неловко дотронулся до ее руки. – Должно быть, тяжело, когда люди напоминают тебе об этом.

Ей и не требовалось никаких напоминаний, но она тем не менее нетерпеливо дернула плечами. – Не беспокойся об этом. Меня бы здесь не было, если бы я не могла с этим справиться.

– Да, конечно, но…– начал он снова. – Конечно, у тебя полно дел. Твои статуи. – Он хитровато подмигнул ей. – И шериф.

– Слухами земля полнится, – сухо сказала она.

– Вот именно. Надо думать, у вас двоих все идет отлично.

– Надо думать. – Ее позабавило то, что он то и дело бросал взгляд на стоящую в гараже скульптуру, названную ею «Зверь, который внутри». – Может, Бонни Сью хочет поставить это рядом со своим осликом.

Боб покраснел и убрал ногу с подножки грузовика. – Не думаю, что это в ее вкусе. Не могу сказать, что разбираюсь в искусстве, но…

– Но ты точно знаешь, что тебе не нравится, – закончила она его мысль. – Ничего страшного, если эта скульптура тебе не нравится. Боб. Я и сама не уверена, нравится ли она мне.

Нет, скульптура ему совершенно не нравилась, потому что все в ней было слишком хорошо знакомо. – Почему вдруг ты сделала такую вещь?

Она обернулась, посмотрела. – Не могу сказать точно. Пожалуй, она мне просто является. Во сне, – добавила она едва слышно и потерла почему-то вдруг замерзшие руки.

Глаза его сузились, взгляд заострился, но когда она снова повернулась к нему, лицо его не выражало ничего. – Пожалуй, я лучше останусь со своим осликом с тележкой. Дай мне знать, если с лампой вдруг что-нибудь не так.

– Хорошо. – Он первый мальчик, с кем она целовалась, вспомнила она и улыбнулась ему. – Передай привет Бонни Сью.

– Передам. – Довольный тем, что ему удалось узнать, он кивнул головой и оттянул пояс. – Обязательно передам. – Он повернулся. Глаза его сузились, затем расширились от изумления. – Боже всемогущий, вы только взгляните, что за машина!

Клер посмотрела и увидела, как у бордюра останавливается «Ягуар». Пока Жан-Поль только выпрыгивал из автомобиля, она уже бежала вниз по дорожке и бросилась в его объятья. Они крепко, театрально расцеловались.

– Мммм. – Он снова поцеловал ее. – Лакрица. Засмеявшись, она повернулась и обняла Анжи. – Не могу поверить, что вы здесь.

– И я тоже. – Отбросив назад свои волосы, Анжи долгим, медленным взглядом окинула улицу. В ее представлении самым подходящим нарядом для сельской местности были желто-зеленые хлопчатобумажные брюки, пиджак в тон им и розовая шелковая блузка. На ногах плоские сандалии от Бруно Магли. – Итак, это и есть Эммитсборо.

– Именно так. – Клер поцеловала ее. – Как доехали?

– Нас только один раз оштрафовали за превышение скорости.

– Жан-Поль, должно быть, сдает. – Она смотрела, как он вытаскивает из машины два чемодана и кожаную сумку. – Пойдем в дом и выпьем вина, – сказала она им и взяла сумку. Двинувшись по дорожке, она остановилась у грузовика Боба и представила всех друг другу. – Боб Миз, Анжи и Жан-Поль Ле Бо, мои друзья и владельцы галереи из Нью-Йорка. У Боба Миза самая лучшая антикварная лавка в городе.

– Вот как? – Жан-Поль поставил чемодан и протянул тому руку. – Мы непременно заглянем к вам в магазин до отъезда.

– Открыто с десяти до шести, шесть дней в неделю, в воскресенье с двенадцати до пяти. – Боб отметил про себя штиблеты Жан-Поля из крокодиловой кожи и золотой браслет. Ну можно ли себе представить, чтобы мужчина носил браслет, даже если он иностранец. Боб также отметил его экзотическую жену. Всеми этими маленькими подробностями он будет с удовольствием делиться, стоя за прилавком магазинчика до самого закрытия. – Ну, мне пора назад.

– Спасибо, что завез лампу.

– Нет проблем. – Махнув на прощанье рукой, он забрался в грузовик и отъехал.

– Кто-то упомянул о вине, не так ли? – поинтересовалась Анжи.

– Совершенно верно. – Взяв Анжи под руку, Клер двинулась было с ней по дорожке, ведущей к фасаду дома. – В вашу честь я даже отправилась в соседний Фредерик и закупила там партию pouilly-fuisse.

– Подождите-ка. – Жан-Поль шагнул в противоположном направлении. – Ты работаешь здесь, в гараже?

– Да, Но почему бы нам не войти в дом и сначала устроиться? А как вам нравятся эти петунии? Я как раз…

Анжи уже спешила вслед за своим мужем, таща за собой Клер. Набрав воздуха, Клер сжала губы и стала ждать. Ей ужасно хотелось отложить этот момент – и она понимала, что это глупо. Мнение Жан-Поля и Анжи было очень важно для нее. Она знала, что они любили ее. И именно поэтому, они будут честны, даже жестоки в своих оценках, если нужно. Скульптуры, которые она сделала здесь, у себя дома, имели для нее огромное значение. Они были сделаны буквально кровью ее сердца, в большей степени, чем какие-либо другие ее работы.