Чтение онлайн

Блаженный Иероним считает здесь Египет типом всего язычества, побежденного Евангелием, и это мнение принимается многими толкователями, так как по отрывочности и краткости речи трудно применить это пророчество к известным историческим обстоятельствам Египта (Curs. Complet. Sacrae Scripturae tom. XVIII pag. 1057). Известно также, что данным пророчеством Исаии Ония, сын Иудейского первосвященника Онии III, убедил Птоломея Филометора дать дозволение (за 162 года до Рождества Христова) на построение храма истинному Богу в Египте близ Илиополя, — и что христианские православные писатели в первых двух стихах этой речи Исаии (19:1–2) видят пророчество о бегстве Иисуса Христа в Египет от Ирода Великого, где от Лица его пали местные идолы (Созомена Hist. lib. сар. 21).

Пятая пророческая речь из произнесенных в царствование Езекии излагается в двадцать первой главе и надписана: «видение пустыни» («Пророчество о пустыне приморской», по тексту Синодального перевода) — очевидно, в соответствие с прежде изложенным пророчеством в тринадцатой и четырнадцатой главах, где сказано между прочим, что Вавилон не населится в вечное время (Ис 13:19–20 [204]). Здесь изображается взятие Вавилона Мидо-Еламитянами под предводительством Кира, во время пиршества князей, как оно действительно и случилось (Дан 5:1–31 [205]), и оно возвещается в утешение Иудеям в виду предстоящих страшных бедствий (21:1–10). С той же, конечно, целью излагается предстоящее запустение Идумеи и всей Аравии, так что и луков у храбрых сынов Кидара останется немного — этих самых отважных хищников, происходивших от Кидара, сына Измаилова, я населявших каменистую Аравию (21:11–17).

Шестая пророческая речь из произнесенных во дни Езекии есть видение дебри Сиона или, с подлинника, грозное слово на холме видений (в Синодальном переводе — «Пророчество о долине видения») и содержится в двадцать второй главе. Пророк созерцает какое-то необыкновенное волнение, какое-то несоответственное веселье в Иерусалиме после неприятельского нашествия, потребовавшего значительных средств к обороне (22:1–10 [206]); причем не было обращено должного внимания на Бога, предвозвестившего эти происшествия (22:11 [207]). Минувшим наказанием Господь, несомненно, внушал покаяние и обращение — а у них устраивается веселое пиршество (22:12; [208] сн. 4 Цар 20:12–20 [209]). За то не будет прощено вам это нечестие, пока не умрете, говорит пророк Иерусалимлянам (22:13–14 [210]). В частности предсказывается здесь падение царедворцу Севне и возвышение на место его Елиакима (22:15–25; [211] 4 Цар 18:18–26, [212] 37 [213]). Это последнее предсказание показывает, что Господь устраивает участь не только царств, но и в частности каждого человека; следовательно оно утверждает веру в милосердие и правосудие Божие.

Седьмая пророческая речь из произнесенных при Езекии есть видение на Тир, (или пророчество о Тире) изложенное в двадцать третьей главе. В этом видении открыто предстоявшее славным и богатым Ханаанским городам Тиру и Сидону запустение на семьдесят лет, по прошествии которых Тир восстановится в прежней славе; но потом и этот знаменитый город будет служить Господу (23:1–18 [214]). Вероятно — здесь имеется ввиду разорение Тира Навуходоносором, после чего Тир был восстановлен; а последние слова пророчества указывают на утверждение Церкви Христовой в этом городе святыми Апостолами (Деян 8:40; [215] 21:3–5 [216]).

Восьмая пророческая речь из произнесенных во времена Езекии излагается с двадцать четвертой по двадцать седьмую главу. Здесь пророк говорит, что Господь опустошит вселенную, рассеет живущих на ней и совершенно изменит гражданское устройство государств (24:1–18); шатается земля… и беззаконие её тяготеет на ней (24:19–22). Сии перевороты, совершающиеся в соседних царствах, но минующие Иудею, покажут, когда Господь воцарится в Сионе и в Иерусалиме (24:23); они возбудят людей к прославлению Его святого имени; ибо сотворил Он чудные дела, выполнил совет древний и истинный, когда истребил сильные беззаконные города и оказал защиту слабым обидимым (25:1–5). Затем на горе сей (т. е. в Иерусалиме) некогда сотворит Господь пир всем язычникам, уничтожит смерть и отрет всякую слезу от всякого лица (25:6–9 [217]), тогда как самая Моавитида, не испытавшая набегов неприятельских, будет потоптана, как топчут ток, колесницами (25:10–12 [218]). Тогда в земле Иудейской воспоют песнь: город крепкий у нас, спасение дал Он вместо стены и вала. Отворяйте врата, да войдет народ праведный, хранящий истину (26:1–2), славословящие Господа, воскресшие из своего мертвенного греховного состояния (26:3–19 [219]). Посему народ Божий должен укрыться на некоторое время, укройся на мгновение, доколе не пройдет гнев Господень (26:20). Ибо вот Господь выходит из святого места Своего наказать живущих на земле (26:21 [220]) и навести меч Свой на левиафана, змия лукавого, и убить левиафана, чудовище морское (27:1) а виноградник Свой (Иудею) Господь хранит тщательно; истребляет в нем только терние и волчцы и со временем соберет рассеянных Cвоих из Ассирии и из Египта, чтобы они поклонялись Господу на святой горе и в Иерусалиме (27:2–13).

Из этого очевидно, что обозреваемая восьмая речь Исаии есть как бы сокращение и подтверждение всех предыдущих его пророчеств о судьбе Иудеи и соседних царств: — и что упоминаемые в ней перевороты произведены походами Салманассара и Сеннахирима, в первые двенадцать лет царствования Езекии. В этой речи замечательна влагаемая в уста Иерусалимлян песнь, служащая основанием пятой песни церковных или Богослужебных канонов (26:1–19 [221]). Она также называется песнию о временах Мессии, потому что выражает сильное ожидание небесного спасения или Спасителя, так как без воздействия росы от Бога невозможно нравственное исправление или возрождение человека, и только в союзе с Богом можно находить нерушимую безопасность. Как в предыдущих пророчествах об участи Иудеи в основание особой к ней милости Божией полагается обетование о происхождении Мессии от царствовавшего там племени Давидова, так и в этой песни причина удивительной целости Иудеи в первые тринадцать лет царствования Езекии среди опустошения прочих царств указывается в том, что не стены и валы, но дарованное или усвоенное Иерусалиму Спасение или Спаситель человечества служит ограждением этого города, так что можно бы без боязни отворить городские ворота — пусть входят праведники, уповающие на Господа. А беззаконники, подобно превознесенному и укрепленному городу (Самарии, стоявшей на горе и взятой Ассириянами в шестой год Езекии), будут низвергнуты во прах на попрание всякому прохожему. Добродетель и правда во всем благоуспешны, а беззаконника следует вразумлять наказаниями; иначе он никогда не научится правде и не поймет высоких путей Промысла. В былое время (напр. при Ахазе) и мы, иудеи решались жить без Тебя, Сущий, выбрали себе других владык или богов (4 Цар 16:7–16 [222]); но Ты взглянул, и владык наших не стало; мы оказались во всем безуспешными и как бы омертвевшими. Теперь же при Твоем явлении воскреснут мертвые, восстанут из праха самые трупы, орошенные росою Твоего света, тогда как земля, т. е. обыкновенные понятия и обычаи человеческие, по-прежнему производят Рефаимов или безбожных исполинов, навлекающих небесное правосудие, которое и не умедлит придти и от которого благочестивые должны уйти во внутренние свои покои и запереть свои двери, т. е. на время устраниться от занятий и в уединении переждать невзгоду или бедствия, которые нанесет Иудее богохульное Сеннахиримово войско.

Девятая и последняя пророческая речь из произнесенных в первые годы царствования Езекии излагается с двадцать восьмой по тридцать пятую главу. Она произнесена перед нашествием Сеннахирима на Иудею, бывшим в четырнадцатый год Езекии; ибо пророк говорит здесь, что чрез год и несколько дней начнутся предсказываемые бедствия (Ис 32:10). В этой речи изображена предстоящая участь Иудеи, очевидно, для руководства народа в перенесении грядущих бедствий.

«Горе венку гордости пьяных Ефремлян, увядшему цветку красивого убранства его» (28:1) говорит пророк. В ней все, и жрецы и пророки, сбиваются с пути от сикеры (28:1–7) и отвергли наставления Божии (28:9–10 [223]). За то и преподано им наставление иным языком: они упали в беду, сокрушились и уведены в плен (28:11–13 [224]). Теперь услышите слово Господне…, князи людей, сущих в Иерусалиме. Вы заключили совет с адом [Очевидно, здесь указание на союз с Египтом, и приводимая пословица имеет буквальный смысл такой: ад нам свой брат, — не тронет. А истинное переносное значение ее таково: «став в семейство языческих государств, мы не должны их бояться, потому что члены семейства не дадут один другого в обиду». Короче, здесь выражается всецелое отрицание надежды на Бога, а проповедуется упование на силу человеческую.] и надеетесь преуспевать обманами, тогда как основанием благоденствия Сиона Господь положил камень испытанный, краеугольный, драгоценный, крепко утвержденный, как сказано в книге псалмов (Пс 117:22 [225]), и как во времена Давида, так и теперь верующий в него не постыдится (28:14–17 [226]); ваши же умыслы Господь разрушит и понесется бурей на нечестивых, как было на горе Фарасине (1 Пар 14:11; [227] 2 Цар 5:20 [228]) и в долине Гаваонской (Иис. Нав. 10:10 [229]), хотя будет действовать с некоторыми промежутками и употреблять средства не всегда одинаковые, подобно тому как земледелец не беспрестанно пашет землю и не одинаковыми орудиями вымолачивает все роды хлебных растений (28:23–29 [230]). И увы! Через некоторое время Иерусалим — этот Ариил (лев-город) будет пойман в клетку или заключен в тесную осаду и крайне унижен врагами многочисленными, как пыль подколесная (29:1–6 [231]). Впрочем, эти многочисленные враги будут Иерусалим считать своей добычей только в своих мечтах; а на самом деле он им не достанется. Как спящий иногда видит во сне, будто он ест и пьет, а проснувшись чувствует себя по-прежнему голодным и жаждущим: так будет богатство или множество народов, воюющих против горы Сиона, владеть оною только мечтательно (29:7–8). Конечно, эти предсказания теперь для Иерусалимлян не понятны, как содержание книги запечатанной (29:9–12 [232]); но это происходит от того, что приближаются ко Мне людие сии устами своими, и устами своими почитают Меня, сердце же их далеко отстоит от Меня; — и что они судят по своему; в тайне затевают установить свой порядок в мире, как будто брение учит горшечника (29:13–16 [233]). Впрочем, скоро эти предсказания сделаются столь ясными, что глухие и слепые поймут их на опыте, когда многое перевернется кверху дном: Ливан сделается садом, а сад — диким лесом (29:17–18 [234]). Тогда страждущие найдут отраду в Господе и научат детей своих страху Божию (29:19–24 [235]).

А теперь что? Увы, чада непокорные! Вы, не вопросив меня, заключаете союз с Египтом; но сия надежда обманет (30:1–7 [236]). Теперь, говорит Господь Исаии, пойди, начертай это на доске у них, и впиши это в книгу… Ибо это народ мятежный, дети лживые, дети, которые не хотят слушать закона Господня (30:8–9). Они запрещают пророкам говорить правду…, и этот грех доведет их до состояния, как сокрушают глиняный сосуд, разбивая его без пощады, так что в обломках его не найдется и черепка, чтобы взять огня с очага или зачерпнуть воды из водоема (30:9–14). Господь говорит им: оставаясь на месте и в покое, вы спаслись бы, т. е. нравственным исправлением, точным исполнением принятых обязательств и отсутствием военных приготовлений, навлекающих подозрение; а они готовят конницу, говоря: мы на конях убежим, — зато и убежите; мы на быстрых ускачем, — зато и преследующие вас будут быстры. От угрозы одного побежит тысяча… и остаток ваш будет как веха на вершине горы и как знамя на холме (30:15–17). И при всем том Господь медлит, чтобы помиловать вас, если вы покаетесь и оставите идолов (30:18–22 [237]). Тогда возвратится к вам благоденствие совершенное (30:23–26 [238]). Ярость гнева Божия прольется на язычников, а вы со свирелью пойдете на гору Господню, к Богу Израилеву (30:27–30). Самые Ассирияне поражены будут язвою в долине Тофеф или на долине Енномовой и достанутся в пищу огню, когда трупы 185,000 падших от руки Ангела погубляющего будут на ней преданы сожжению в предотвращение заразы (30:31–33 [239]). Вы ищете помощи у Египтян, а не у Бога, как будто человек может заменить Всемогущего. Не Египтяне, но Сам Господь, как лев, вступится за гору Сион… И падет Ассур не от меча человеческого, и не меч человеческий потребит его, он избежит от меча… (31:1–9). А царь (Езекия) будет царствовать в правде, восстановит упадшее правосудие и поддержит уважение к истине (32:1–8 [240]). Но до наступления этого счастья, считая от переживаемого времени, несколько дней сверх года, и ужаснетесь, беспечные дщери Иерусалимские; на земле народа моего будут расти терны и волчцы, равно и на всех домах веселья в ликующем городе, т. е. настанет запустение (32:9–14) и оно продолжится, доколе не изольется на вас Дух свыше; и пустыня не сделается садом; тогда будет возвращено Иудеям благоденствие (32:15–20).

А ты, опустошитель (народ Ассирийский), знай, что когда кончишь порученное тебе опустошение от Господа, тогда опустошат и тебя (33:1 [241]). Живущих же в Сионе Господь сохранит, истребив между ними одних беззаконников; Господ царь наш, Той и спасет нас (33:2–24 [242]). Но да будет известно также, что грядет гнев Господень на вся народы, еже погубить их и предать на заклание и во первых, снидет меч Господень на Идумею и произведет в ней запустение, которое потом распространится повсюду (34:1–17 [243]), частью — завоеваниями царей Вавилонских, Персидских и Александра Македонского, частью — царей Сирийских, Египетских, Карфагенян и Римлян, опустошавших и материально и нравственно. Но да возрадуется и эта пустыня языческая: ей дана будет слава Ливанова и честь Кармилова. Бог Сам придет и спасет. Тогда отверзутся очи слепых и уши глухих отверзутся. Тогда хромой вскочит, как олень, и язык немого будет петь; ибо пробьются воды в пустыне, и в степи — потоки. (35:1–7). И будет там большая дорога, и путь по ней назовется путем святы… и возвратятся избавленные Господом, придут на Сион с радостным восклицанием; и радость вечная будет над головою их (35:8–10).

В обозреваемой девятой речи из произнесенных в первые тринадцать лет царствования Езекии, замечательны два места: о краеугольном камне, положенном в основание Сиона (Ис 28:16), и о пустыне жаждущей (35:1–10). Первое из этих мест, очевидно, указывает на Пс 117:22, [244] где под именем камня, отвергнутого строителями царства Иудейского, Саулом и его приближенными, подразумевается Давид, ставший основанием этого царства и утверждением столицы его Сиона, честным и мирным образом восторжествовавший над сильными и многочисленными своими врагами, именно — путем терпения и послушания воле Божией; — при появлении своем бывший соблазном для народа; т. е. для веровавших помазанию Самуилову — избранник Божий, а для взиравших на него глазами Елиава (1 Цар 17:28 [245]) — ненасытный честолюбец.