Чтение онлайн

— Спасаю ваши задницы, — сказал голос, похожий на Кэмерона, это же невозможно. Он никогда не стал бы помогать мне, и уж тем более разговаривать с Ашером.

— Отдай ее мне, — холодно сказал Ашер. Спустя мгновение я почувствовала, как меня передали с рук на руки.

Мне хотелось протестовать, но смертное предзнаменование полностью вымотало меня, я чувствовала себя такой опустошенной, что было трудно открыть глаза. Послышался звук шагов, затем, чьи-то теплые губы коснулись моего лба. Я услышала, как открылась дверь машины, и думала, что меня посадят внутрь, но кто-то вместе со мной забрался в салон. Закрылась одна дверь, затем другая. Дождь, перестал капать мне на лицо, вместо этого я ощутила, как теплый поток воздуха нежно коснулся моей кожи, но внутри все было сковано льдом, он будто заморозил мое измученное сердце и беспокойную душу.

Стук начал заполнять пространство вокруг меня, в кабине стало темно, и она начала вибрировать. Я вцепилась в Ашера, чувствуя, как бьется его сердце. Каким-то образом, наверное, из-за холода, я начала плакать, мои слезы лились потоком, будто пытаясь облегчить страдания, наполняющие мое сердце.

— Все будет хорошо, — шептал Ашер, прижимая меня ближе.

Чем больше я плакала, тем больше ощущала свою боль, я не уверена, было ли этого от того, что видела смерть целого города, или же из-за маминых слов. Скорее всего, я просто поняла, что она мертва, и это были ее последние слова.

— Пожалуйста, попытайся расслабиться, — говорил Ашер, гладя меня по мокрым волосам. — Знаю, это тяжело, но я здесь, с тобой, ты не одна.

Я чувствовала, что он рядом, знала, что успокаивает меня, просто, мне не хотелось двигаться, вообще, я лежала на его коленях и плакала, пытаясь убедить себя, что это была не моя мама, что эти слова говорил Анамотти. Но мне трудно в это поверить — при жизни она говорила то же самое.

Но я хотела быть сильной, взяла себя в руки и перестала лить слезы. Вцепилась в рубашку Ашера, и, не открывая глаз, попыталась сконцентрироваться на дыхании вместо того, что происходит вокруг, это было не так уж и легко, во мне было еще слишком много боли.

— Мне больно, — прошептала я, пока Ашер гладил меня по спине.

— Я знаю, — его голос был хриплым, он снова поцеловал меня. — Попробуй просто спокойно дышать.

Я хотела сказать ему, что мне даже дышать тяжело, но потом поняла, что машина движется, и если за рулем не Ашер, то с нами в машине, находится кто-то еще. Думаю, что знаю, кто это был, тот, кто вытащил меня из толпы. Кэмерон.

Не понимаю, почему он это делает, почему помог? И почему Ашер позволил ему это? Я приподняла голову и широко распахнула глаза, удивительно, что это получилось, хотя и забрало очень много сил. Кэмерон вел машину, сильно сжимая руль, по улицам нашего города, на которых было очень много людей. Кажется, Ашера это устраивало.

— Что происходит? — пробормотала я, сразу почувствовав упадок сил, моя голова покачивалась, как у болванчика.

— Кэмерон, убирайся из машины, — я слышала, как Ашер сказал это, но не видела, я вообще ничего не видела, мои веки сами собой закрылись.

— Ты серьезно хочешь, чтобы я остановился? Прямо здесь? Посредине всего этого дерьма? Если я сделаю это, то ее конец, наступит очень быстро. Они перетянули всю ее семью на сторону Жнецов, они будут мучать ее до тех пор, пока она не сломается, а сейчас сломать ее очень легко. И ты это знаешь также хорошо, как и я.

Ашер колебался некоторое время, но в итоге сдался.

— Хорошо, — ответил он сквозь зубы. Я услышала, как завизжали шины из-за ускорения нашего автомобиля. — По крайне мере, прекрати забирать ее энергию, это запрещено делать у Темных Ангелов.

— Ага, точно так же, как и касаться таким образом, как прикасался ты, — парировал Кэмерон, поворачивая.

— Сейчас эти правила меня не касаются, — тихо ответил Ашер, крепко меня прижимая.

— Значит это правда? После того как тебя изгнали, ты позволил себе игнорировать, эти нелепые правила хорошего ангельского тона?

— Более или менее, но предполагаю, что расплата все равно меня настигнет, если Михаил об этом узнает, — пробормотал Ашер, напрягшись. — Но тебе нужно прекратить нарушать правила, и позволить ей проснуться.

Я не сплю, хотела я ответить, но мои губы онемели, а по спине снова начал распространяться жар и покалывание. Я начала гореть, как в лихорадке. Может это из-за дождя? Или может я заболела из-за переизбытка эмоций?

— Сейчас у нее истерика, — в голосе Кэмерона звучало раздражение. — И эта истерика начнется сильнее, когда она проснется и в полной мере, осознает то, что случилось.

— С ней все в порядке, — огрызнулся Ашер. — Ты просто используешь это как предлог, как оправдание.

«Что все-таки происходит?» — хотела спросить я, но моя голова, лежала на груди у Ашера. — «Почему вы двое… так разговариваете друг с другом…?»

— Она, только что узнала, что ее мать мертва, а ее душа находится во власти Жнецов. — Мотор начал шуметь еще громче. — И ты думаешь, что она легко сможет пережить это, особенно после того, как недавно узнала, что ее брат тоже перешел на сторону Жнецов и перестал быть Темным Ангелом? Кроме того, она начнет задавать вопросы, почему мы так ведем себя друг с другом.

— Ей не нужно знать об этом, — в голосе Ашера прозвучали угрожающие нотки, он еще крепче прижал меня к себе, моя горячая щека еще сильнее прижалась к его холодной рубашке. — Мы договорились, никогда не рассказывать о том, кем мы приходимся друг другу.

— То есть, ты просто хочешь продолжать ей врать? — спросил с пренебрежением Кэмерон. — На тебя это не похоже, я думал, изгнание тебя немного изменит.

— Зато это похоже на тебя, думать, что ей нужно знать об этом, — ядовито ответил он. — Порой, некоторые вещи лучше не знать. Тем более, когда человек и так уже слишком много пережил и может сломаться.

Кэмерон злобно усмехнулся:

— Если ты не заметил, она всегда стремилась узнать правду.

— Так, было не всегда, — ответил Ашер.

Знаю, он вспомнил то время, когда я сказала, что не хочу ничего слышать об Анамотти, это было тогда, когда все еще было нормальным, и он привел меня к статуе Ангела.

— Иногда, она просто хочет стать нормальной.

Он был прав, несмотря на все безумие, что творилось вокруг, я хотела обнять его, но мои руки были слишком тяжелыми и не поднимались, все, что я могла делать, это прижиматься, и вдыхать его запах.

— Думаю, она заболела — сказал Ашер, потрогав ладонью мой лоб. — Она такая горячая.

— А может, она просто стала последним Темным Ангелом, — ответил Кэмерон насмешливо. — И кровь Жнеца и Ангела вот-вот проявятся.

— Ты же не знаешь, что случится, если она станет последней. Ты можешь только предполагать, как и все остальные. — Он убрал руку с моего лба. — Никто, кроме наших лидеров, не знает, что случится, когда останется один Темный Ангел, мы знаем лишь про жертву.

— Я думаю… — Кэмерон внезапно замолчал, и я ощутила, как машина резко повернула в сторону.