Чтение онлайн

– Тогда что?

– Питьевой бак! – воскликнул Савелий и поднял кверху указательный палец.

– При чем здесь питьевой бак? – не понял Константин.

– Ты меня удивляешь, – укоризненно заметил Савелий. – Посмотри еще раз, и прошу – будь повнимательнее!

Константин вернул запись назад, вновь включил воспроизведение и не мигая уставился в монитор.

– Господи! – наконец воскликнул он. – И как это я так лажанулся? Ведь наш объект голову наклонил в сторону бака, и наверняка его фэйс там отразился! – Константин недовольно наморщил лоб, причем столь сильно, что казалось, извилины его мозга проступили наружу.

– Пусть тебя успокаивает то, что специалисты генерала тоже упустили этот момент, и не только этот, кстати! – успокаивающе проговорил Савелий. – Чего застыл? Давай укрупняй его физиономию!

Чуть поколдовав на компьютере, Константин вскоре добился довольно сносного изображения лица мужчины.

Вглядевшись в снимок, Константин неуверенно пробормотал:

– Такое впечатление, что это лицо мне знакомо.

Что ж, тебе и карты в руки! – подмигнул Бешеный. – Распечатай его, одну копию дай мне, а со второй приступай к работе. А я займусь дежурным капитаном: узнаю, чем это его так заинтересовал незнакомец с баулом, лицо которого знакомо моему другу… Кстати, это еще одно мое недоумение. Если это чей-то искренний дар ментам, то почему их посыльный так старательно прячет лицо от камеры? – задумчиво проговорил Бешеный. – Знаешь, я почти уверен на сто процентов, что он не в первый раз заходит в приемную: слишком уверенно двигается и знает, где видеокамера. А это значит?.. – он вопросительно взглянул на Константина.

– А это значит, что нужно просмотреть записи недели за две до этой, – обреченно ответил тот.

– Думаю, что хватит и одного-двух дней: вряд ли эта операция планировалась давно…

После получения необходимой информации от своих людей, Камо по кличке Череп оформил Шенгенскую визу, чтобы заранее избавиться от таможенных проблем и спокойно перебраться из Италии в Испанию.

В самый разгар курортного летнего сезона с билетами было не просто. С большим трудом, переплатив посреднику, он приобрел билет в Катанию, и когда до отлета оставалось не более суток, его итальянский информатор неожиданно сообщил, что глава сицилийской мафии – Дон Косталоне, проживавший в Катании, отправился в иной мир от кровоизлияния в мозг, и сицилийский клан возглавил его старший сын – Дон Александро, который проживает сейчас в Палермо.

Столько сил потрачено, чтобы достать билеты, и все зря! Камо попытался успокоить себя тем, что могло быть хуже: прилетает в Катанию, ищет возможности встречи с Доном Косталоне, а он покойник. Любой здравомыслящий человек скажет, что у них не серьезная организация, если информация к ним приходит так поздно.

Как бы там ни было, а пришлось лететь в Катанию потому, что поменять билеты, несмотря на все усилия знакомых, не удалось, и ему пришлось на такси добираться из Катании до Палермо. Проведя в такси несколько утомительных часов, Череп устал настолько, что снял президентский «люкс» в одном из лучших отелей города и почти сутки отсыпался на роскошной кровати.

Восстановив бодрость и желание приступить к выполнению своей миссии, Камо Гулия приоделся в один из самых дорогих костюмов, арендовал ярко-красный «Крайслер» и отправился на встречу со своим другом, с которым не виделся более пяти лет. Именно от него Камо и узнал подробности перемен, произошедших на криминальном небосклоне Сицилии.

Похоронив отца, новоиспеченный Дон сразу перебрался из Катании в Палермо, на родину своей матери, в их родовое гнездо, расположенное прямо на берегу Тирренского моря. То есть на одном полуострове просто поменял Ионическое море на Тирренское.

Дон Александро с малых лет крутился возле своего могучего отца, более двадцати лет возглавлявшего один из могущественных кланов Италии. Ни одно серьезное мероприятие, связанное с бизнесом или криминалом, не проходило без его непосредственного участия или одобрения. Судебные органы много лет точили зуб на Дона Косталоне, пытаясь засадить его в тюрьму, однако всякий раз то не хватало доказательств, то бесследно исчезал важный свидетель. Вот и получалось, что всякий раз Дон Косталоне выходил сухим из воды.

Несколько лет назад тучи над ним нависли настолько грозовые, что многие, даже самые близкие его люди, за его спиной поговаривали, что на этот раз хитрому Дону Косталоне не отвертеться от судебных жерновов, однако…

Однако человек полагает, а Бог располагает.

Премьер-министром Италии стал человек, который оказался хоть и дальним, но все-таки родственником его жены. А родственные корни в Италии не просто понятие, а имеют давние традиции, и отношение к своим, пусть даже и дальним, родственникам, довольно серьезное. И, конечно же, все недруги и те, кто усиленно копал ему яму, прикусили свои языки. А некоторые даже стали искать дружбы и покровительства у Дона Косталоне.

Тем не менее все вздохнули с облегчением, узнав о его кончине. Дон Косталоне был человеком мягким и добрым, но никогда не забывал о нанесенной ему, даже случайно, обиде и никогда не прощал ошибок, наносящих пусть даже небольшой вред его семейному клану. Такие люди были уверены, что даже более жесткий его старший сын для них гораздо лучше, чем мстительный Дон Косталоне. Тем не менее, как говорится, на всякий случай, вспоминая Дона Косталоне, добавляли при этом: «Царствие ему небесное!» и осеняли лоб крестом.

Обычно со смертью человека такого уровня среди близких его семьи начинаются дрязги и склоки. И чтобы новый глава был принят всеми бригадирами семейного клана, должно было пройти достаточно времени. Данный же случай оказался неординарным: старший сын Дона Косталоне уже много лет числился его правой рукой, и во время своего отсутствия только ему доверял грозный Дон Косталоне замещать себя и даже вести серьезные переговоры от своего имени, а потому никто не удивился и все безропотно приняли как должное, когда семейный нотариус зачитал последнюю волю Крестного Отца, передающего после своей смерти все бразды правления своему старшему сыну.

Дон Александро слыл довольно неглупым человеком и легко находил общий язык даже с Донами враждующих Семей, но у него имелось два недостатка, которые в будущем могли принести ему вред. Во-первых, он был слишком амбициозен, но с этим еще можно было бы смириться, если бы его амбициозность не сочеталась еще и с тем, что он считал себя непогрешимым Доном. И горе тому, кто пытался сделать ему замечание или возразить. Это – во-вторых. Как правило, человек, позволивший себе такие вольности, бесследно исчезал навсегда. Тем не менее, нужно отдать итальянскому мафиози должное: семья без вести пропавшего не только не страдала, но даже одаривалась Доном Александре сверх меры, как деньгами, так и прямой помощью. Дон брал как бы под свою опеку родственников наказанного.

Сегодня Дон Александре находился в очень хорошем расположении духа: ему удалось провернуть то, что не получалось даже у его могучего отца в течение нескольких лет. Мощную корпорацию «Пармалат» наконец-то удалось развалить: полетело очень много голов даже в правительстве и разорилось большое число дочерних «Пармалату» фирм и предприятий. И теперь подкрышная фирма Дона Александро становилась почти единоличным лидером молочной индустрии Италии.

– Разрешите, Дон Александро? – прервал размышления Дона один из его помощников: длинный сухопарый парень лет тридцати пяти.