Чтение онлайн

– Фолиус, я прекрасно провел время в вашей компании, но пора и честь знать. Господин Шурт ужин подходит к концу, вы не могли бы нас оставить? Ник вас проводит.

Шурт поднялся из-за стола и, в сопровождении Ника, покинул зал.

– Фолиус, ваши личные данные не являются для меня секретом. После многочисленных процедур, позволивших вам дотянуть до сегодняшнего дня, вы утратили способность иметь детей, к тому же вы бы не хотели, чтобы ваш ребенок испытал то, что пришлось вынести вам, особенно если ему придётся расти без отца. Но мне всегда нравились хеппи энды, поэтому меня бы обрадовало известие о появление у вас наследника.

Фолиус не хотел продолжать разговор на эту тему и наблюдал за игрой света в отраженных гранях бокала. Вот что значит хорошее воспитание. У меня было время, и я зачарованно смотрел, как держится этот человек на пороге неизвестного. Я хотел бы иметь такого друга.

– Моё предложение?

– Его услышали. Спасибо за ужин. Надеюсь, вы на нас не сердитесь, и ваше приглашение останется в силе. Прощайте.

Мы встали, я протянул руку. Рукопожатие было крепким. В последний момент он что-то почувствовал и попытался освободить руку. Во взгляде читался вопрос.

– Фолиус, я хочу, чтобы в следующую нашу встречу, вы смотрели на мир другими глазами.

Он обмяк, и я аккуратно опустил его в кресло, не выпуская руки.

На земле со связанными руками и ногами лежали подчиненные Шурта. Сам он, устроившись в плетеном кресле на выступающей террасе, цедил выпивку, с любопытством разглядывая моих товарищей. Я прихватил бутылку и, подойдя поближе, предложил свои услуги в качестве бармена. Он согласился, и я наполнил его бокал.

– Шурт, мы встречаемся второй раз, а сколько совпадений.

– Вы его убили?

– Шурт, за кого вы меня принимаете? Конечно нет.

– Что теперь?

– Вы приступите к любимой работе, а я отправлюсь дальше.

– Константин, теперь для вас все изменится. Вас будут искать не только мои подчиненные.

– Это вряд ли. Когда мы покинем Флост, исчезнут все следы нашего пребывания, как и записи. Фолиус не будет поднимать шум. Остаетесь вы Шурт. Но что-то мне подсказывает, что вы не станете просто так, делится информацией.

Он допил содержимое бокала и помедлив спросил меня.

– Зачем вы мне позвонили?

– Вы гражданин Союза, с которым я больше всех общался. Я не хочу, чтобы вы погибли при глупых обстоятельствах во время высадки. А история моей родины подсказывает мне, что враги часто становятся друзьями.

– Константин, послушайте умного человека. Вернитесь домой. Я вас вижу. Вы не мой клиент. Вы из тех счастливых людей, которые способны прожить жизнь, собирая по крупицам житейские радости. Бросьте свою затею и воспользуйтесь моим советом. И не думайте, что это предательство. Ведь вас используют, и вы это знаете. Вы ничего не получите от этого сотрудничества. Не потому что они плохие, просто они такие же люди как все.

– Спасибо за теплые слова.

– Не люблю быть обязанным. Но мне действительно жаль, что вы меня не послушаете.

– До встречи господин Шурт.

– Я бы предпочел вас больше не видеть.

Пока мы мило беседовали в каминном зале, Ханрад не терял время. Наша великолепная яхта с незатейливым названием «Вольный ветер», припаркованная среди сотен не менее великолепных кораблей, наполнялась всем необходимым: от топливных элементов до питьевой воды и свежих фруктов. Поэтому, когда мы вышли из шаттла, палуба больше напоминала огромный склад с кучей снующих туда-сюда людей с коробками. Сразу, по нашему прибытию, корабль покинул пирс и, сманеврировав, ушел на разгонную траекторию.

Нас не преследовали и не пытались сбить. Боевую тревогу не включали, и вид неспешно прохаживающихся людей резал глаз. За последнюю неделю я так привык, что все куда-то бегут, да и сам носился как угорелый, и вдруг все как в замедленной съемке. Я решил уподобиться этому сонному царству и пошел спать. Доковыляв до отсека, убедился, что сонная мысль посетила не только меня. Все молча, лезли в спальные углубления. Я заснул на третьем вздохе, прямо как на операционном столе.

Сон был необычным. Я будто выдергивал из памяти нужные куски, внимательно рассматривал их, как в кино на большом экране, и перематывал дальше. Разница была в том, что я ощущал себя сторонним зрителем, как будто и не был участником тех событий.

Вот наша ссора с женой. Это было четыре года назад. Тогда дела пошли в гору. Я уже успел позабыть, кто был в тот момент в офисе, а ведь это было важно. Один из этих людей вскоре станет моим новым партнером и подставит меня, сначала обманув, а потом кинув на деньги. Смотреть на это было больно. Мне всегда казалось, что она начала первой. Но теперь я видел, сколько ей потребовалось терпения. Да и говорила она больше со стебом. Меня и вправду распирало от успеха, я будто забыл, сколько мы с ней пахали, и как долго к этому шли. Казалось, мы – особенные, и теперь – только вперед! Я вспылил и стеганул обидными словами. Сейчас я ясно вижу, что был не прав и вел себя как идиот.

А вот первые серьезные проблемы, и новый партнер успокаивает, говоря, что все будет в порядке. Смотреть на этого человека противно, особенно понимая, что виноват только я сам.

Дальше приятного тоже мало. Люди, люди, люди и все чужие и по нехорошему любопытные. И вот наш с женой разговор. Я как побитая собака. Но мне, впервые за сон, приятно смотреть на происходящее. Сколько в ней силы и благородства. Она не боится и не упрекает, она хочет опять видеть во мне мужчину, способного защитить семью. И этого я не забуду.

Не сразу, с большими потерями, но мы устояли. Наш безопасник организовал встречу в регионе. Сказал, надо взять с собой одного человека, поскольку бизнесмен ему доверяет, и с ним нас встретят правильно. Жена меня одного не отпустила.

Всю дорогу Герман вел себя более чем просто. Громко ржал по любому поводу и доканывался до всего женского, что привлекало его взгляд. Как ни странно, его наглый и грубоватый натиск не встречал сопротивления. Он умудрился весь полет наглаживать коленки привлекательной девушке. А та, будучи особой весьма представительского вида, покидая самолет, протянула ему визитку с номером своего телефона.

В регионе нас встретили с охраной и отвезли в отель в охотничьих угодьях за городом. Бизнесмен сказал, что сделает для друзей Германа все, что сможет. Герман наблюдал со стороны, в разговорах не участвовал, а оставшись с нами, продолжал травить байки и ржать. Прожив с нами в отеле несколько дней, он смог расположить нас к себе. Несмотря на кажущуюся простоту, Герман обладал чувством такта, не перебивал собеседника, не пытался кого-то обидеть и во всем старался докопаться до сути. У него была особая манера изложения. Свои рассказы он сопровождал глубоким знанием истории вопроса и был ходячей энциклопедией криминального мира.