Чтение онлайн

– Два Туза.

Я вздрогнула.

– Что?

– Два туза, ты пропустила, – проговорил он, проведя пальцами по моей шее.

От этого прикосновения у меня по телу пробежали мурашки. Я подняла взгляд от стола и увидела его и Алекса, который с недоумением смотрел за жестом своего друга. Я покраснела и отвела взгляд. Алекс едва уловимо грустно кивнул. Я знала, что он все понял. Но сохраняя самообладание, тепло поприветствовал меня, поцеловав мою руку. Габриель же с победоносной улыбкой смотрел на нас обоих. Мне в эту минуту захотелось чем-нибудь запустить в эту самодовольную физиономию. Издав нервный вздох, я отхлебнула вино из бокала.

– Почему вы так поздно? – придя в себя и лучезарно улыбнувшись спросила я.

– Вчера было нападение на конвой с продовольствием, – затягиваясь сигарой Габриель внимательно смотрел на меня.

– И что, большие потери? – я столь же внимательно смотрела ему в глаза, откинувшись на спинку стула.

– У нас нет.

– Кого-то взяли? – на свой страх и риск продолжала выпытывать я.

– Взяли, – проговорил Габриель, выпуская изо рта густой клубок дыма.

Он все понимал, этот сидящий напротив меня жестокий мужчина. Он прекрасно знал, что я сейчас чувствую, и дразнил меня. Но я не унималась.

– Это партизаны? – я сверлила его взглядом.

– Партизаны, – он отвечал мне таким тоном, как будто бы подбрасывал полено за поленом в костер.

– И кто-то раскололся? – я почти шипела на него, задавая вопрос.

– Пока нет, но скажет, обязательно.

«Садист чертов» – пронеслось у меня в голове. Я с такой ненавистью на него смотрела и, чтоб хоть как-то сбить довольную усмешку с лица этого кровожадного упыря, я сняла туфлю и провела ногой под столом по внутренней поверхности его бедра. Самодовольная ухмылка сползла с лица немца в два счета. А я в это время обратилась к Алексу:

– Господин офицер, а вы тоже принимаете участие в кровожадных допросах над партизанами?

– Нет, это удел Габриеля, – ответил он, и все так же, казалось, с непреодолимым непониманием смотрел на меня.

– Отчего так?

– Он более успешен в той области, когда дело касается воздействия на человеческую психику.

– О да, я это заметила, – надев туфлю обратно на ногу я одарила Габриеля надменным взглядом.

В этот момент к нам подошел комиссар и Габриелю пришлось отойти к нему за стол для разговора.

– Катя, вы…, – Алекс явно не мог проговорить вслух свой вопрос.

– С Габриелем? Да, – грустно ответила я.

– Но как? Он насильно вас?

– Нет.

– Тогда я не понимаю.

– И не надо понимать меня, Алекс, не надо меня понимать, – устало проговорила я.

– Извините, я вас расстроил. Я не должен задавать такие вопросы. Это не мое дело.

– Нет, ничего. Все нормально.

– Если он вас принуждает, я вмешаюсь, вы только скажите. Я знаю Габриеля, он мастер психологического давления. Еще в первый вечер я понял, что он от вас не отстанет. Но не вмешался. А потом тот праздник и меня не было рядом. Это я виноват. – он так горько обо всем этом говорил, что мне хотелось рыдать.

– Алекс, можно вас по имени? – спросила я.

– Конечно.

– Жизнь все расставит на свои места. Кто с кем и когда пойдет по дороге жизни, – я протянула руку и положила ее на его ладонь.

Он провел своими пальцами по моему запястью. Мы смотрели и без слов понимали друг друга. Это было удивительное чувство. Я как будто знала этого человека сто лет, хотя в действительности перекинулась с ним всего несколькими фразами. Откуда взялось это ощущение? Я объяснить не могла. Такая связь может быть послана только свыше. Заиграла музыка, призывая скучающих людей на танец.

– Давайте потанцуем, Катя, – тепло проговорил мне Алекс.

Мы вышли на середину зала и закружились в пьянящем танце, смотря друг другу в глаза. Этот мужчина был такой родной. Было так странно, я совершенно не воспринимала его, как врага. Именно поэтому я не захотела подставлять его, я жертвовала собой ограждая его и чувствовала, что знай он всю ситуацию то поступил бы так же.

– Я хочу тебе кое-что сказать, – тихо проговорил он. – Ты очень похожа на мою жену, покойную жену, Еву. Она такой же была в юности. В начале войны она погибла в автокатастрофе.

– Мне очень жаль, Алекс, небеса забирают лучших так рано, – проговорила я, смотря в его небесно-голубые глаза.

– Я хочу, чтоб ты знала. Мне очень больно видеть тебя с Габриелем. Он сложный человек и может тебя обидеть. Но раз уж ты выбрала его, в любой момент, в любой ситуации я приду тебе на помощь, что бы ни случилось. Только скажи.

– Спасибо, – с горечью прошептала я. – Мне нужно было это услышать.

Я положила голову ему на предплечье и мы молча наслаждались этой близостью до того момента, пока не прекратила играть музыка. Алекс проводил меня к столику, за которым уже сидел Габриель, поцеловал мою руку и покинул театр.

– Он тебе нравится, – спокойным тоном проговорил фон Вольф.

– Нравится, – ответила я, играя с бокалом вина указательным пальцем.

– Почему же ты сделала такой выбор? Алекс хороший, намного лучше меня. Почему я, а не он? Я же вижу, что и ты ему нравишься. Не знаю, правда, что за подноготная у этой симпатии, ведь ты немного похожа на его погибшую жену. Но, тем не менее, дай ты ему повод, и ты бы тогда лежала не подо мной.

Я не знала, что мне ответить, чтобы выйти из ситуации и решила просто польстить ему.

– Мне не нужен хороший, мне нужен сильнейший. Здесь нет хороших. Это вы в Германии у себя хорошие. А здесь вы все одинаковые. Убийцы и захватчики. Так что поразмыслив, между силой и благородством, ты уж извини, но я выбрала силу. Удивительно, но я совершенно не боялась этого сидевшего передо мной человека.

– Красива и чертовски умна, – проговорил Габриель, – мне стоит тебя остерегаться.

– Стоит, – посмотрев на него я отхлебнула вино из бокала. – А теперь хватит разговоров, отвези меня к себе, – с вызовом проговорила я и он, усмехнувшись, галантно подал мне руку.

Всю дорогу я молчала. Когда машина подъехала к дому я была удивлена. Габриель один полностью занимал дом бывшего начальника завода.

«Значит никаких лишних глаз, это хорошо» – сделала я для себя приятное замечание.

Дверь нам открыла пожилая домработница.

– Ты можешь быть свободна, Марта, – вежливо сказал Габриель невысокого роста женщине.

Она изобразила на лице наиграно приветливую улыбку и презрительным взглядом окинула меня с ног до головы, затем, накинув на себя старое пальто закрыла за собой дверь.