Обратная сторона любовной валентинки
Шрифт:
– Эй! Я вообще-то в трусах.- Обиделся Кирилл и, скрывшись, загремел сковородками.
– Тем не менее...
– Настя зашвырнула в кухню какие-то джинсы.
– Это принцессы.
– Последовал ответ через секунду, и джинсы плюхнулись на подлокотник кресла.
Девочка мученически вздохнула и, закинув другие, выждала пару минут и, облизнувшись, зашла в кухню. Жнецов жарил колбасу.
– Ну ты прямо..мачо.
– девочка взяла стакан, выловила из графина какой-то зеленый мохнатый комок, явно органического происхождения, и налила воды.
Жнецов хмыкнул и тряхнул завязанными в хвост волосами.
– Есть такое.
Настя поставила стакан на стол и сев, заболтала ногами.
– Так ты получается, парень моего брата?
– ВОДЫ!..
– заполз в кухню Кир, морщась и тря глаза.
– Йо, братишка. Держи.
– Настя с готовностью протянула ему стакан, и Жнецов хмыкнул, одобряя ее предусмотрительность.
Кир залпом выпил, а затем уставился на сестру.
– Ты какого тут забыла?
– Вообще-то, я пришла сказать твоему парню о том, что ты уезжаешь на полгода в Грецию, потому что, зная тебя, смею предположить, что ты и не собирался говорить ему об этом, до самого отъезда.
Кир застыл.
Он метнул взгляд на Жнецова, который весь напрягся и, развернувшись, скрестил руки на груди.
Кир был готов придушить свою сестру, за ее длинный язык.
– Какие-нибудь объяснения будут, моя принцесса?
Зерев не отрывая глаза от пола, (ибо страшно даже представить выражение глаз Кирилла) смылся в ванную.
– Я в душ.
– СТОЯТЬ!
Настя почувствовала себя лишней и поскорее выскользнула из квартиры, подальше от гейских разборок.
*30 минут спустя*
– Заааая...
– приторно-сладким голосом Жнецова можно было мазать хлебушек.
– ФУ.- Кир передернулся, и поплотнее закутался в полотенце.-Не называй меня так. Такое ощущение, что ты там с топором стоишь, как минимум.
Кулак Жнецова весомо опустился на тщательно запертую дверь ванной. Он пока держался, но до того как он выломает к чертям эту гребанную дверь, остались считанные минуты.
– Принцесса..-уже более напряженно позвал Кирилл.-Ты же осознаешь, что тебе когда-то нужно будет выйти? Выходные не бесконечные, без еды ты протянешь меньше трех дней, с поправкой на анемию...
За дверью раздался хрип и звук рвоты.
– Кирилл...
Жнецов уже не задумываясь, дернул дверь, вырвав защелку с мясом, и обнаружил Кира, медленно сползающего на пол.
Жнецов рванулся к нему.
– Что случилось? Тебе плохо?! Эй, Кир...
– он поспешно начал его ощупывать, похлопывать по щекам, и Зерев хрипло рассмеялся.
– Я беременный.
– ЧТО?!-Жнецов застыл в полном ах*е, но тут увидел красные пятна на горле Кира.
– Идиот.
– простонал он, набирая скорую.-Ну ты и идиот, принцесса. Что ты сегодня ел?
– Этой ночью ели меня.- Хихикнул Зерев и тут же дернулся и забулькал в ванную.
– В графине была какая-то зеленая фигня.
– Вспомнил Жнецов.
– А, это, наверное, кактус. Надо же, и в графин попал? Я вроде все убрал..-Зерев потер глаза и почесал шею, пока Жнецов говорил скорой адрес.
– Что за кактус?
– Я в душе не *бу что там за кактус.
– Начал раздражаться Кирилл, и попытался встать.
– Стоял на кухне, я его поливал. Недавно вот, перевернул.
Жнецов тыкнул Кира и тот снова плюхнулся на кафель.
– Не вставай. Я сейчас.
Кирилл метнулся на кухню и сразу же вычислил злополучный кактус.
– Опунция. Ее сок вызывает аллергию. Какой же ты везучий, Кир.
– Простонал он, возвращаясь в ванную и обнимая любимого.
– Бяк.
Жнецов возвел глаза к потолку и встал, снимая фартук.
– Никогда больше так не делай, ладно?
В дверь позвонили.
Жнецов снова вышел и зашел уже с врачом.
– Ну, что тут у нас?
– Аллергическая реакция на кактус.
– Проинформировал Жнецов и, взяв руку Кира, повернул ее тыльной стороной.
– Колите.
Врач свернул на Жнецова стеклами очков.
– А вы, я вижу, лучше меня знаете...
– Несколько курсов медфака, я знаю, о чем говорю. Колите.
После этих слов врач беспрекословно вколол противоалергенное и, оставив какие-то таблетки, уехал.
Жнецов перенес Кира на кровать, и ему постепенно стало лучше. Пятна побледнели, и к вечеру, по словам доктора, должны были исчезнуть.
– Ты уезжаешь в Грецию?
– печально спросил Жнецов.
– Да.- Признался Кир.- Это все мама. Не может смотреть на то, как я "страдаю".
Жнецов запустил руку в волосы Кира и поцеловал его в висок.
– Да. Так будет лучше. Ты поправишься.
– Но я не хочу терять тебя на целых полгода.- Вздохнул Кир.
– Я ведь только нашел.
– Все будет хорошо.- Уверенно сказал Кирилл и прилег рядом, обняв хрупкое тело Зерева.
***
– АЛОХА!
– проорал Ромка, над спящими Кириллами.
– Какого дверь не закрываете, голубки?!И колбаса на кухне. Не съедена! И дверь в ванную выломана!
Вилка дает затрещину Роману, и он, шипя, уходит на кухню.
– Сколько время?- хрипло спрашивает Жнецов, щурясь на лампочку.
– Около десяти вечера.- Сообщает Виолетта, садясь в кресло и улыбаясь.
– Мы, конечно, может, и испортили какие-то ваши планы на вечер воскресенья, но вы идете с нами. В бар. На-ди-ра-ться.
– Киру нельзя...
– возразил Кирилл, но Вилка пожала плечами.
– Один раз не...
– она кашлянула,- Никак не повлияет. Все равно лечиться едет.
– Жнеееец...
– раздалось за его спиной, полное надежды и он понял, что, похоже, не сможет отказать.
– Ну, так что, едем?- высунулся Ромка из кухни, жуя колбасу.
***
"Топи" встретил их громкой музыкой и пьяными студентами.
– Я за бухлишком.
– сразу же исчез Ромка.
– Я в туалет.- Слилась Виолетта, и Кириллы пошли занимать столик.
– Вау. Кого я вижу!- Кир медленно обернулся и увидел Данила. Жнецов, необращая на него никакого внимания сел, и уткнулся в телефон.
– Привет.- Сдержанно познакомился Зерев, и тут Данил вытащил у себя из-за спины Сергея, того самого, что пытался наезжать на него.