Обратный перевод
Шрифт:
— Сегодня будем смотреть на звёзды, — прошептал он. — А в тот день, когда ты захочешь и решишься, ты щёлкнешь пальцами и… всё будет!
Хмурая складочка разгладилась.
— Так можно меня и избаловать.
— Тебя не избалуешь! Ты же чудо моё… Поцелуй меня… Вера, ты так целуешься, что я разум теряю…
* * *
— Пап, привет!
— Илья?! Привет!
— Пап, а что происходит?
— А что происходит?
Радость оттого, что позвонил сын, сменилась страхом. Что? Что известно Илье? Но ведь Виктор общался с Валентиной Эдуардовной, и они договорились, что не будут пока говорить Илье о разрыве родителей.
Слышно было, как сын вздохнул.
— Пап, я поступил.
— Вот молодец! Я очень, очень рад! Илюш, поздравляю тебя!
— И завтра мы с дедом улетаем в Италию, у него гастроли!
— Здорово!
— Пап, у меня всё нормально! Поэтому скажи, что там у вас происходит?
Виктор оторопел — вот так, в одночасье, повзрослел его сын. Или он просто не замечал, что Илья уже далеко не мальчик?
— Ты до мамы дозвониться не можешь?
— Да, сейчас мамин телефон вне зоны доступа! Ну, а так-то мы с ней часто разговаривали!
— Ну…
— Я бабуле звонил. Она сказала, что мама, оказывается, в санатории, это в заповеднике каком-то и там, кое-где нет связи.
— Да.
— Пап, а долго мама у бабули в Сивцевом Вражке была? И, вообще, почему она туда поехала после того, как вы меня проводили?
— Ей тяжело было, ты улетел… С бабушкой не так тоскливо, ты же знаешь Валентину Эдуардовну!
— Папа… — по волнительным ноткам в голосе Ильи было понятно, что предыдущие вопросы, — так, чтобы разговор начать! — А почему у нас дома трубку женщина посторонняя взяла?
Виктор похолодел.
— А ты домой звонил?
— Ну да…
— Мама в санатории, я работаю, по делам мотаюсь… Может, ты не туда попал?
— Ладно. В общем, всё нормально. Буду маме дозваниваться! Всё, пока, пап!
— Пока.
Илья закончил разговор и посмотрел на деда.
— Дед, они расстались. Отец разговаривает так, будто ужом крутится! Бабушка, знаешь, она давно что-то неладное почувствовала. Понимаешь, я же знаю, что бабуля врать не умеет, поэтому и не стал её спрашивать. А мама уже давно в санатории.
— Ну, и я ей звонил. Она отдыхает! — Дмитрий Николаевич переживал за внука. И это ещё хорошо, что Илья не в Москве мечется между родителями, а с ним, и поездка по Италии очень для Ильи кстати будет!
— И знаешь, отец-то растерялся, когда я про женский голос в нашем телефоне спросил. Пауза долгая была. Ведь трубку у нас дома тётя Лена взяла — мамина приятельница. Уж я-то со своим абсолютным слухом не могу ошибиться!
— А… Помню её. Только, Илюш!..
— Дед, я в порядке! Не переживай из-за этого. И знаешь, так даже и лучше!
— Почему? — не ожидал такое Дмитрий Николаевич от Ильи услышать!
— Мама… Она же как ангел! Ей нужна другая жизнь! И эти отцовские грубости — ну вопли иногда, матерные слова, если что-то не получается или если он разозлён чем-то! Не часто, конечно, но… У неё всё должно быть по-другому!
— Ангел… — дед покачал головой, глядя на внука. — Илюш, как же ты быстро повзрослел…
…Виктор несся в сторону дома. Давно, давно у него не было повода пнуть Ленку! Ишь ты! Сказал же — не брать трубку!!! Блин! И ещё неизвестно, что она Илюхе наговорила! Хорошо, если повесила, как только его голос услышала! Тогда вариант, что Илья не туда попал вполне прокатит.
Когда Виктор добрался до дома и вошёл в подъезд, лифт оказался занят. Тогда он рванул бегом по лестнице. На уровне четвёртого этажа остановился — надо отдышаться, что-то он разогнался.
— Б….!!!
Надо успокоиться.
И чего он так взбесился-то? Илья же в консерваторию поступил! Всё, теперь скрывать нечего, потому что волновать-то некого.
— И что? Я хочу остаться с Леной? И даже не попытаюсь вернуть Веру?
Он очень хотел вернуть жену. Он скучал по ней. Ему недоставало их вечерних разговоров, ему хотелось слушать, что Вера думает о книгах, которые переводит. Виктор тосковал по Валентине Эдуардовне, он хотел ездить к ней в Сивцев Вражек! И… с кем ему теперь говорить о сыне? С кем вот сейчас порадоваться, что Илья поступил в консерваторию — подумать только, в лондонскую консерваторию!
А этот безумный секс с Леной, готовой на всё? Ведь Виктор ждал, когда ей это надоест. Но ей не надоедало. И он начал подозревать, что, видимо, из-за недостатка мозгов.
— Я её оставил у себя только чтобы проблемы ей создать! Чтоб ей так же хе**во было, как мне! А вот что вышло…
Виктор нажал на кнопку вызова лифта. А когда оказался в кабине, поехал на первый этаж.
Ничего, этот её разговор с Ильей — с его сыном! — по телефону он припасёт на потом. А сейчас… Может, Валентине Эдуардовне позвонить? Спросить, как там Вера?
Глава 15
«Мы поехали», — SMS.
«Жду!» — ответное SMS.
Борька всю дорогу смотрел в окно, сидя у Веры на коленях. Они ехали в большом «Volvo», и рядом был Сергей!
— Вер, ты, может, радио хочешь послушать или что-нибудь из дисков выбери?
— Нет, это ты сам! Ты же за рулём сидишь!
— И что? — Сергей насторожился.
— Нет, Серёж… — Вера не хотела, чтобы его что-то раздражало, вдруг ему не нравится музыка, которую она слушает в машине. — Давай лучше ты!
Тогда он просто включил радио.
— А… я тоже это радио слушаю! — обрадовалась Вера.
— Я и не сомневался, — улыбнулся Сергей.
Вера восхищённо смотрела на него, а он старался спрятать улыбку. Просто Сергей, когда ставил Верину машину к себе в гараж, проверил, какое радио у неё первое в настройках.
— Машина у тебя шикарная!
— Удобно?
— Очень! И красивая!
— Ну и отлично!
Сергей ехал уверенно — по Новорижскому шоссе пролетели, а в Москве — он прекрасно знал дорогу к дому Веры.
— Вер, я думаю, на Арбате можно цветы купить?
— Можно.
— Бабушка твоя какие цветы любит?
— Розы.
Вере было приятно, что Сергей решил подарить Валентине Эдуардовне букет.
— И знаешь, Вер, давай торт-мороженое купим!
— Давай!
— Борь, тебе придётся в машине нас подождать.
Борька внимательно посмотрел на Сергея. Но промолчал, а молчание — знак согласия.
Всё нашлось на Новом Арбате — и роскошный букет белых роз и торт-мороженое от «Баскин Роббинс».