Чтение онлайн

Переосмысление исторического опыта – естественный процесс, обусловленный появлением новых документальных данных, сменой поколений и эволюцией исторической памяти. К сожалению, в последние годы в этот процесс привносятся чисто политические и идеологические аспекты, особенно активны в этом процессе молодые европейские государства, входившие ранее в состав СССР и социалистический лагерь. В поисках своей новой идентичности они пытаются по-новому взглянуть на причины и истоки Второй мировой войны.

Однако трагические события тех лет стали серьезными уроками для сегодняшнего дня. Некоторые из этих уроков носят универсальный характер: аморальная политика рано или поздно оборачивается против ее адептов, умиротворение агрессора никогда не окупается, а сопротивление большому злу требует своевременных коллективных усилий.

После раздела Чехословакии предвоенный политический кризис побудил Великобританию дать некоторые гарантии Польше, что затем переросло в соглашение о взаимной помощи. Руководство СССР, осведомленное обо всех закулисных переговорах, постепенно приходит к убеждению, что промедление может сделать продвижение Германии на восток быстрым и необратимым. Остановить ее могло бы только международное соглашение, которое давало бы гарантии странам, граничащим с Германией. В таком соглашении СССР было отказано.

Из многострадальной истории Европы вытекает и другой, более конкретный урок. Весь опыт межвоенного периода – от Версальского мира до начала Второй мировой войны – убедительно свидетельствует о невозможности создания эффективной системы коллективной безопасности в Европе без действенного участия крупнейшей европейской державы – России. Тем не менее в Европе до сих пор нет эффективной архитектуры безопасности, в которой Россия полноценно участвовала бы. Неужели нужно ждать новой тотальной угрозы, чтобы объединить, наконец, наши усилия для создания Европы, одинаково безопасной для всех?

В общем информационном потоке последних лет все чаще приходится встречаться с предвзятым отношением к нашей отечественной истории. Трудно, не выходя за рамки учтивости, оценить недальновидные устремления некоторых видных политиков, вознамерившихся переписать историю. Особый упор в «новом историческом подходе» ревизионистов делается на истории России и событиях, связанных со Второй мировой войной. Трудно удержаться от замечания, что на рубеже ХХ и XXI веков просматривается уже знакомая геополитическая стратегия давления на Россию: в это время вновь предпринимается попытка оттеснить нашу страну на северо-восток Евразии, вглубь континента.

Гитлеровские планы совпадали с планами пангерманистов, провозглашенными перед Первой мировой войной, а границу Германии по Волге требовали установить в 1914 году берлинские интеллектуалы, бросая вызов «коммунистической идеологии гражданской войны», а не христианской России. Советско-германский договор 1939 года действительно изменил очередность планируемых Гитлером нападений на менее приемлемую для Запада. Но главное – договор 1939 года, вместе с «расписанием войны», поменял и послевоенную конфигурацию мира, сделав для англосаксов невозможным войти в Восточную Европу ни в начале войны, ни после победы. Следовательно, потерпели крах надежды Великобритании изъять Восточную Европу из орбиты влияния СССР. Именно поэтому пакт Молотова – Риббентропа 1939 года – это крупнейший провал английской стратегии в ХХ веке.

В грозовой, изменчивой обстановке лета 1939 года СССР, как любая самостоятельная держава, пытался найти способ обеспечить свою безопасность и получил два дополнительных года для подготовки страны к войне. Как это ни парадоксально, но именно договоренности между Москвой и Берлином в августе 1939 года заставили Англию, Францию и США принимать во внимание советское государство при решении международных вопросов, что увенчалось и созданием антигитлеровской коалиции.

Сегодня России, как историческому наследнику СССР, провокационно навязывается нравственная вина за события тех лет и подводится идеологическая база для предъявления различных компенсационных претензий. Но давайте подумаем: может быть, эти претензии хоть отчасти справедливы?

После распада СССР Российская Федерация, чтобы закрепить за собой имущество распавшегося великого государства, провозгласила себя исторической наследницей Советского Союза, что вызвало волну возмущения в бывших союзных республиках. Еще до развала СССР президент страны М. С. Горбачев дает согласие на воссоединение Федеративной Республики Германии с Германской Демократической Республикой, что, естественно, привело к падению Берлинской стены. Было принято решение о выводе советских войск с территорий всех бывших братских республик Европы и в первую очередь из ГДР, что стало символом проигрыша СССР в холодной войне и превратило страну – победителя фашизма в побежденную.

Сегодняшняя Россия ценой невероятных и драматических усилий встала на новый путь – путь цивилизованного развития. Она смогла преодолеть последствия системного политического и экономического кризиса ХХ века и на основе общечеловеческих ценностей – свободы, демократии, гуманизма и уважения к национальной и внешней исторической памяти – успешно строит свое будущее. Но устойчивое развитие нашей страны не согласуется с желанием Соединенных Штатов Америки и Великобритании видеть Россию страной с ограниченной самостоятельностью, неспособной к реализации стратегических национальных приоритетов, обеспечивающих развитие личности, общества и государства. Именно с их молчаливого согласия и цинично скрываемого финансового поощрения против России разворачивается настоящая информационная война. Полем брани выбрана история, в которой результаты кропотливого и добросовестного труда историков перечеркиваются политическим заказом высших должностных лиц, и история превращается в инструмент политического давления. В первую очередь это касается Украины, Грузии, Литвы, Латвии, Эстонии и Польши, хотя и в других странах фальсификация и политизация истории также обрели статус государственной политики. Следует признать, что упрямство, с которым все перечисленные страны проводят государственный курс на фальсификацию и умаление общего прошлого, наносит определенный моральный ущерб России и дезориентирует международную общественность. Совершенно ясно, как важна трактовка истории. Она создает определенную картину мира, систему оправданий для действия различных факторов международной политики. И жертвами неверной трактовки истории уже стало целое поколение молодых людей.

Сегодня необходимо думать не только о великой Победе, но и о цене, которая была за нее заплачена. Особым атакам подвергаются события Второй мировой войны, ее итоги и роль России в победном ее завершении. Попыткам фальсифицировать историю в ущерб интересам России можно противопоставить только достижения отечественной исторической науки, широкое использование архивных свидетельств и документов и честное их толкование.

Процессы фальсификации истории в бывших союзных республиках тесно связаны с экономическими факторами. Когда каждая республика объявляла о суверенитете, она надеялась на самообеспечение, забыв о том, что производимая республикой промышленная продукция не была востребована за пределами СССР. Трудностями воспользовались западные государства, которые, во-первых, выдвинули на главные государственные должности своих эмиссаров среди населения республики, а во-вторых – выдали целевые кредиты на закупку их товаров. Вот тогда-то и стали появляться национальные герои, которые якобы сражались за независимость своей страны, зазвучали исторические обвинения в адрес России и тезис о «советской оккупации». В течение двадцати лет все попытки восстановить экономические связи между бывшими союзными республиками не увенчались успехом.

В последние годы Россия столкнулась с сознательными и целенаправленными попытками исказить нашу историю, причем с конкретными политическими, а иногда – и материальными целями. Все это происходит потому, что наша история, наши ценности, наши традиции – это огромный ресурс нации. Это тот ресурс, который, в отличие от минеральных богатств, не растрачивается, он может только приумножаться. Но фальсификация истории может привести к тому, что этот ресурс будет девальвирован, и самый главный метод борьбы с фальсификациями – тщательная разработка собственной истории. И для этого нужно создать нормальную систему финансирования российской исторической науки.

Речь никоим образом не идет о давлении на историков, о том, чтобы заставить их так или иначе интерпретировать исторические события. Но с другой стороны, невозможно оставить историю историкам, если все общество интересуется исторической проблематикой. В России существует большое количество средств массовой информации: периодическая печать, радио, телевидение и другие. Исторические дебаты нужно вести на всех площадках.

Важная проблема – преподавание истории. К большому сожалению, идет вымывание гуманитарных дисциплин из учебных программ школ, университетов. Получается, что, с одной стороны, мы боремся с фальсификацией, а с другой – лишаем наших учеников и студентов возможности сформировать системное историческое сознание. Эта проблема имеет отношение не только к истории, но и к философии, политологии, социологии, ведь система образования формирует не просто работников на рынке труда, а граждан демократического, открытого российского государства.