Обреченная
Шрифт:
Загорелась лампочка, оповещая, что пришло сообщение, и на одном из экранов появилось незнакомое женское лицо.
– Эмбри.
На женщине был пятнистый комбинезон Академии.
– Да. Чем могу быть полезна?
– Эмбри, меня зовут Кэти Робинсон.
У нее была безукоризненная дикция, и Эмбри на секунду показалось, что она участвует в театральной постановке.
– Мы сейчас на «Венди», но скоро, через нескольких минут, выйдем и прилетим за вами. Мне бы хотелось, чтобы вы упаковали вещи. Мы заберем вас с собой.
– Интересно почему?
– спросила Эмбри.
– Потому что собираемся снять с вашего корабля систему жизнеобеспечения.
Они прибыли через полчаса и сразу приступили к работе. Их было восемь. Они спустились в хранилище и оторвали большую часть металла от стеллажей, контейнеров, шкафчиков, ящиков и разделительных перегородок. Затем отправились на вторую среднюю палубу и, пройдясь по каютам и гостиной, проделали то же самое.
Кэти помогла Эмбри собраться. Потом они еще раз прошлись, очищая каюту от металлических предметов: бортики от койки, держатели ламп, складной столик, выдвижной шкаф. Эмбри поблагодарили, извинились за причиненные неудобства, погрузили все в шаттл, не забыв и про саму пассажирку. А затем все покинули корабль.
Успокоительное не подействовало. Келли слышала шум далекого прилива - они наконец разбили лагерь рядом с бухтой Дурных Вестей и смотрели, как Джерри Морган - огромная разбухшая луна - медленно плывет к горам. Небо на востоке уже начало светлеть. Хатч взяла на себя обязанности часового, и ее изящная фигура опиралась о дерево за пределами сияния костра.
Наконец она отошла от дерева, села и обвила руками колени.
– Ты любила его, Келли?
– спросила она неожиданно, и от ее голоса Макаллистер вздрогнул. Он лежал к ней спиной, но теперь повернулся. Тень скрывала лицо, и Хатч не могла разглядеть в темноте его выражение.
– Нет, - ответила Келли. Она помолчала несколько секунд и добавила: - Не думаю.
– Мне очень жаль, - с этими словами Макаллистер сел и протянул руку за кофейником.
– Знаю, - проговорила она.
– Нам всем очень жаль.
Он разлил кофе по кружкам и одну протянул Келли. Но та отказалась. Ей не хотелось, чтобы что-то находилось у нее в желудке.
– Иногда мне кажется, - сказал Макаллистер, - что жизнь - это попросту длинная вереница упущенных возможностей.
Она кивнула.
– Знаете, чтo самое невыносимое? То, что я оставила его здесь. В этом богом забытом месте.
– Оно не хуже любого другого, Келли. Он не почувствует разницы.
Келли чувствовала себя опустошенной.
– Он был отличным парнем.
– Она с трудом справлялась с наплывом гнева и слез. Внезапно страшное горе навалилось на нее, и на этот раз она ничего не смогла поделать. Стиснула зубы и попыталась держаться.
Макаллистер обнял ее.
– Пусть так, - произнес он.
Хатч с кем-то беседовала по комму. Затем в полном расстройстве всплеснула руками. Келли был знаком этот жест, и она почувствовала, что волосы у нее становятся дыбом.
Разговор завершился, и Хатч быстро подошла к костру.
– Пора идти, ребята, - промолвила она.
– У нас остался всего день.
Она опустилась на колени рядом с Найтингейлом и мягко потрясла его. Чтобы разбудить.
– Это ошибка, - возразил Макаллистер.
– Нам говорили, что у нас еще есть время до завтрашнего вечера.
– Они передумали. Ладно, надо пошевеливаться.
Мак не нуждался в очередной подсказке. Он искал зубную щетку.
– Сколько нам еще надо пройти?
– спросил он.
– Тридцать километров.
– За один день? Мы не сможем!
– Нет, сможем!
– Хатч, - шепотом обратился к ней Мак.
– Ведь нам предстоит не просто добраться туда, повернуть ключик и завести эту чертову штуку. Сколько времени понадобится на все: дойти туда и раскочегарить челнок? Мы вообще способны это сделать?
– Сделаем за несколько часов, - сказала она.
Он посмотрел на приближающийся рассвет и растер ноги.
– Не забывай, потом нам придется вернуться к башне и забрать накопители. К какому времени?
– К сегодняшней ночи. Примерно к полуночи.
Он беспомощно воздел вверх руки.
– Нам надо применить план «Б».
Найтингейл наблюдал за ними, стараясь прийти в себя после пробуждения.
– Что случилось?
– осведомился он.
Хатч объяснила.
– Я буду готов через минуту.
– Он наклонился к ручью, ополоснул лицо ледяной водой и почистил зубы. Мак рядом с ним занялся тем же самым.
– С тобой все в порядке?
– спросила Хатч у Келли.
С Келли было все нормально. Она никогда не чувствовала себя лучше.
– Нам с тобой придется предпринять марш-бросок, - предупредила она.
– Знаю, - отозвалась Хатч.
– И оставить их.
– Мак уже предлагал это.
В бухте Дурных Вестей громыхали волны. Путники добрались до мыса и посмотрели на воду. Это было обширное внутреннее море, дальнего берега разглядеть не удавалось - он был где-то слишком далеко.
– Местность к югу становится пересеченной, - предостерег Марсель.
– Сойдите с вашего нынешнего маршрута и пройдите примерно километр на северо-запад. Там есть маленькое озерцо. Обогните его и продолжайте идти в том же направлении. Похоже, местность там пригодна для пешего передвижения.
– Ладно.
Далеко внизу лежал залив, с виду очень мирный. Над поверхностью сновали чайки. Хатч заметила что-то, похожее на огромную черепаху, греющуюся на солнышке.
Они повернулись друг к другу.
– Мы будем ждать вас здесь, - сказал Найтингейл.
Хатч кивнула.
Келли по очереди посмотрела на мужчин.
– Мы постараемся сделать всё как можно быстрее.
Они проконсультировались с Марселем. Место здесь было высокое, и прилив им не угрожал.
Четверка шла вдоль берега, пока не обнаружила открытое место - достаточно просторное, чтобы посадить там летательный аппарат.
– Поскольку время поджимает, - проговорила Хатч, - мы намерены сначала добраться до башни. А потом вернемся за вами.