Чтение онлайн

Зеленоватая кожа Бендера сделалась серой.

– Она не может быть той самой дочерью, – сказал он.

– Это она и есть. И, знаете, когда переворот был подавлен и солдаты, истребившие всех её родных и близких, предстали перед судом, они пытались оправдываться как раз тем, что только выполняли приказы. Так что независимо от того, хорошо или плохо была обоснована ваша точка зрения, Виверос, пожалуй, самый неподходящий человек во всей вселенной, которому следовало читать лекции о банальности природы зла. Она знает об этом все. Ведь это её семью жестоко истребляли, пока она лежала в подвале, зарывшись в грязное бельё, истекая кровью и стараясь не плакать.

– Боже, я глубоко сожалею! – воскликнул Бендер. – Я не знал. А то не стал бы говорить ничего этого.

– Конечно, вы не знали, Бендер. Как раз об этом и говорила Виверос. Здесь, в этом мире, вы не знаете ничего. Ровным счётом ничего.

– Слушайте меня внимательно, – сказала Виверос, когда мы начали спуск к поверхности. – Наше дело – надавать им по сопатке, чтоб они умылись кровью. Не больше и не меньше. Мы приземлимся где-то в центре правительственного квартала. Нужно взорвать несколько зданий, но стараться не стрелять по живым целям, если, конечно, они не станут первыми нападать на солдат ССК. Мы уже врезали этим нахалам по яйцам, а теперь остаётся только насрать им на бошки, пока они будут валяться на полу. Поэтому действуйте быстро, попортите, что сочтёте нужным, и бегом домой. Всё ясно?

Пока что операция больше всего походила на увеселительную прогулку. Вхайдиане совершенно не ожидали внезапного и мгновенного появления в своей собственной солнечной системе двух дюжин линейных кораблей ССК. Несколькими днями ранее ССК начали отвлекающее наступление в системе Эрнхардта, чтобы связать там корабли вхайдиан, В результате главный оплот противника оказался почти без защиты, а те немногие звездолёты, которые оставались в системе, были застигнуты врасплох и уничтожены в результате молниеносной атаки.

Наши бомбардировщики так же быстро прошли над главным вхайдианским космодромом, разрушив ключевые точки многокилометрового сооружения. Теперь космическая станция должна была сама разлететься на части под влиянием центростремительной силы (если есть возможность обойтись без излишнего расхода боеприпасов, ею необходимо пользоваться). Мы не заметили ни одного корабля или зонда, который мог быть отправлен в систему Эрнхардта, чтобы предупредить собравшуюся там флотилию о совершившемся нападении. А это значило, что главные силы вхайдиан будут оставаться в неведении, пока не окажется слишком поздно. Если кто-нибудь из них уцелеет в сражении там, то, вернувшись домой, не найдёт места, куда можно было бы причалить и где ремонтироваться. А наши силы покинут систему задолго до их возвращения.

Очистив местный космос от всех потенциальных опасностей, ССК преспокойно взялись за уничтожение промышленных центров, военных баз, шахт, нефтеперерабатывающих заводов, опреснительных центров, плотин, солнечных электростанций, гаваней, наземных космодромов, магистральных шоссе и других целей, которые вхайдианам придётся восстановить, перед тем как снова пытаться выйти в межзвёздное пространство. Через шесть часов серьёзного неторопливого избиения вхайдиане, по всей видимости, оказались отброшенными в эпоху двигателей внутреннего сгорания, где им, скорее всего, придётся на некоторое время задержаться.

ССК избегали широкомасштабных неприцельных бомбардировок крупных городов, поскольку истребление гражданского населения не входило в их планы. Разведчики ССК подозревали, что многочисленные жертвы последуют за уничтожением плотин, но с этим ничего нельзя было поделать. План кампании основывался на том, что у них возникнет достаточно проблем с болезнями, голодом, политическими и социальными волнениями, которые неизбежно сопровождают уничтожение индустриальной и технологической базы, свершившееся с той же внезапностью, с какой в старых кинофильмах сыщик выдёргивает ковёр из-под ног злодея. Поэтому активные нападения на гражданское население были объявлены, во-первых, негуманными и, во-вторых (что, вероятно, было не менее важно для командования ССК), – неэффективным использованием ресурсов. Поэтому нападения на населённые пункты даже не предусматривались, не считая, конечно, столицы, экзекуция над которой рассматривалась как важный элемент психологической войны.

Не могу сказать, чтобы вхайдиане в столице оценили наш гуманизм. Как только мы приземлились, на наши космошлюпки посыпались снаряды и лазерные лучи. Изнутри можно было подумать, что нас приветствуют очень – ну, очень! – громкими криками и одновременно жарят на обшивке яичницу, чтобы сразу и угостить.

– Работаем по двое, – сказала Виверос, разделяя своё отделение на пары. – Чтобы никто у меня не смел шляться один. Ориентируйтесь по своим картам и старайтесь не залезать в опасные места. Перри, ты пойдёшь с Бендером. Особо попрошу тебя: если он будет пытаться заключать мирные договоры, не позволяй ему этого. В качестве премии ваша пара выйдет первой. Заберитесь куда-нибудь повыше и постарайтесь разделаться со снайперами.

– Бендер, – я жестом приказал двигаться за мной (здесь-то мы разговаривали без тех светских церемоний, которые иногда позволяли себе в столовой), – переключи свою МЦ на ракеты и не отставай. Камуфляж включить. Разговоры только через МозгоДруга.

Разгрузочная рампа корабля откинулась, и мы выскочили наружу. Прямо впереди, метрах в сорока, возвышалась неизвестно что изображавшая абстрактная скульптура. Я одним выстрелом раздолбал её на бегу – никогда не любил абстрактное искусство.

Я направился к большому зданию, расположенному северо-западнее точки нашего приземления; сквозь стёкла вестибюля было видно нескольких вхайдиан с какими-то длинными штуками в лапах. Я выпустил в ту сторону несколько ракет. Они взорвались от удара в стекло, не причинив вреда вхайдианам. Но сумели отвлечь их настолько, чтобы мы успели скрыться с глаз. Я передал Бендеру приказ выбить окно на втором этаже, он его успешно выполнил. Мы взлетели туда и оказались в помещении, напоминавшем разгороженный на крошечные клетушки офис большой организации. Конечно, ведь даже чужаки должны работать. Однако ни одного живого вхайдианина, с которым можно было бы поговорить, там не оказалось. Я подумал, что большинство из них решили сегодня прогулять работу. Ну и ладно – у кого повернётся язык бранить их за это?

Мы нашли пандус, который, заворачиваясь винтом, поднимался вверх. Никто за нами снизу не погнался. Вероятно, все были настолько заняты общением с другими солдатами ССК, что о нас просто позабыли.

Пандус вывел нас на крышу. Я остановил Бендера, который был готов с маху выскочить на открытое место. Мы медленно, ползком выбрались за дверь и обнаружили троих вхайдиан, которые, укрывшись за парапетом крыши, стреляли вниз. Я снял двоих, а Бендер третьего.

«Что дальше?» – обратился ко мне Бендер.

«Иди со мной», – ответил я.

Средний вхайдианин больше всего похож на помесь между черным медведем и большой сердитой белкой-летягой. Те, которых мы застрелили, напоминали сейчас больших сердитых летучих белок-медведей с винтовками и раздроблёнными затылками. Двигаясь боком, чтобы не выпускать из поля зрения дверь, через которую вышли, я указал Бендеру на одного из убитых снайперов, а сам подошёл к его соседу.

«Залезай под него», – приказал я.

«Что?» – также через МозгоДруга переспросил Бендер.

Я указал на соседние крыши.

«Там ещё много вхайдиан, – передал я. – Замаскируйся, а я пока что займусь ими».

«Что мне делать?» – спросил Бендер.

«Следи за входом на крышу и не позволяй им сделать с нами то же, что мы сделали с ними», – ответил я.

Бендер скорчил рожу и заполз под мёртвого. Я сделал то же самое и сразу же пожалел об этом. Не знаю, как пахнет живой вхайдианин, но мёртвый воняет на редкость омерзительно. Бендер развернулся и взял дверь на прицел. Я связался через МозгоДруга с Виверос, передал ей то, что видел сам, а потом начал уничтожать снайперов, засевших на других крышах.