Обреченные на желание
Шрифт:
Минуту спустя Василиса подняла глаза и осмотрела присутствующих.
– Добро пожаловать в Экмириум! – Хранитель широко улыбался.
Дом содрогнулся от сильных толчков, как при землетрясении. Василиса испуганно вскрикнула, но, поглядев на присутствующих, которые не придали этому абсолютно никакого значения, взяла себя в руки.
– Что со мной произошло? – уверенно, переводя взгляд с одного лица на другое, спросила Василиса.
– Ты в Экмириуме, мире волшебства и магии, а конкретно в доме Желаний. Ты пришла по своей воле. Дом излечил твой недуг, и теперь ты здорова! – Хранитель подошел к Василисе и взял ее маленькую ручку в свои теплые руки.
– Ты помнишь, что случилось? Почему ты решила прийти сюда?
Василиса закрыла глаза. Ей понадобилось несколько минут, чтобы собраться с мыслями. Когда она открыла глаза, в них стояли слезы.
– Они забрали бабушку… Потом меня… Это было ужасно! – Василиса говорила с трудом, сдерживая подступавшие рыдания.
– Кто забрал? – Ян, все это время молча наблюдавший за происходящим, обеспокоенно приблизился к Василисе.
– Я не знаю. Какие—то люди. Бабушка не вернулась с рынка… Я думала, что она пошла по делам, а потом пришли они и увезли меня в какой—то дом, где много странных людей. Они все кричали… и трогали меня! Я не могла там находиться! – Василиса не выдержала и расплакалась. Ян обнял ее.
– Тише, тише. Все закончилось. Здесь тебя никто не обидит. Теперь ты с нами, – успокаивающим голосом тихонько говорил Ян.
– Что теперь со мной будет? – вытирая слезы, спросила Василиса.
Хранитель нежно заглянул ей в глаза.
– Ты останешься с нами и поможешь нам.
– Что я должна делать?
– Пока тебе нужно освоиться в новом образе и в новом месте. Отдыхай. Всему свое время, – Хранитель вышел из гостиной.
Рина и Ян стояли возле Василисы. Рина нарушила неловкое молчание.
– Я Рина, а это Ян, – Рина указала рукой в сторону Яна.
– А я Лиса, – Василиса улыбнулась.
– Новая жизнь, новое имя? – Рина тоже улыбалась.
Неожиданно Ян вскрикнул. Васлииса и Рина повернулись в его сторону. Он стоял у окна гостиной с приоткрытым от удивления ртом.
Девушки подошли и выглянули в окно. За окном, на сколько хватало взгляда, раскинулся великолепный осенний сад. Ребята открыли дверь, и, к невыразимому облегчению Яна, его, как прежде, не сдул порыв сильного ветра, а лишь легкое дуновение ветерка пригласило его и остальных жителей дома пройти в сад.
Ребята вышли во двор. Кустарники, деревья, цветы – все пестрело яркими осенними оттенками! По периметру сада стояли кованые лавочки, а вдалеке виднелась беседка, обвитая диким виноградом. Все выглядело немного запущенным и увядающим, но от этого не менее прекрасным.
– Это твоя заслуга! – Ян одобрительно смотрел на изумленную Василису. – Это твой сад.
Глава 11
Подарок
О том, что погода в Экмириуме сильно отличается от погоды в реальном мире, Ян догадывался и прежде, но впервые ясно осознал этот факт в начале декабря, когда вместо ожидаемого ослепительно белого снега, выглянув в окно своей комнаты, он увидел набухающие почки на деревьях и новую светло—зеленую травку.
Прошел месяц, с тех пор как Василиса жила в доме Желаний вместе с Яном и Риной, которая была занята поиском новых Обреченных и почти не появлялась в доме. Ян много времени проводил с Василисой. Теперь, когда ей не мешала болезнь, она с удовольствием общалась и с легкостью заводила друзей. У Василисы, как и у других жителей дома Желаний, была своя комната и множество друзей – помощников. Вот и сегодня Василиса возилась в саду, а вокруг нее кружились ее новые друзья.
Ян с интересом разглядывал из окна помощников Василисы. Возле нее летали маленькие, нежные красивые феи, по саду, веселясь и повизгивая, бегали садовые гномы в разноцветных костюмчиках, птицы – семянки летали над клумбами, сделанными заботливыми руками Василисы, и раскидывали семена неизвестных Яну цветов и растений. Даже сама Василиса не могла предугадать, что именно вырастет на той или иной клумбе, если сеяли птицы.
За прошедший месяц дом Желаний преобразился. Он увеличился в размере от появления комнаты Василисы. Комната была чудесной и напоминала зеленый оазис. Все вокруг утопало в зелени. Бесконечное множество комнатных растений пестрело в горшках. Они были везде: на стенах, полу, столе, подоконнике и книжной полке. Цветы были разные, но больше всего было орхидей разнообразных оттенков и видов. По комнате порхали разноцветные бабочки. Все благоухало и дышало жизнью.
Ян вышел в сад.
– Доброе утро! – Василиса улыбнулась широкой, искренней улыбкой и помахала Яну своей маленькой ручкой.
– Доброе утро, Лиса, – Ян подошел ближе и опустился на колени возле Василисы. – Что ты делаешь?
– Новую клумбу. Как ты думаешь, в Экмириуме бывает зима? – Василиса посмотрела на Яна, потом перевела глаза на небо, с которого ласковыми теплыми лучами совсем по—весеннему светило солнышко.
– Не знаю, – задумчиво произнес Ян. – Здесь все не так, как у нас. Ну, не так, как у нас там, в реальном мире, – совсем тихо произнес Ян. – Ты скучаешь по нему, по нашему миру? По своей прошлой жизни? По родным людям?
Василиса медлила с ответом. За прошедший месяц она каждый день думала о бабушке.
Немного погодя, она посмотрела на Яна, сидевшего около нее на коленях и напоминавшего ей побитого щенка. Ей стало невообразимо жаль его. Неожиданно на нее нахлынуло сознание того, насколько он одинок здесь. Василиса обняла Яна и положила свою хорошенькую головку к нему на плечо.
– Скучаю, – чуть слышно прошептала она. – Но я думаю о том, что Экмириум появился в нашей жизни неслучайно. Я бы погибла в той больнице, куда меня забрали, и Экмириум стал моим спасением!
– Я бы тоже умер…
Василиса отстранилась от Яна и испуганно посмотрела на него.
– Ну, я умирал, когда решил поверить в Экмириум. Я так долго сопротивлялся, что чуть не упустил момент.
– Как это? – Василиса внимательно слушала Яна и, не отрываясь, смотрела на него.
– Я уже не мог дотронуться до метки, – Ян потер ладонь, на которой была метка от камня с браслета Рины. – Кто—то сделал это за меня. Можно задать тебе вопрос?
– Конечно.
– Как ты думаешь, твоя бабушка жива? – Ян тревожно посмотрел на Василису.
Василиса молчала. Нельзя сказать, что она не думала об этом. Вернее было бы сказать, что она запрещала себе думать об этом.
– Я не знаю, – она тяжело вздохнула. – Но одно я знаю точно: мы никогда уже не встретимся с ней.
Яну показалось, что на щеке Василисы блеснула слезинка, но, когда она посмотрела на него, на ее губах играла улыбка.
– Я думаю, нам нужно сделать что—то в честь наших родных. Так нам будет легче, – сказала Василиса.
Ян улыбнулся.
– Хорошая мысль. Давай посадим цветы.