Чтение онлайн

– Прикольно, говорю. Ну, необычно! Я пошел за дровами!
– поспешил я уйти.

Сушняка вокруг было много. Лес был не такой суровый, как в тех местах, где жили друиды. За полчаса я натягал кучу дров. Милёна хлопотала около костра, и скоро оттуда потянуло вкусными запахами. Притащив из леса бревно, я положил его около костра и сел.

– Ну что, хозяюшка, получается?
– спросил я. Довольная Милёна, мешая варево в котелке, сказала:

– Ещё как! У тебя отличные запасы. Что это за плоды?
– только теперь я увидел, что девушка раздербанила сухпаёк Древних, и видимо использует его для приготовления еды.

– Сушёные лягушки!
– буркнул я. Милёна прыснула.

– Они не такие!
– смеясь, сказала она, - это плод, вот только не пойму чего. В этом точно нет мяса.

– Я тоже не знаю, да и какая разница? Вкусно, питательно и хорошо!

– Вкусно говоришь? Там еще осталось, можешь погрызть, - хмыкнула девушка.

– Спасибо, я уже пробовал!

– Ну, вот и все, - сказала она, снимая котелок с огня, - пусть остынет, пойдем, умоемся?

– Пошли!
– согласился я. Обжигаться кипятком мне совсем не хотелось. Да и не купался я уже прорву времени. Воняю , как хряк в период гона. Я достал из рюкзака банное полотенце и мыло с мочалкой. Милёна удивленно посмотрела на меня. Все-таки хорошо я затарился в хранилище! Хоть какой-то кусочек цивилизации.

– Что это у тебя?
– поинтересовалась девушка.

– Мыло и полотенце. А что?

– Так, ничего. Просто, у нас оно очень дорого стоит. А ты с собой его в поход носишь. И завернуто оно у тебя чудно!

– Привыкай к чудесам!
– сказал я и пошёл по берегу. Девушка тут же пристроилась рядом.

Подойдя к воде, Милёна стала раздеваться. Видимо нижнего белья у них не существовало в принципе. Сняв курточку, рубашку и штаны она осталась совершенно голая. Вот тут-то я заценил её формы! Вид у меня был обалдевший, а Милёна кокетливо улыбнулась, плавно потянулась своим точёным телом и, запрокинув руки, распустила тугой пучок шикарных волос:

– Ну? Ты идёшь?
– промурлыкала она.

– Ты, конечно, богиня! А, ничего, что ты перед чужим мужиком голая?

– Мне нечего стесняться в своем теле! Или оно тебе не нравится?
– хитро прищурилась девушка.

– И что, мне тоже раздеться?

– Можешь купаться в штанах!
– усмехнулась Милёна. Зайдя в воду по щиколотку, бросила через плечо, - хотя это глупо. Я тебя уже всякого видела.

А, плевать! Чего это я, в самом деле, стесняюсь, как кисейная барышня? Быстро разделся и, улюлюкая, бросился в воду. Милёна взвизгнула, стараясь закрыться от брызг, поднятых мною.

Мы плескали друг на друга водой, ныряли и смеялись, как дети. Потом, мы с ожесточением тёрли друг друга мочалкой. На душе было легко и весело. Не было чувства стыдливости, а только ощущения свободы и радости! Давно я так не отдыхал. С Зулой было нечто подобное, но с тех пор, казалось, прошла целая вечность!

Отфыркиваясь, мы вышли на берег. Я обмотал полотенцем Милёну и сказал:

– Прижмись, посушу нас!
– девушка доверчиво прижалась ко мне. Я создал вихрь, добавил немного энергии. Минута и мы стали почти сухими.

– Поцелуй меня!
– прошептала Милёна, прижимаясь к моей груди. Я нежно, но твердо отстранил девушку:

– Милёна!? Мы договорились не приставать друг к дружке! Или я не прав?

– Прав!
– нервно ответила девушка, бросив в меня полотенце. Меня обдало волной негодования, - Отвернись!

– И не надо в меня швыряться, - примирительно сказал я, поднимая полотенце.

Девушка быстро оделась, повернулась ко мне и равнодушно сказала:

– Пошли есть!
– и, не дожидаясь меня, пошла к костру, оставив меня стоять голым на берегу.

– Один-ноль!
– буркнул я и начал одеваться. Ели молча, без огонька. Может я зря обломал девчонку? Представляю, как ей сейчас!

– Вкусно, ты волшебница!
– похвалил я стряпню Милёны.

– Спасибо, - сдержано отозвалась та.

– Ну чего ты обиделась?
– спросил я.

– Всё нормально, - пожала плечами девушка.

– Да ладно, тебе!

– Всё нормально, - так же сдержано проговорила Милёна, - я хочу лечь спать, устала очень.

– Хорошо, - ответил я, - в палатке всё готово.

– Интересный у тебя шалаш, - Девушка подошла к палатке, недоверчиво потрогала её. Потом полезла внутрь, при этом, не забыв повертеть своим соблазнительным задом.

Я уже наверняка знал, что всё предрешено, и мои потуги не допустить близости, обречены на провал. Хотел бы я посмотреть на того мужика, который выстоит против женщины, если та решила затянуть его в постель! Говорить, что я был сильно против, я бы не стал. Даже очень не против, ну и чего ломаться? Так, уговаривая себя, я шёл к палатке и медленно раздевался.

Милёна лежала, отвернувшись к стенке. Осторожно прилег рядом и нежно прикоснулся к её плечу. Тишина. Не оттолкнула. Провёл рукой по шелковистым волосам и вдохнул свежий запах её кожи. Девушка медленно повернулась ко мне:

– Обними меня...
– сладкая волна желания накрыла в один момент, и я не в силах был противиться ей. Здравый смысл бился в истерике, но было уже поздно. Я целовал Милёну с упоением. Мои руки ласкали упругую грудь девушки, а голос срывался, шепча какую-то ерунду. Мы слились воедино и растворились друг в друге, играя, как ветер играет с юной ветвью, лаская её листья. А ветвь просила и умоляла - Ещё! Ещё! Ещё!
– сливаясь с его порывами, и уклоняясь от слишком настойчивого дуновения.

Когда я вернул себе способность мыслить адекватно, было совсем темно. Милёнкина голова лежала у меня на плече, а её нежные пальчики задумчиво изучали мою грудь.

– Ох, и хороша же!
– проговорил я, проводя рукой по боку Милёны. Она, как кошечка, ластясь, игриво изогнулась.

– Ты - мой... мой самец!
– прошептала она, - я даже представить не могла, что это может быть так!..

Наши разгорячённые тела просили прохлады, а она была рядом. Я понял, что придётся устраивать повторные водные процедуры...

На берегу я просушил нас и, наспех одевшись, мы направились к потухшему костру.

Разжечь огонь дело нескольких минут. Пока я ломал об колено хворост и раздувал огонь, Милёна готовила мне небольшой перекус.

– Алекс...
– раздалось сзади меня, - Лес... благословил нас! Смотри!

Я обернулся. Сказать, что я удивился, значит, ничего не сказать. Вся палатка была увита побегами растения, похожего на плющ, на котором распускались огромные белые цветы! Палатка была погребена под перевитыми стеблями растения. Мы с Милёной встали, как вкопанные, и каждый думал о своём.