Чтение онлайн

Старик был гол. Только неширокий кусок материи опоясывал чресла. Круглые выпуклые глаза неприязненно зыркали на Файервинд из-под кустистых бровей.

– Чего озоруешь, спрашиваю? – грозно рявкнул.

Однако ведьма уже окончательно пришла в себя.

Встала посреди неглубокого бассейна во весь рост, вызывающе выставив напоказ полные соблазнительные груди и уперев руки в бока.

– А ты еще кто таков, чтобы требовать с меня ответ?! За молодицами подглядываешь, извращенец?!

Дед крякнул и озадаченно поскреб затылок. Беззубый рот расплылся в похабной ухмылке. Видно, лицезрение женских прелестей не оставило старца равнодушным.

– Так банники мы, за порядком следить приставлены, – развел руками. – Чтоб все было исправно.

– Вот и следи себе! – фыркнула чародейка недовольно, вновь присев в воду – хорошего понемножку. – Где-нибудь в другом месте!

Вот же старая перечница. Принесли Темные не вовремя. Неужели он что-то заметил? Вряд ли. Обнаружить плетение волшбы не так просто. И по силам лишь тому, кто сам обладает Силой.

– Да ты, дева, не бранись, – уже с извиняющимися нотками в голосе загнусавил дед. – Я ж тута для приятства человеческого обретаюсь. Так могу потрафить, что… еще мало покажется…

Странно, при всем том в немудреных словах старика Файервинд почудилась некая скрытая угроза. Бред, отмахнулась от тревожных мыслей. Какая может быть опасность от этакой-то развалины.

– А что ты такого умеешь? – поинтересовалась лениво.

Не зря же его приняли на работу. Хозяин таверны показался ей человеком здравомыслящим, так что кого попало к постояльцам подпускать не станет.

– Парку поддать такого, чтоб вся хворь-худоба мигом из тела повыскочила, – вкрадчиво начал вещать о своих умениях банщик. – Да травок пахучих подпустить для расслабления. Опять же косточки размять. Что руками, что веничком березовым…

Вот искуситель.

А ведь хороший массаж ей и впрямь не помешал бы. Рискнуть, что ли? В любом случае постоять за себя она сумеет.

– Ну, давай, веди в свои владения, – решилась.

Они проследовали в кальдарий, мигом оказавшись в царстве пара.

Во влажном воздухе отчетливо проступали травяные запахи, но Файервинд сразу не смогла определить, что это за зелья. Потому что как-то мгновенно расслабилась. Так, что еле доплелась до мраморного ложа, на которое ей указал старик.

Банщик придержал ее за руку, не давая сразу же улечься на камень, и окатил мрамор тазиком кипятка. Над ложем поднялось облако густого пара, ударив в нос резким тревожным духом. Женщина было вскинулась, но тут же и обмякла. Если бы не вовремя протянутые стариком руки, она наверняка бы сползла на пол.

Пузатик, сноровисто приняв ношу, бережно опустил ее на лежак. Лицом вверх. И принялся выделывать руками какие-то странные пассы вокруг головы Файервинд. Та пару раз дернулась, вскрикнула.

Да и затихла.

– Вот так-то, дева заморская, – покачал головой банник. – Что ты супротив одолень-травы сотворить можешь? Противу нее щит поставить силенок у тебя маловато.

Перевернул чародейку на живот. Провел тонкими длинными пальцами по обнаженной женской спине и одобрительно крякнул.

– Справная баба! Ладно-ть. Обещал же расслабить. Надо слово сполнять.

Невесть откуда в его руках возникло два пука березовых прутьев с листочками. Банник со знанием дела осмотрел их, поочередно сделав каждым пару рубящих движений, рассекая парной воздух.

– Знатные венички! Спасибо, друг Вареник…

Он расправил плечи, мигом сделавшись как-то выше и стройней. В его осанке появилась величественность, несколько не вяжущаяся с едва ли не карикатурной внешностью.

– Ну-ка, детки! – кликнул зычным голосом. – Поддайте парку! Окажем почет гостье издалека!

Из пара вынырнули два серебряных ковшика.

– Сюда лейте и сюда! – ткнул два раза вениками, коснувшись изголовья и поножья ложа.

Две струи кипятка пролились на мрамор. Но осторожно, чтобы невзначай не обварить распростертую на ложе даму.

– И веники не мешало б сбрызнуть, – рассудил банник. – Но не кипятком… А вот квасок был бы самое то.

В воздухе появился березовый туесок. Дед сунул в него веники, покрутил кругообразно. Потом вытащил и принюхался-пригляделся.

– Эх, мать-размать! – лихо рубанул по пару своими прутковыми мечами-кладенцами крест-накрест.

Да и приладил одним изо всей дури по мягкому месту Файервинд. А другим прошелся по лопаткам. Колдунья хоть и была в полудреме, а дернулась. Приметив это, банник кивнул. Но замах убавил. Зато зачастил.

«Шлеп, шлеп, перешлеп. Распошлеп да шлеп, шлеп, шлеп», – пели дружно венички.

Чаще, чаще.

Вот над спиною чародейки уже словно над ковшом с кипятком легкий парок заклубился.

Связки березовых прутьев заработали еще более споро. Они будто сгребали встающий от тела Файервинд молочно-белый туман в одну кучку.

Когда пара набралось уже довольно прилично, начали формировать из него что-то непонятное. Впрочем, это только поначалу казалось невразумительным. Немного погодя очертаниями оно стало напоминать снеговую бабу, которых так любит лепить зимой куявская ребятня.

Еще через пару мгновений «баба» превратилась в точное подобие разомлевшей на лежаке чародейки. Только полупрозрачное и невесомое.

Испуганно косясь на свою материальную сестру-близнеца, призрак стыдливо прикрывал руками грудь и лоно. Ничего в нем не было от того бесстыдства, с которым ведьма недавно дразнила банника.

Старик внимательно глядел на дело чар своих. Он видел страх, сочащийся из всех пор морока, и с удовлетворением кивал.

– Что, теперь твоя душенька довольна? – вопросил негромко. – Отпарил на славу, как и обещал. Благодари, что не запарил. А то ведь хотелось. И, верно, оно и стоило бы. В наказание за слепоту твою и дурость.

На лице призрака отразилось непонимание. Однако он по-прежнему безмолвствовал. То ли страшился слово поперек молвить грозному хозяину бань, то ли вообще не дан ему был дар разумной речи.

– Ну, положим, захотел твой учитель и братья его отомстить человекам за прежние обиды.

В горле у банника что-то булькнуло. Он матюгнулся и прищелкнул перстами. Из тумана выплыл серебряный ковшик с квасом. Старик браво опрокинул его в беззубый рот, утерся рукою и продолжил:

– Да, сквитаться с людишками решили. Оно и пущай бы. Кто спорит-то? Человеки – они порода вредная. Их завсегда вразумить не худо и не зазорно. Чтоб неповадно было губить вкруг себя все, что только с ними не схоже. Ты уж не серчай, дева, но на Гебе-батюшке намного легче б жилось без вашего гнусного племени. – Хитро прищурился и погрозил пальцем. – А и не с руки тебе на меня серчать. А то таки запарю. Хе-хе-хе… – Морок дернулся, заслышав этот зловещий смешок. – Однако ж что-то у воспитателей твоих не срослось, дева. То ли напутали чего в заклятиях, то ли разучились за столько-то веков, проведенных в Подземелье, с Силушкой обращаться… Но пустили они в мир наш беду лютую… А ты в Заповедном лесу им еще и пособила, не туды со своей волшбой сунувшись… – И вдруг гаркнул во всю мощь: – Кто тебе, дура, дозволил Охранный круг разрывать?! Нет, сейчас точно запарю! Ежели б не Вареник… Уж не знаю, на что ты ему сдалась, но обижать не велел. Лишь попужать дозволил. И слово просил передать. Дескать, сама напортачила, сама и исправить должна. А твои новые знакомцы пущай тебе в том помогут. Должок за ними неоплаченный имеется. Все поняла?