Чтение онлайн

У меня нет конкретного плана действий, кроме как убраться к чёртовой матери из этой палатки и с этой горы. Да, мои подписчики будут разочарованы, но, по крайней мере, я буду жива, и они смогут поджарить меня в комментариях. Многообещающе.

Я издаю разочарованный стон и вываливаюсь из гнезда из одеял, бросая свой немалый вес вперёд, прямо на закрытый проём палатки. Молния лопнула в нескольких местах, но, как ни странно, материал в основном остался цел.

К сожалению, моя признательность за хорошо сделанную палатку затмевается тем фактом, что я не собираюсь останавливаться. Как и палатка.

Я падаю ничком, всё ещё запертая в своём брезентовом гробу, и продолжаю катиться вниз со спальным мешком, рюкзаком и всем остальным. Сворачиваясь в клубок, я пытаюсь защитить лицо от всего, что может встретиться на моём пути. Мне следовало бы больше беспокоиться о своих конечностях.

— Уф! — я издаю стон, когда моя левая нога ударяется обо что-то и застревает. Всё моё тело резко останавливается. Кровь приливает к голове, а лодыжка и голень словно зажаты между молотом и наковальней. Буквально.

Я вишу вниз головой, или, по крайней мере, мне так кажется. Честно говоря, я не знаю, где сейчас верх, знаю только, что у меня раскалывается голова и онемела зажатая нога, что не может быть хорошим знаком.

Я пытаюсь сделать несколько глубоких вдохов, но они получаются неглубокими и немного болезненными. Что, чёрт возьми, мне теперь делать?

Как только эта мысль приходит мне в голову, я слышу, что кто-то направляется в мою сторону. Не знаю, почему я так уверена, что это направляется в мою сторону, но моё сердце бьётся быстрее, когда шаги приближаются. Я ничего не вижу, так как всё ещё кутаюсь в свою палатку, но мир, кажется, сжимается в этом единственном мгновении, всё затаилось в ожидании того, что будет дальше.

Когда зверь снаружи моей палатки протягивает руку к стене, я кричу, пока у меня не пересыхает горло. А затем я кричу снова.

Уайлдер

— Успокойся, женщина, я пытаюсь помочь, — ворчу я на несчастную, оказавшуюся в таком опасном положении.

Я не был уверен, на что, чёрт возьми, смотрю, когда увидел брезентовую палатку, несущуюся через лес, кувыркающуюся вниз по склону, прежде чем втиснуться между Y-образным стволом дерева. Теперь, когда я стою прямо перед этим, я все еще не уверен, что, чёрт возьми, делать.

Пойманная в ловушку женщина мечется в разные стороны, затем шипит. Моё сердце сжимается в груди при мысли о том, что ей больно. Странно, ведь я и не знал, что у меня ещё есть сердце.

— Если ты не будешь дергаться, я смогу…

— Я пришла с миром, — внезапно произносит она, заставляя меня на мгновение приостановить свои действия и приподнять бровь. Её крики стихли, и теперь она, похоже, пробует другую тактику. — Если ты заблудшая душа, желающая перейти на другую сторону, я могу помочь.

Заблудшая душа? Перейти на другую сторону? Что за сумасшедшая вторглась на мою землю?

— Я не из тех, кто заблудился, — говорю я ей, прочищая горло. — Ты, с другой стороны, похоже, нашла дорогу на частную собственность.

Она замирает, очевидно, ожидая увидеть призраков и инопланетян, но никак не людей.

— О, — произносит женщина мягким и немного разочарованным тоном. Странная. — Ну, я...

В этот момент скользкий материал палатки рвётся, и женщина выскальзывает из своего неудобного положения на дереве. Я бросаюсь вперёд, протягивая руки, чтобы подхватить её, прежде чем она упадёт на землю. Излишки брезента, а также то, что, как я предполагаю, является её одеялами, одеждой и спальным мешком, продолжают своё путешествие вниз с горы и в ущелье, в то время как я прижимаю странную и теперь уже дрожащую женщину к своей груди.

Я сажусь на лесную подстилку и осторожно снимаю слои ткани, всё ещё прикрывающие нарушительницу границ, которую я держу в своих объятиях. Когда я впервые вижу её лицо, клянусь Богом, забываю, как дышать.

Тёмно-зелёные глаза, обрамленные длинными тёмными ресницами, оттеняющими её волосы цвета эспрессо, моргают, глядя на меня. Серебряный лунный свет целует её розовые щёки и полные, надутые губы, которые в данный момент озабоченно нахмурены. Она цепляется за рюкзак, так что, по крайней мере, она не всё потеряла.

— Эм, я... я сожалею, — заикается она. — Я не знала... Частная собственность... Я-я-я думала...

Женщина сползает с моих колен, но вскрикивает от боли, как только надавливает на левую ногу. Я немедленно встаю и обхватываю её рукой за талию, поддерживая, пока она балансирует на своей неповреждённой ноге.

— Лучше бы на это взглянуть, — ворчу я, всё ещё не уверенный, откуда берётся этот прилив защитных и сбивающих с толку чувств.

— Верно. Я просто доковыляю туда и заберу свои вещи, — говорит она, кивая подбородком в сторону кучи своих вещей в сотнях футов под нами, — и отправлюсь в первую попавшуюся больницу.

Я думаю, она пытается пошутить, но её нос покраснел, а глаза наполнились слезами, так что шутка у неё не совсем получается.

— Я имел в виду, что отведу тебя в свой домик и проверю, всё ли в порядке. Ты можешь отдохнуть этой ночью и отправиться в путь утром. Что ты вообще здесь делала?

После недолгой паузы я смотрю на женщину, которая в данный момент прислонилась ко мне. Её плечи сотрясаются от едва слышного всхлипывания, и она тихо плачет. Чёрт возьми, если у меня не сжимается грудь при виде её слёз. Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз руководил какой-либо спасательной операцией, но все мои знания по-прежнему при мне, я работаю в фоновом режиме.

Моя единственная цель сейчас – доставить эту женщину в безопасное место и убедиться, что она больше не плачет. У меня странное чувство в груди, как будто я не могу дышать, зная, что она расстроена.

— С тобой всё будет хорошо, — говорю я, надеясь, что это звучит успокаивающе. — Меня зовут Уайлдер. Я бывший армейский рейнджер, и у меня есть некоторый опыт полевого медика. Я отведу тебя в свою хижину и подлатаю, хорошо?

Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я в последний раз разговаривал с другим человеком, но, когда я в режиме солдата, всё остальное дерьмо отходит на второй план. Этой женщине нужно знать, что она может мне доверять и что я приведу её в безопасное место.

А завтра, когда взойдёт солнце, я сразу же отвезу её к подножию горы, где ей самое место, и строго-настрого предупрежу, чтобы она больше сюда не поднималась.

Даже когда я думаю об этих словах, я не уверен, что это то, чего на самом деле хочу. Нет времени вдаваться в подробности, что, чёрт возьми, это значит. Только не в связи с проведением активной миссии.

— Меня зовут Ари. Это сокращение от Аризоны. У меня пятеро младших братьев и сестёр, которые зависят от меня, и родители, которые меня очень любят и заметят, если я пропаду, — она пытается отойти от меня на шаг, морщась от того, что её левая лодыжка дрожит.