Чтение онлайн

Говорила душа. Именно так можно было назвать эту игру. Казалось, что еще мгновение и сердце разорвется на части от тоски за кого-то невидимого, неощутимого, но невероятно близкого. Слезы сами текли по щекам. Я вытерла их тыльной стороной ладони, продолжила наблюдать за трагедией, разворачивающейся в нескольких метрах от меня на сцене. Какое-то странное наваждение убеждало меня в том, что если я пригляжусь чуть сильнее к происходящему, то непременно увижу длинные пальцы, скользящие по черно-белым клавишам. Лицо мастера, скрытое темнотой. Думалось, что если увижу все это, то непременно смогу пощупать его боль. Мысль показалась мне такой резкой и наглой, что я сильно зажмурилась, продолжив только слушать. И в этот момент появилось осознание такое четкое и простое. Я все чувствовала. Так ярко, словно это происходило со мной. Не видела лиц других людей, но уверена, большинство тоже плакали. Сопереживали. Не стеснялись своей боли. Тосковали. И непременно любили.

Мелодия затихла так же резко, как началась. Возникшую на мгновение тишину разорвали громкие аплодисменты. Я вздрогнула от неожиданности. Открыла глаза, заметив уже пустующий за роялем стул. Расстроено поджала губы. Конечно, я не надеялась увидеть пианиста. Его никто и никогда не видел, не знал, как он выглядел, где жил и как оказался на сцене. А если и знал, то молчал об этом. Но теперь я отчетливо понимала, что душе не нужно лицо, как и творчеству. Может быть, именно поэтому моя душа так рвалась на части, слушая его музыку?

Итан помог мне подняться с кресла, привычным движением опустил руку на талию, подтолкнул к выходу. В последний раз я расстроено окинула взглядом сцену, столкнувшись со взглядом подсвечивающихся черных глаз.

Я торопливо собиралась на работу, обдумывала все произошедшее за последние несколько дней – сны, странное поведение Итана, которое длилось до сих пор, мое нестабильное состояние, взгляд из-за кулис в театре. Просто совпадения или что-то большее? Я не знала. Но сердце было неспокойно, будто кто-то отчаянно хотел выбраться изнутри, разорвать грудную клетку. В голову так и лезли отрывки из сегодняшнего сна, которые все не уходили, как бы я ни пыталась их отгонять. Они с завидным упорством лезли в личное пространство, сметая на своем пути все хорошее, о чем я успевала подумать.

– Айлин, сдайся им, прошу тебя! – умоляюще просил он. Сквозь слезы я наблюдала за родным лицом, перекошенным от боли. Нам всем было больно. Так неистово, что казалось, еще немного и мы вовсе перестанем чувствовать. В комнату зашла Селин, сонно потирая яркие зеленые глаза, прервав наш диалог. Я хмуро улыбнулась, стерев ладонями слезы. Ни к чему ей так переживать.

– Мамочка, что происходит? – я взяла дочь на руки, строго посмотрела на мужа, выходя в коридор. Страх клокотал внутри меня, пытаясь вырваться на свободу. Я уже давно давила его в себе. Не могла позволить себе бояться. Должна сражаться ради девочек. Невольно вспоминала малыша Тома. Душа переворачивалась наизнанку, когда в памяти всплывал его угасающий взгляд сразу после рождения. Мой бедный Том. Кожа покрылась липким потом, Селин прижалась ко мне еще сильнее, словно чувствуя мое состояние.

Слезы скапливались в уголках глаз, где-то между ребер начало сильно зудеть, как бы говоря: «Поплачь, станет легче». Но легче не станет. Это была искусно придуманная кем-то ложь. Я сморгнула непрошенные кристаллики слез. Как по заказу в голове проигрывалась мелодия с концерта. Именно та, что заставила меня разрыдаться прямо там. С самого вечера и до сих пор чувствовала на себе тот внимательный взгляд. Не могла отделаться от ощущения, что уже где-то видела эти хищные черные глаза. И это чувство разрасталось с каждым часом все сильнее, преследуя каждую мою мысль, заставляя анализировать чуть ли не всю жизнь до этой минуты.

Я зажмурилась, дав себе обещание разобраться с этим позже. Сейчас меня ожидала вполне себе человеческая работа. А сверхъестественные разборки уже лет сто меня не касались. Именно с того момента, как я исчезла со всех радаров и обрубила контакты с нечистью. Так что это похоронено почти век назад под грудой металла, среди которого якобы была и я.

Поэтому куда больше в данный момент меня беспокоил срочный вызов в офис. Неожиданный звонок от босса вчера вечером и вот уже утром я собиралась на другой конец города. Обычно я работала из дома, к счастью, профессия позволяла сдавать проекты так.

Привычная черная юбка с разрезом на бедре, подчеркивала стройные ноги, шелковая кремовая блузка дополняла образ. Я всячески игнорировала брюки. Все-таки рождение в другом столетии давало о себе знать – к моде на женские джинсы я так и не смогла привыкнуть. И почти в любую погоду мой выбор останавливался на юбках, платьях, когда наступали особые холода, я надевала классические брюки – даже ведьмы не застрахованы от обморожения. Тем более, я уже давно живу не по собственным законам, а по предписанию постоянно идущего вперед времени.

Как ни странно, но погода сегодня баловала, яркими лучами играла на светлом полу в гостиной. Чем не причина для улыбки? Но, наученная изменчивостью климата, все равно сложила с собой зонт. Вот блин! Время опасно подкрадывалось к отметке, за которой меня ожидал выговор от начальства. Я, поджав губы, выбежала из квартиры. На улице в толпе припаркованных машин искала свою единственную и любимую – черную, глянцевую, переливающуюся на свету малышку. Щелкнула по кнопочке на брелке, ускоряя поиск. В дальнем ряду автомобиль отозвался громким писком. Я победно улыбнулась, садясь, наконец, на водительское сидение. Ласково провела ладонями по приборной панели. Соскучилась по вождению, сколько прошло времени с тех пор, как я последний раз садилась за руль? Уже и не помнила. Обычно мы с Итаном передвигались на такси – это удобнее, учитывая бесконечные пробки, узкие улочки и цены на бензин.

Машина влилась в бесконечный поток автомобилей на трассе, пропуская бегущих на работу людей, торопящихся в школу детей. Вот она – жизнь во всем ее проявлении. Спешка. Вечный бег. Ни минуты на то, чтобы остановиться и насладиться солнцем, прочувствовать жизнь во всех красках.

Признаюсь честно, я и сама уже давно перестала смотреть по сторонам. За столько лет мир был уже изучен вдоль и поперек. Казалось, что уже не было ничего, что способно меня удивить. Я видела многое – первые автомобили, первые самолеты, войны, первые компьютеры, телефоны, постоянно меняющуюся моду. И это только маленькая часть из всего списка. А сколько городов и стран было не просто увидено – обжито. Каждые несколько лет приходилось менять место жительства. Иногда я даже развлекала себя тем, что закрывала глаза и тыкала пальцем в карту мира, переезжая в город, на который он упал. Но мне быстро это надоело, все чаще стали попадаться одни и те же города и страны. Приходилось выбирать самые отдаленные поселения, останавливаться там. Конечно, многие бессмертные пользовались связями и деньгами, жили всю жизнь в одном городе, ходили в одни и те же места, общались с другими бессмертными и их все устраивало. Я тоже так могла, но не хотела быть заложником одного города. Потому что даже в вечной жизни интерес представлялся в том, чтобы никто не знал, что его ждет на определенном отрезке жизненного пути.

Виктория, мой босс, как раз выходила из машины, когда я заехала на просторную парковку офиса. Женщина взмахнула темными волосами, захватив сумку из машины. Я торопливо заглушила мотор, буквально подрезав начальницу на входе в двухэтажное здание.

– Доброе утро, Айлин.

– Привет! Почему нас так внезапно собрали? – предприняла попытку узнать хоть что-то. Виктория поверх квадратных очков скосила на меня загадочный взгляд.

– Все узнаешь на совещании. – я опустила голову, будто меня только что отчитали. – Это не моя прихоть, Айли. Прости, правда не могу сказать. – пояснила она, заметив мою странную реакцию на ее слова. Поддерживающе сжала мое предплечье, размеренно стуча каблуками по плитке офиса.

– Да, я все понимаю. – я искренне улыбнулась в ответ, закапавшись с головой в мысли о таком быстром появлении негативных эмоций внутри меня. Пробуждалась давно задушенная мной сущность? Ведьминская интуиция хотела что-то сказать? Или банальная усталость? Увы, я лишена возможности видеть будущее, как некоторые ведьмы. Мои способности заключались в сильных заклинаниях и зельеварении. А это значило, что доверять своему внутреннему чутью я могла не на сто процентов. Поэтому и при мыслях об этом странном чувстве в голове был чистый лист и пустота.