Чтение онлайн

И мягко отстранив девушку, вошел в дом.

* * *

Светлица дома старика Хэма была явно тесна для важных гостей. На фоне окрашенных побелкой стен и простой деревянной мебели, которую Хэм мастерил сам, расшитые серебром длинные одежды воронов казались неуместными, как золотые украшения на холщевом платье.

Их было двое, и Сирил сразу узнал обоих. Как бы не изменился глава Клана Воронов, а в чертах лица легко узнавался тот, кто выдавал себя за простого слугу по имени Тан. Однако настоящее его имя было Натаниэль.

Второй... Да, и его Сирил узнал без труда – не зря же он столько времени провел в их клане. Сын главы второй семьи, Аласдер, чей отец мечтал увидеть своего наследника во главе клана, сейчас смотрел прямо перед собой взглядом, в котором плескалась неутолимая жажда мести.

– Приношу извинения за хозяина дома, что он не смог вас встретить, - произнес со сдержанной улыбкой Сирил, заставив гостей повернуть к нему головы. – Но, полагаю, вы пришли не к нему, а ко мне.

– Ты! – с негодованием сведя брови на переносице, вспыхнул Натаниэль. – А я-то думал, куда подевался тот наглец, который все время вертелся хвостом возле Равены?! А хвост, оказывается, был лисий.

Сирил весело рассмеялся.

– Я польщен, что вы запомнили меня, глава Клана Воронов, но все же должен заметить, - улыбка Сирила стала холодной, исполненной достоинства, - сейчас вы разговариваете не с тем наглецом, а с сыном главы Клана Лисов. И пусть вы несколько выше меня по положению, но вам все же стоит обращаться ко мне немного почтительнее.

Натаниэль хмыкнул недовольно, но было видно: он легко взял себя в руки.

– Что ж, все верно. Сейчас я хочу говорить не с тем наглецом, который притворялся одним из нас, а с сыном Адэрлета, который тайком пробрался к нам в клан, похитил мою невесту и убил главу второй семьи.

Сирил украдкой выдохнул:

«Ну вот все и раскрылось».

Отчего-то он чувствовал странное облегчение. Еще не понимая его природу, и причин, зародивших это чувство внутри него, Сирил как будто избавился от тяжелого груза, долгое время давившего ему на плечи.

– Почему вы обвиняете меня в убийстве одного из вас? – спросил Сирил и дерзко усмехнулся: - Неужто покойный встал из могилы и указал на меня, как на своего убийцу?

– Да ты!.. – Аласдер двинулся было в его сторону с перекошенным от ярости лицом, но его остановил Натаниэль, крепко ухватив за предплечье.

– Стой, Аласдер, - глядя в этот момент на Сирила, произнес предводитель воронов. – Держи себя в руках. У младшего сына Адэрлета острый язык и весьма странное увлечение – напрашиваться на то, чтобы в него тыкали копьями. Ты можешь удовлетворить его желание и проткнуть его насквозь, но не здесь и не сейчас. Мы в гостях. И еще не получили подтверждения.

Аласдер, бросив быстрый взгляд на своего главу, глубоко вдохнул, словно призывая себя к спокойствию.

– Что ж, если он любит играть со смертью, я готов сыграть на ее стороне.

Сирил усмехнулся. Аласдер ему определенно нравился. Таким прямым и бесхитростным людям, которые столь свободно выражали свои чувства, Сирил всегда немного завидовал. Он был совсем другим.

– Сальману не нужно свидетельствовать за себя самому, - произнес Натаниэль, глядя на Сирила. – Потому что есть человек, который видел, как он умер.

– И кто же это? – притворяясь заинтересованным, спросил Сирил.

– Ты знаешь, - едва заметно кивнул Натаниэль. – Потому что в ту ночь возле купален, где Сальмана нашли мертвым, помимо него, был ты и моя невеста – Равена де Авизо.

Сирил на миг опустил глаза в пол, не переставая улыбаться.

– Вы хотите сказать, глава Клана Воронов, что сбежавшая от вас невеста, - не смог удержаться от поддевки он, - сообщила вам, что я убил главу второй семьи?

Сирил успел поднять глаза достаточно быстро, чтобы заметить, что укол достиг цели – Натаниэль выглядел задетым. Однако насладиться удовлетворением Сирилу не дали.

– Так и было! – воскликнул Аласдер. – Госпожа Равена назвала твое имя. Я верю ее слову. Однако пришел сюда, чтобы спросить у тебя напрямик: виновен ли ты в смерти моего отца? Отвечай.

Сирил не спешил с ответом. Он хорошо помнил ту, последнюю, ночь в Клане Воронов. Приближаясь к купальням, где он условился с Равеной о встрече, Сирил услышал женские крики, а когда оказался на месте, увидел, что она отбивается от нападавшего на нее ворона. Птица метила клювом ей в темя – сомнений в намерениях ворона не было. Как и времени на размышления. Чтобы спасти Равену, Сирил набросился на птицу. Сальман был обречен: белый лис – слишком большой зверь, чтобы ворон мог уцелеть.

Сирил пытался представить себе, как это было – как Равена обвинила его в убийстве старика, - но не мог.

– Добавила ли она что-нибудь еще, когда указала на меня, как на убийцу?
– спросил он, рассредоточенным взглядом глядя прямо перед собой. – Хоть что-нибудь.

Аласдер зло мотнул головой, будто давая понять, что не позволит его морочить.

– Ни слова. Она не добавила больше ни слова. Однако почему мне кажется, что ты сейчас тянешь время, не желая отвечать? Я жду ответа. Виновен ли ты в смерти моего отца?

Сирил слышал вопрос, но не смотрел на Аласдера. Перед его внутренним взором стояло лицо Равены, и ярко-синие глаза, как два прекрасных сапфира, смотрели на него с такой болью, что он не мог этого выносить, но и изъять этот образ из своей памяти тоже не мог.

«Ты мне нравишься все больше и больше...»

«А ты мне – все меньше и меньше...»

Сирил усмехнулся и поднял глаза на Аласдера.

– Да, - ровно произнес он. – Это я был тем, кто убил твоего отца.

30. БИТВА ВОРОНА И ЛИСА

Равена слышала, как громыхают о мостовую колеса повозок, проезжающих мимо гостиницы, но ничего не видела перед собой, хотя в этот момент стояла возле окна свой комнаты на втором этаже. Ее взгляд никак не мог на чем-нибудь сосредоточиться – все помыслы были устремлены вглубь себя.

«В этот раз я предала его, - думала Равена. – Ведь тогда Рил спас мне жизнь».

Она закрыла глаза.

«Сначала спас мне жизнь, а потом отдал в руки Амира – убийцы моих родителей. Ты был последним, Рил, кому я поверила, потому что ты сказал: «Можешь доверять мне, я не предам тебя». Но ты предал. Теперь Аласдер знает, что ты убил его отца, и придет к тебе за ответом».

– Думаешь, все, через что я прошла, так незначительно, что тебе можно насмехаться над этим? – вслух произнесла она, а перед глазами у нее стояла вовсе не улица Тристоля с шумной мостовой, а улыбающееся лицо Рила. – Будешь ли ты так же веселиться, когда кто-то другой скажет тебе такие же несправедливые слова, какие ты при встрече сказал мне?