Обрыв желаний
Шрифт:
– Какую охрану?! Тебя же уволят! – отрыгнув перегарный воздух, ухмыльнулся Леша.
– Уволят?!. – Наконец-то Полина все поняла. – Я не горничная! Это обычный номер!
Она показала карточку, с помощью которой открывала дверь в свой номер.
– И ты обычная?
– И я обычная.
– Ну, если обычная, заходи!
Леша схватил Полину за руку, потащил в номер. Она знала, как нужно поступать в таких случаях, но указательный палец у мужлана был толстым, как сарделька, Полина едва не лопнула от натуги, пока взяла его в захват. Она оттянула палец вверх до упора, заставив хама вскрикнуть от боли. И разжать руку.
Ему это не понравилось, он толкнул Полину в плечо, она упала.
– Помогите! – громко крикнула она.
– Да чего ты? – скривился хам. – Я же заплачу!
Он шагнул к Полине медленно, а нагнулся быстро и, схватив ее за руку, резко потянул на себя. Он не помогал ей подняться, просто волок в свое логово.
– Пятьсот баксов за все! – сказал он.
– Помогите!
– Уговорила, штуку!
Полина упиралась, даже смогла укусить насильника за руку, но все-таки оказалась у него в номере. Он швырнул ее на пол, потянулся к двери, но закрыться не успел.
– Что здесь происходит? – жестко спросил мужской голос.
В номер стремительно входил чернявый из соседнего люкса. На этот раз он просто не мог не заметить Полину, которая поднималась с пола, оправляя платье. Но и Леша смотрел на нее – как на свою законную добычу, которую у него собирались отобрать.
– А ну вали отсюда! – набросился он на непрошеного гостя.
– Да?! – Чернявый даже обрадовался, вскинул вверх руки, сжимая кулаки.
Он, казалось, хотел взлететь, чтобы наброситься на противника с ястребиной высоты. Он чувствовал себя орлом, но не взлетел, не было у него для этого крыльев.
– Ну держись! – взревел Леша.
И, стремительно шагнув к противнику, размашисто махнул рукой. Мужчина увернулся от летящего в голову кулака, но в ответ ударить не рискнул. Он вел себя вовсе не трусливо, как раз наоборот, но Полине почему-то показалось, что ему не хватало уверенности в своих силах.
– Ну иди сюда!
Леша ударил ногой, и чернявый отскочил от него. Леша за ним, он от него. Полина тоже выскочила в коридор.
– Помогите! – крикнула она.
Ее сосед и хотел бы ответить ударом на удар, но что-то ему мешало, возможно, страх испортить свою внешность. Но в целом он держался очень достойно. И с легкостью уходил от ударов. И при этом героически улыбался.
А со стороны общего холла в коридоре появился еще один уже знакомый – пожилой седовласый мужчина. Такой же тяжеловесный, как Леша, но уж куда более располагающей внешности. Походка твердая, напористая, как у должностного лица, который, кровь из носа, должен остановить безобразие. Возможно, это был начальник охраны отеля, хотя наряд у него определенно пляжный – шорты, рубаха с якорями, бутафорская фуражка с морской кокардой. Но разве сотрудник отеля не имеет права на законный выходной?
Седовласый не церемонился с дебоширом, стремительным шагом сократил расстояние до него, поймал за руку и заломил ее за спину также ловко, как сосед Полины уходил от ударов. Несколько точных и сильных движений поставили Лешу на колени. Требуя пощады, хам шлепнул по полу свободной рукой.
– Вы кричали? – спросил седовласый, слегка ослабив хватку.
Он смотрел на Полину с суровой иронией победителя.
– Слышь, ты! – шипел Леша, но руку от пола не отрывал.
– Девушку к себе в номер тащил, – кивнув на Полину, сказал чернявый.
Он был в одной рубашке, но при этом поправлял на себе воображаемый пиджак, пальцами взяв его за лацканы.
– Статья сто двадцать шестая, похищение человека, до двенадцати лет лишения свободы.
– Да я пошутил! – занервничал Леша. – Приколоться решил!
– Ему лечиться надо. – Полина покрутила пальцем у виска. И, немного подумав, уточнила: – У нарколога.
– Заявление писать будете? – спросил седовласый.
Меньше всего Полине хотелось связываться с полицией, заявления писать, на допросы ходить. Ее всего лишь в чужой номер затащили, а смотреть будут как на изнасилованную.
– Ну, если он больше не будет, то нет… – сказала она, неуверенно кивнув на Лешу.
Если он действительно больной на голову, то все может повториться.
– А мы ему голову оторвем, если будет, – сказал седовласый, усиливая нажим на взятую в захват руку.
– Да не буду!.. – заскулил Леша.
– Тогда исчезни!
Седовласый заставил его подняться и затолкал в номер, закрыв за ним дверь.
– Где-то я вас видел, – сказал чернявый.
Он обращался к Полине, но при этом косил взгляд на седовласого.
– На балконе. – Она кивком показала на свою дверь.
– Да, на балконе.
– Просто я с дороги тогда была…
Полина поморщилась. Она вовсе не обязана оправдываться перед соседом, сдержанней надо быть.
– И я вас где-то видел, – улыбнулся седовласый.
– Спасибо вам! – сказала Полина, с благодарностью глянув на него.
– Ролан!
Мужчина представился, Полина хотела назваться в ответ, но сосед по номеру ее опередил, задав довольно-таки каверзный вопрос:
– А по отчеству?
Он явно намекал на возраст собеседника.
– Ролан Борисович, – не моргнув глазом ответил седовласый.
– Максим.
– А по отчеству? – спросила Полина.
Максим для своих лет выглядел более чем хорошо, но все же он далеко не юноша, и если моложе Ролана Борисовича, то ненамного. И зря он уколол человека, который помог и ей, и ему самому. А еще Полина не прочь была отомстить Максиму за пассаж на балконе. Потому и не удержалась, уколола его им же предложенным оружием.
– Это вовсе не обязательно. – Он подмигнул ей, даже не сощурив при этом глаз.
Одной только мимикой лица подмигнул, вернее, создал ощущение.
– Тогда и я просто Полина.
Максим едва заметно повел бровью, мысленно поднимая ее на смех. Ему совершенно все равно, как ее зовут, могла бы и не представляться. Именно так Полине и следовало его понимать. Она обиделась, хотя и постаралась скрыть досаду.
– Полина, вы бы обратились в службу охраны, – сказал Ролан Борисович.
И кивком показал на видеокамеру, закрепленную под потолком над входной дверью. Служба охраны ловила ворон, но у камеры недремлющее око, и наверняка оно зафиксировало нападение на Полину. Эта запись могла стать для буйного Леши как минимум компрометирующей.
– В службу охраны? – Полина задумчиво посмотрела на Ролана Борисовича.
И он правильно понял значение этого взгляда.
– Я всего лишь следователь, – сказал он, стараясь держаться молодцом. – На пенсии. И на курорте.
– Следователь прокуратуры? – спросил Максим.
– В прокуратуре уже давно нет следователей, – с легкой иронией профессионала сказал Ролан Борисович. – В следственном комитете есть, а в прокуратуре нет.
– Я не юрист, в нюансах не разбираюсь. – Максим даже не изменился в лице. – Я не конфликтую с законом, и мне все равно, как там все устроено.