Чтение онлайн

Мне казалось это правдой, я думала, что я и правда вряд ли могла любить рассказывать о себе, да еще и такое.

– Почему ты здесь? – Спросил Рик, снова повернув голову ко мне.

– Не знаю. – Я пожала плечами и вытянула затекшие ноги перед собой.

Эти несколько фраз помогли мне прийти в себя и даже успокоиться, и еще меня успокаивало то, что он сейчас сидел рядом.

– Зачем ты ушла? Ты чего-то испугалась?

Я поджала губы, говорить не хотелось, но как я сейчас поняла, я ушла именно из-за него, потому, что я не знала, как мне справиться с близостью чужого для меня человека.

– Ты боишься меня? – Как будто прочитав мои мысли, спросил он.

– Я не знаю тебя. – Честно ответила я. – Может быть я знала, когда-то, но сейчас, я не знаю тебя.

– И ты испугалась… – Грустно улыбнулся Рик, отводя взгляд. Я тут же пожалела о своих словах, это было необъяснимо, но я испугалась того, что он сейчас уйдет и оставит меня здесь одну, наедине с моими мыслями и с моими воспоминаниями. – А почему ты спросила бил ли я тебя? – Он снова обратился ко мне взгляд.

– Я не знаю почему я пришла сюда. Не знаю, почему решила подойти к краю… – Я снова посмотрела на дерево, которое вызывало дрожь в моем теле, а еще мимолетное видение того, как волны бьются о камни там, внизу. Я закрыла глаза и снова глубоко вдохнула, наверное, это последствие падения с яхты. Рик ждал, не торопил меня с ответом. – Я вспомнила это, вспомнила, что меня били…

Сбоку послышался тяжелый вздох.

– Это была мужская рука, очень четкое воспоминания, я даже помню эту боль… – Рассеяно продолжила я. – Я не знаю, кто это был, я не видела лица, только руку и только боль, поэтому я спросила. Прости…

– Ничего, ты ни в чем не виновата, Мария. – Ответил Рик и я посмотрела на него.

Он смотрел с грустной улыбкой и сочувствующим взглядом, от чего у меня потеплело на сердце. Вновь поднял руку, видимо, чтобы погладить по щеке. Я машинально проследила за его движениями, он не донес ее до меня, заметив мой взгляд, опустил. Снова поджал губы, опуская глаза, а потом резко поднялся.

Я не успела даже среагировать, а Рик протянул мне раскрытую ладонь.

– Мы не будем с тобой торопиться, я понимаю, что тебя испугало, но… – Он немного помедлил. – Я хочу, чтобы ты пошла со мной. И я даю тебе слово, пока я рядом, тебе нечего бояться. Сейчас я просто буду рядом, пока ты не решишь, что ты готова или не решишь иначе и не захочешь уйти.

Я смотрела на широкую мужскую ладонь с длинными, красивыми пальцами и думала над его словами. Он предлагал мне спасение, предлагал защиту, просто пойти с ним или остаться здесь. Сидеть и смотреть на это море и думать о том, как холодно там, внизу, а мне отчего-то казалось, что там должно было быть холодно. Я не хотела оставаться здесь, я больше не хотела испытывать ту боль, по крайней мере именно в данный момент, я этого точно не хотела, я к этому не готова.

– Ты идешь? – вырвал меня из раздумий Рик.

– Да. – Ответила я, вкладывая в горячую ладонь свои пальцы, но подняться мне не удалось. Все тело затекло и ребра снова защемило.

– Ай!

– Что с тобой?! – Он тут же оказался на коленях.

– Я, кажется, ударилась… – Простонала я, пытаясь поменять положение тела.

– Не шевелись! Абель!

Пока я снова прижималась спиной к колесу и пыталась отдышаться, к нам подошел доктор, который непонятно откуда взялся. А за ним появился и Тео.

А они здесь откуда взялись?!

– Что у вас? – Спросил доктор.

– Она ударилась, ребра болят.

– Сейчас.

Абель поднял мою рубашку, залез под нее руками, пару раз куда-то надавил, в одном месте я снова почувствовала боль в ребрах от чего снова зашипела и прикусила губу от боли.

– Повторного перелома нет, но нужно принять лежачее положение. Давай, медленно и аккуратно.

Они с Риком, поставили меня на ноги и медленно повели к задней двери машины.

– Ложись. – Сказал Абель. – Рики, поддержи сзади.

Мужчины уложили меня на широкое сиденье, я поблагодарила обоих и старалась больше не разговаривать вообще.

Мне стало стыдно перед всеми ними. Я, как ребенок, сбежала из дома и заставила всех троих меня искать, правда было непонятно, как именно они нашли меня, но лучше я подумаю об этом завтра. На сегодня с нас всех хватит вопросов и приключений тоже.

Одно я поняла точно, я пока не знаю, что я дальше буду делать со всем этим, что сейчас происходит в моей жизнь, но я точно не имею пока никакого желания вспоминать о своем прошлом. Может быть когда-нибудь позже, когда я окрепну, когда почувствую себя в безопасности и смогу понять, кто я такая, то я смогу вспомнить. Может быть даже запишусь на терапию, но пока я не хотела никаких воспоминаний, я наоборот, хотела сбежать от того, что недавно увидела в собственной голове.

Я поняла, что начала засыпать еще до того, как кромешная темнота вокруг меня закончилась. И где-то на обрывках измученного сознания, я все же подумала о том, что как странно устроен человеческий мозг. В моменты стресса он полностью блокируется от происходящего, ну или как можно больше абстрагируясь от него или начинает выдергивать из памяти негативные моменты, как будто все больше загоняя человека в апатию и негативные состояния.

Вот если бы в моменты стресса мозг по щелчку выдавал не «накопленный негативный опыт», а перекрывал его позитивными моментами, жизни людей становились бы намного проще, но загвоздка еще в том, что большинству из нас с детства внушали, что за счастье придется платить и его невозможно испытывать постоянно. Рано или поздно, все равно придет расплата и эйфория сменится болью.

Эти мысли были последними перед тем, как я осознала, что все-таки помимо того, что в моей жизни происходило что-то плохое, в ней было и что-то хорошее, что-то, что я надолго сейчас оставляю в прошлом и потом, позже, мне это когда-нибудь аукнется и об этом все равно придется вспомнить.

Энрике

Давно он так сильно не нервничал и давно он не включал свои «актерские способности» и талан рассказчика на полную катушку.

Можно сказать, что это было по-своему страшное зрелище.

Огромная машина стоит посередине пустынной площадки и возле нее лишь маленькая, хрупкая фигурка сидит прямо на земле. Голова откинута, ноги полусогнуты, глаза зажмурены. Она даже не услышала, как они подъехали, не отреагировала на хлопок двери, на его приближение.

Ее лицо было еще влажным от недавно пролитых слез, губы сжаты в плотную линию. Когда он позвал ее и она открыла глаза, то ее взгляд был таким, как будто она не видит его, а смотрит сквозь него. Такие обреченные и измученные глаза, как будто ей все безразлично. То, что она сидит на земле, одна, в темноте, то что она не слышит ничего вокруг, то что он стоит над ней, над такой маленькой и при желании, за ее своеволие, может просто свернуть ей шею. Нет, все было гораздо хуже, человека с такими глазами не интересует даже жизнь. От понимания этого у Энрике внутри на какой-то краткий миг все похолодело и даже посетила мысль, что она все-таки сошла с ума.

Как ее только принесло в это место? Откуда она знает дорогу? Судя по высоте, вполне подходит для той, с которой ее могли скинуть, правда к краю он не подходил, но место здесь безлюдное и добраться не так-то просто. Неужели ее принесло сюда именно поэтому?

Она все-таки заговорила и взгляд становился осознанным, но она поставила его в тупик, когда задала вопрос об избиении. Энрике ориентировался на ходу. Он уже начал раздумывать о том, что нужно буде рассказать ей какую-нибудь историю про несчастную любовь. Любовь ведь часто является поводом для бегства, но он думал о том, чтобы придумать, что-нибудь менее жестокое, но учитывая ситуацию, больше ему в голову ничего не пришло.