Чтение онлайн

При общении взрослых большой комплекс культурных мемстинктов, одинаковый, как мы помним, для коммуницирующей популяции, каждый раз как бы немножко обновляется и укрепляется, ведь каждая активация мемстинктов укрепляет их. Именно поэтому любые изменения в культуре происходят довольно-таки медленно. Медленно меняется и язык, состоящий из элементов мемстинктов. Даже в самом благоприятном случае, если информация связана с самыми приятными эмоциями или очень негативными, например появилась новая добавка к пенсии, которая называется «добавка за активность», пройдёт немало времени, прежде чем новый мемстинкт станет привычным и в живом общении можно будет услышать: «Эй, Максимовна, “активность” получила в прошлом месяце?» Впрочем, использование средств массовой коммуникации может сделать этот процесс очень быстрым, о чём мы поговорим позднее. Основное условие для быстрого закрепления в комплексе культурных мемстинктов:

• мемстинкт должен вызывать сильные эмоции и не противоречить всему комплексу мемстинктов в целом.

Любой культурный мемстинкт может иметь от двух (например, в случае секретной договорённости между двумя людьми) до нескольких миллиардов копий. Количество копий – это ещё одна очень важная для нашей модели количественная характеристика мемстинкта.

Как же будет выглядеть наша упрощённая модель? Для её описания нам придётся использовать теорию графов[1].

Говоря простым языком, граф – это множество вершин, соединённых рёбрами. Каждый мемстинкт в нашей модели будет представлять собой граф, вершинами которого являются копии данного мемстинкта, а рёбрами – каналы передачи информации. Наш граф будет иметь признаки мультиграфа, в котором две вершины могут быть соединены одновременно несколькими «параллельными» рёбрами – каналами связи. Действительно, ведь одну и ту же информацию можно передать многими способами. Кроме того, наш граф будет иметь признаки гиперграфа, в котором разные вершины могут быть соединены одними и теми же рёбрами, ведь наша с вами модель – это не только множество графов мемстинктов, но и множество графов людей, соединённых между собой рёбрами – каналами связи, и рёбра, объединяющие вершины в графах мемстинктов, будут совпадать с рёбрами, объединяющими вершины графов людей. Это немножко сложно представить неспециалисту, но сейчас для нас это и неважно; эксперт, разбирающийся в теории графов, сможет построить такой граф, ведь подобная система немногим сложнее системы электрических и других коммуникаций современного здания. Итак, мы имеем, по сути, три вложенных друг в друга системы графов. Первая – множество графов копий отдельных мемстинктов. Например, несколько миллиардов копий мемстинкта, содержащего информацию о первом полёте человека в космос. Более или менее отличающиеся друг от друга, то есть имеющие разное значение (относительно друг друга или относительно среднего значения) по шкале «активатор – генератор» копии будут находиться одновременно в мозгах нескольких миллиардов человек, а также содержаться в виде искусственных мемстинктов текстов в копиях газет, книг, статьях в интернете, фильмах и т.д. и т.п. Другой пример графа отдельного мемстинкта – воспоминания о песне, под которую познакомились влюблённые люди, хранимое как секрет. Данный мемстинкт будет иметь всего две копии. И в первом, и во втором случае копии мемстинктов будут объединены одновременно несколькими каналами информации, которые могут быть активны в данный конкретный момент или потенциально активны. Мы видим, что для нашей модели полезно будет ввести ещё одну цифровую характеристику – вероятность активации (назовём её эффективностью канала) канала подачи информации. Каждому ребру нашего графа – каналу связи мы можем присвоить значение (вес ребра), например от 0 до 10, при этом 0 будет означать бесконечно малую вероятность активации канала, a 10 будет означать постоянно активный канал.

Кроме первого множества графов, наша система будет иметь второе множество. Множество графов, повторяющих социальную структуру коммуникаций людей. Один граф в данной системе может повторять систему коммуникаций коллег, работающих в одной компании, и т.д. и т.п. Вершинами в ней будут являться люди, а рёбрами – каналы коммуникации. Причём некоторые рёбра – каналы коммуникации первого множества и второго будут совпадать.

Но наша с вами модель будет иметь ещё и третье множество графов. Систему копий многих культурных мемстинктов, представляющх собой психику отдельных людей. Все три множества графов как бы вложены одно в другое, то есть обладают характеристиками гиперграфа.

Наша с вами теория показывает, что скорость изменения культуры больше всего зависит от количества каналов передачи информации (рёбер) и их активности. Далее по важности следует значение мемстинктов по шкале «активатор – генератор», то есть новые мемстинкты не должны сильно противоречить старым. Если мемстинкт отличается от существующих, для успешного сохранения он должен вызывать сильные эмоции, то есть иметь значение по шкале «болевой – целевой» ближе к ±10.

Наверное, проще всего будет построить модель примитивного общества людей, живших в палеолите. Такое общество могло состоять из небольшого числа коммуницирующих людей, например, в статье международного коллектива антропологов и палеогенетиков, опубликованной в журнале Science, сообщается о прочтении полных геномов четырёх индивидов из Сунгиря, живших около 34 тысяч лет назад[2].

Все четыре индивида принадлежали к одной популяции с эффективной численностью 200–500 человек, но при этом не являлись близкими родственниками. Палеолитические охотники-собиратели в приледниковых районах Европы не могли жить группами с эффективной численностью 200–500 человек. Такая группа просто не смогла бы прокормиться. Размеры групп были гораздо меньше, не более нескольких десятков человек, скорее всего 20–30. В такой группе, конечно, могли быть примитивные аналоги средств массовой коммуникации, например коммуникации, приуроченные к проведению ритуалов в пещерных святилищах, но скорее всего решающего значения для изменения культуры подобные коммуникационные каналы не имели. Новый (имеющий большое значение по шкале «активатор – генератор») мемстинкт не мог транслироваться сразу по большому количеству коммуникационных каналов, поэтому культурные изменения происходили очень медленно. Такая сеть очень стабильна вследствие того, что внешние условия редко меняются быстро. С другой стороны, уже существующие мемстинкты регулярно верифицировались (сверялись) внутри малых групп, но не часто верифицировались между разными малыми группами, поэтому небольшие изменения могли накапливаться.

После неолитической революции количество коммуникационных каналов резко увеличивается. Кроме того, появляются средства массовой коммуникации: сначала жрецы, глашатаи, затем школы, книги и т.д. Поэтому скорость изменения культуры выросла, но в то же время немного увеличилась стабильность за счёт большого количества естественных коммуникационных каналов.

Построить даже упрощённую модель современного общества будет очень непросто. Придётся пренебречь многими связями (рёбрами), имеющими низкий коэффициент активации, но тем не менее, используя мощные компьютеры, можно будет смоделировать некоторые процессы культурных изменений. Например, можно будет математическими методами предсказать эффективность новой рекламы или вероятность поддержки населением новых социальных и экономических инструментов, политических событий и т.д.

Конечно, такая модель серьёзно упрощает ситуацию, но построить полную модель в настоящий момент, скорее всего, не позволят существующие мощности компьютеров; впрочем, мы с вами попробуем составить описание такой модели ближе к концу нашего размышления в главе, посвящённой математикам.

Наша с вами модель показывает, что для быстрого изменения большинства копий мемстинкта необходимо:

• во-первых, большое количество каналов коммуникации;

• во-вторых, чтобы новый мемстинкт не сильно отличался от подобного уже имеющегося, поэтому для коммуникации разумно выбирать людей, хорошо знакомых с проблематикой мемстинкта. Например, реклама подгузников не будет эффективна для учеников младшей школы;

• в-третьих, уже существующий в культуре мемстинкт должен быть связан с сильными целевыми или болевыми инстинктами: если вы задумали «цветную революцию», то лучше обращаться к людям, имеющим травмирующие переживания, а если вы решите рекламировать копии «волшебных палочек», то вам лучше обращаться к фанатам произведений о Гарри Поттере.

Нашу с вами модель можно будет применять в различных сферах для расчётов более точных эффектов воздействия на культуру, но всем людям, производящим изменения культуры, следует помнить, что подобные изменения могут быть намного опаснее применения ядерного оружия. Любая «цветная революция» или искусственные народные волнения поднимают агрессивность населения нашей планеты, всего населения нашего транснационального мира, а это значит, что наши дети и мы будем жить в более агрессивном мировом сообществе, способном организовать серию мировых войн или одну войну, если в ней будет использоваться весь арсенал современного оружия. Любые культурные изменения следует предпринимать только после тщательного научного изучения вопроса целесообразности и под широким общественным контролем.

Наша с вами теория поможет лучше понять эксперименты, позволившие открыть зеркальные нейроны.

Так называемые зеркальные нейроны – это одинаковые мемстинкты, имеющиеся у взаимодействующих людей. Наблюдая за другим человеком, мы можем поставить себя на его место, и в этот момент, если мы переживали подобный опыт, в нашем мозге активируются мемстинкты, подобные тем, которые активны в данный момент у оппонента. Поэтому если провести эксперимент по фиксации зеркальных нейронов, в котором участниками будут являться представители одной культуры, мы увидим большое количество так называемых зеркальных нейронов, но если в эксперименте будут участвовать представители диаметрально противоположных культур, мы увидим, что количество зеркальных нейронов вдруг резко снизилось. Возможно такое различие будет заметить, даже если в эксперименте будут участвовать люди, проводящие часть времени вместе, например родители и дети или просто очень хорошие друзья, а в повторных сериях экспериментов будут участвовать незнакомые люди, имеющие разные сферы общения.

Если же произвести подобный эксперимент с разными видами животных, то можно будет заметить, что зеркальные нейроны часто дают сбой и мы, например, можем принять за улыбку оскал животного.

Люди могут повторять не только движения других людей или животных, но и движение механизмов (брейк-данс) или даже прогнозировать полёт камня, и делать это мы можем также активируя мемстинкт, хранящий воспоминания о движении этих объектов.

По сути своей все культурные мемстинкты можно назвать зеркальными нейронами. Если вас в детстве насильно кормили манной кашей с комочками, образованный данным событием мемстинкт обязательно активируется, если вы увидите, как подобным образом «издеваются» над другим человеком.

Можно сказать, что зеркальные нейроны – это яркий пример культурного (имеющего копии) мемстинкта.

Лидер (член группы с большим статусом доминирования) благодаря «зеркальному эффекту» может вызывать у окружающих активацию нейронных сетей, содержащих катехоламинергические нейроны, а значит вызывать у них положительные эмоции вплоть до возникновения эффекта зависимости, и этим, а также наличием определённых инстинктов можно объяснить значительную часть эффектов лидерского воздействия на коллектив.