Чтение онлайн

Те же навыки необходимы и в области умственного труда. Для того чтобы вести собрание, составлять газету, собирать материал, проводить какое-нибудь статистическое обследование, сообща изучать какой-нибудь вопрос* надо владеть навыками коллективного труда; их должна давать школа.

Какое тут проводить распределение труда, как помогать друг другу в этой работе, этому надо учиться так же, как и коллективной работе в области труда физического.

Навыки в коллективной работе создают одновременно и навыки общеорганизационные и навыки известной самодисциплины. Те и другие имеют громадное значение в вопросах организации коллективной жизни.

В школе учебы, где не ставятся учащимся общие конкретные цели, самоуправление обычно не ладится. Там же, где перед учащимися встают конкретные трудовые задачи, там и самоуправление носит гораздо более жизненный характер и налаживается гораздо легче.

Но как трудовые задачи надо уметь ставить начиная с элементарных и близких и лишь постепенно переходить к более сложным и далеким, так и самоуправлению учащихся нельзя давать сразу сложную форму. В младших классах дети будут организовываться от случая к случаю для выполнения временных задач, в старших классах организация должна уже охватывать все стороны жизни и отливаться в определенную конституцию.

Правильно поставленное общественное воспитание должно не только помочь им сознательно отнестись к явлениям общественной жизни, но и научить их активно строить эту жизнь.

1923 г.

Прочитав прекрасную статью В. Н. Шульгина «О целях школы» и соглашаясь с большинством развиваемых в ней мыслей, я хотела бы уяснить самый вопрос о целях. Совершенно верно, что государство во все времена ставило школе определенную цель, ставит школе цель и Советская власть. Отрицать это — значило бы возражать против очевидности. Что буржуазное государство, создавая систему народного образования, преследовало свои классовые интересы, также несомненно и вряд ли вызовет возражения. Надо бы, пожалуй, остановиться на одной стране, по отношению к которой у многих могут появиться сомнения, — на Америке. Мы привыкли смотреть на Америку как на страну, где осуществляется школою какое-то внеклассовое, истинное воспитание. Однако ближайшее знакомство с современной американской школой покажет нам, как мы глубоко ошибаемся, если так думаем. Не говоря уже об особых школах для негров, в Америке вся школа пропитана архибуржуазным шовинистским духом. Возьмем хотя бы прошлогоднюю американскую школьную неделю, цензуру учебников, надзор над школами и т. д. Странно, если бы было иначе.

Цель, которую ставит буржуазное государство школе, — служить орудием классового господства буржуазии.

Какую цель ставит себе пролетарское государство? Напрашивается такой ответ: служить орудием классового господства пролетариата. Такой ответ напрашивается потому, что неправильно поставлен вопрос. «Пролетарское государство» — термин, которым злоупотребляют. Пролетариат берет власть не для того, чтобы поставить рабочий класс в привилегированное положение, а для того, чтобы уничтожить всякое классовое господство, уничтожить всякое государство (см. В. И. Ленин, «Государство и революция»). Поэтому и термин «пролетарское государство» — термин ошибочный, рождающий недоразумения. И надо ставить вопрос не так. Надо спрашивать: какие цели ставит школе рабочий класс?

Эта цель идет по линии общих целей рабочего класса. Цель заключается в воспитании поколения, которое могло бы осуществить цели рабочего класса. Каково оно для этого должно быть? Насквозь пропитано коллективистическими инстинктами, ясно понимающее, за что борется современный передовой класс, понимающее, что идеалы рабочего класса лежат на пути общественного развития, что поэтому они реальны, осуществимы. Молодое поколение должно ясно видеть пути, которые ведут к осуществлению целей рабочего класса, уметь идти по этим путям.

И буржуазия, и рабочий класс ставят школе определенные цели, но буржуазия смотрит на школу как на средство классового господства, а пролетариат смотрит на школу как на средство воспитать поколение, способное положить конец классовому господству. Цели буржуазного государства ведут к подавлению личности громадного большинства детей, к затемнению их сознания, эти цели идут вразрез с интересами молодого поколения; цели, которые ставит школе рабочий класс, ведут к расцвету личности каждого ребенка, к расширению его кругозора, к углублению его сознания, к обогащению его переживаний, цели идут по линии интересов молодого поколения. В этом разница между целями буржуазии и целями пролетариата.

Многие педагоги, высказываясь против того, чтобы школе ставились цели, часто имеют в виду только одно: что дети, молодежь не должны стать орудием для осуществления посторонних, идущих вразрез с их интересами, целей. И с этим нельзя не согласиться. Но цели, которые ставит рабочий класс, — не посторонние цели; они не идут вразрез с интересами молодого поколения. И потому, я думаю, всякий любящий ребят и свое дело педагог постепенно убедится, что и ему следует работать не за страх, а за совесть над осуществлением тех целей, которые ставит школе рабочий класс.

1923 г.

Вопрос о цельной системе народного образования в РСФСР сейчас вновь стоит перед Наркомпросом.

Вначале была принята 9-летняя школа, в которой должны были учиться все ребята от 8 до 17 лет. Это идеал, к которому мы стремились с самого начала и продолжаем стремиться сейчас. Но жизнь показала, что к поставленной цели нам придется идти не прямой утрамбованной дорогой, а несколькими дорогами — низинами и холмами, обходными часто путями, тогда только придем к цели. Первый этап — это тот общеобразовательный минимум, без которого невозможна никакая сколько-нибудь культурная жизнь: умение читать и писать, знание четырех правил арифметики, обладание известной суммой географических и исторических знаний. Этот общеобразовательный минимум должен быть пройден всеми детьми во что бы то ни стало, всеми подростками и взрослыми. Подросток и взрослый могут пройти этот общеобразовательный минимум в гораздо более короткий срок. Практика показала, что взрослые могут при правильной постановке дела при ежедневных занятиях овладеть этими знаниями в течение года. Годичные школы малограмотных, куда поступают безграмотные или еле-еле грамотные, должны стать широко распространенной формой школы взрослых, которыми должна быть буквально покрыта наша малограмотная страна. Общеобразовательный минимум должен быть обязательным прежде всего для членов партии, союза молодежи, профсоюзов, для красноармейцев, членов детских групп, организаций работниц и крестьянок.

Для членов партии должна быть обязательна также и политграмота.

Итак, основной тип школы — это школа, дающая общеобразовательный минимум. Разновидность этого типа: 1) детская школа I ступени, 2) школа I ступени для подростков, 3) школа I ступени для безграмотных и малограмотных взрослых, 4) школа политграмоты для членов партии (с общеобразовательным минимумом).

Над I ступенью Главпрофобр строит годичные курсы для взрослых — кооперативные, счетоводные, по уходу за детьми раннего возраста. Но их мало, и строит их не столько профобр, сколько частные лица. Между тем в Америке, Франции существует целая сеть таких специальных курсов: курсы по ремеслам — шитью и кройке, переплетному мастерству и т. п., курсы по рисованию и черчению, по сельскому хозяйству, домоводству. Без таких курсов не поднимется средний культурный уровень быта. Такие курсы необходимо бы было широко проводить и у нас при клубах, народных домах, при основных курсах и т. д.

Все эти курсы носят чисто утилитарный характер и хотя имеют очень большое значение, но стоят несколько в стороне от общей системы народного образования.

Второй этап в общей системе — это 1-й концентр II ступени, охватывающий в нормальной школе три года, концентр, предназначенный для подростков от 12 до 15 лет. Этот концентр дает общую ориентировку в природе и обществе.

Первоначально предполагалось, что профессиональная подготовка будет начинаться по окончании девятилетки, в январе 1921 г. срок был понижен и было установлено, что профессиональное образование может начинаться по окончании семилетней школы. А как вышло на самом деле? Главпрофобр пооткрывал профессиональные школы для ребят 12 лет, окончивших I ступень, — музыкальные, художественные и др. Школы фабзавуча хотя формально условием приема обозначали окончание семилетки, но даже не попытались проводить это постановление в жизнь, ибо на фабриках и заводах подростков, кончивших семилетку, не оказалось вовсе, профобр не требует даже окончания четырехлетки, а берет просто хоть немного грамотных ребят. Жизнь толкает на устройство сельскохозяйственной школы подростков, и для поступления в нее также предполагается сделать обязательным окончание семилетки, но, очевидно, в деревне дело будет обстоять еще хуже, и придется и в сельскохозяйственную школу принимать учеников, окончивших лишь I ступень.

Явно, уровень культуры страны так низок, что при данном количестве школ II ступени требование окончания семилетки повисает в воздухе. Что же делать? Выход один: требовать, чтобы и для ремесленной школы, и для музыкальных и художественных школ, и для школ фабзавуча и сельскохозяйственных школ подростков был обязателен общеобразовательный курс семилетки. Это единственное, за что мы можем бороться и за что должны бороться со всей серьезностью и решительностью. Забронирование общеобразовательного минимума превратит школы фабзавуча и сельскохозяйственные школы подростков в своеобразные разновидности школы-семилетки.