Обстоятельство непреодолимой силы
Шрифт:
Смелов молча смотрел на девушку. Он прекрасно понимал, что она была права.
— Хорошо, — кивнул, хмурясь, мужчина, — но обещай, что будешь осторожна и будешь делать всё, что скажу, хорошо?
— Обещаю, — спокойно кивнула Милова. Она выглядела уверенной.
Мужчина страховал её, когда она спускалась с уступа к месту, где по-видимому приземлился Олег.
Как только она коснулась скального камня ногами, она сообщила это Смелову.
— Только говори всё, что увидишь, — предупредил Алексей.
— Хорошо, — и девушка уже отвязывала страховку, морщась и потирая спину. «А ведь ей тоже вчера досталось, — вспомнил бывший военный, наблюдая за ней, — вот тихоня, даже не пикнула», — усмехнулся он мысленно. Мужчина чутко следил за ней с уступа и объяснял, что делать. Она не спорила с ним.
— Ну что, — поинтересовался Алексей, когда она осматривала то место, где был Довлатов.
— Ничего, — ответила Агата и пояснила, — ни крови, ни верёвки, Лёша, — и на секунду-другую Милова куда-то исчезла из вида бывшего военного.
– Ты куда? — заволновался Алексей.
— А здесь расщелина, — вынырнув из-за камня, пояснила девушка, — и глубокая. В глазах Агаты читался страх.
— Что-нибудь в ней видно? — осторожно спросил мужчина.
— Нет, Лёша. Там ничего не видно, вернее, в ней никого нет, — и Агата пожала растерянно плечами.
— У тебя телефон ещё не сел, — поинтересовался Алексей, уже расстёгивая куртку и пытаясь нащупать свой.
— Сфотографировать? — догадалась Милова.
— Да, сфотографируй, — и наблюдая, как она уже доставала телефон, предупредил, — только сама не свались туда! Осторожней, хорошо?
— Хорош, Лёша, — успокоила его Агата.
Пока девушка ползала на корточках и пыталась сделать фотографии, Алексей улыбался мысленно. Ему как-то тепло было на душе, что она опять зовёт его так.
Сделав фотографии и так и не найдя Довлатова, Милова вновь уже привязывала страховку.
— Ну что, готова? — произнёс Алексей, обматывая вокруг согнутого локтя верёвку.
— Да, — уверенно кивнула Агата и посмотрела на мужчину.
Затащил её на вверх Алексей быстро, благо она была лёгкая и сама помогала ему. Но вот ладони, конечно, болели. И Алексей минуту-другую ещё шумно втягивал воздух через стиснутые зубы.
— Давай, посмотрю, — протягивая к нему руки, попросила Агат.
Алексей молча наблюдал, как она обрабатывает посечённую верёвкой кожу, как осторожно накладывает повязку, как помогает ему натянуть перчатки.
Сейчас Милова совершенно не вязалась с тем, что он думал неделю назад о ней. «Может, он заблуждался? Возможно, он ошибся?» — оседали в его сознании уже новые для него мысли. Тем временем Агата достала телефон и показывала сделанные фото. Изучив их внимательно, Алексей, потирая нывший висок, задумчиво протянув:
— Куда же он делся, не пойму. Если в ущелье свалился, то мы бы увидели тело внизу…
— Тело? — вдруг произнесла Агата, нервно кусая губу.
Алексей задумался:
— Не знаю, не знаю…
Шумный вздох и девчонка уже прижалась к скале:
— Я его убила, — отрешённо смотря в зимнюю пустоту, прошептала она.
— Хватит, — и Алексей, притянул её к себе, — хватит, никого ты не убивала!
И спрятал её лицо у себя на груди.
Смелов прижимал её к себе. Казалось, к ней вновь должно было вернуться чувство безопасности, которое давал этот мужчина. Но в душе уже точило сознание мысль, что им отсюда не выбраться. Вернее, ей. Везенье Миловой вновь играло с ней злую шутку. Ей всю свою жизнь приходилась доказывать, что она сможет, что она достойна. Сначала матери, что ей необходимо поступить в колледж, а не идти работать. Потом в колледже — что может окончить экстерном. Она торопилась, чувствуя, что времени у неё не так много. И вот теперь эта зимняя ловушка, в которой они всё сильнее и сильнее вязли. Агата осторожно высвободилась из объятий мужчины. Сейчас, как никогда, ей казалось, что, если бы ни она, ничего с ними не случилось. Она и только она была виной всему. Девушка молча посмотрела на холодное, опасное, бездушное величие раскинувшиеся перед ними. Теперь ей ясно виделось, как судьба, зло оскаливаясь серыми зубьями гор и злорадно хихикая, интересовалась: — «Ну, как Милова, переиграла меня?»
— Агата, — тихо позвал Алексей, — можно, я спрошу?
— Да…, спрашивай, конечно, — вздыхая и стараясь отогнать навязчивые мысли, ответила девушка.
— Скажи, на что же ты всё-таки копила? — и он попытался заглянуть ей в глаза.
Агата лишь усмехнулась, горько так, и задумчиво отвела взгляд:
— На мечту, Лёша, на мечту, — невесёлая ухмылка вдруг пролегла на её лице, и она недобро рассмеялась, — но, видимо, не судьба осуществить мне мою мечту, — и она вновь посмотрела на мужчину, — зато мама обрадуется свалившемуся наследству.
— Ну, хватит, — вдруг поморщился от резкой боли Алексей и потёр разнывшийся висок, — выберемся мы отсюда, обещаю, и тогда осуществишь ты ещё свою мечту, — и мужчина щурясь улыбнулся, тепло так, — что-то мне подсказывает это не платья и не машина, но и не скажешь, так ведь, что за мечта?
Агата улыбнулась ему в ответ и кивнула, протянув:
— Нет, не скажу, спугнуть боюсь…
— Ну, не будем пугать тогда мечту, — и Алексей, потирая уже невыносимо занывший висок, полез за пазуху.
Милова внимательно следила, как он достал коробочку со шприцем для инъекций. Одного взгляда ей было достаточно, чтобы понять, что доктор выписал новый препарат ещё сильнее предыдущего.
Она с тревогой посмотрела на Смелова и осторожно спросила:
— И как давно ты его колешь?
— Агата, — тяжело вздохнул Алексей, — месяц, тот уже, — но мужчина не успел закончить, за него закончила девушка.
— Не помогал, верно? — ей было больно, его просто медленно добивали лекарствами, планомерно так.
— Милова, только не начинай, пожалуйста, — и Алексей уже освобождал руку от пуховика, он морщился и уже шумно цедил воздух сквозь стиснутые зубы.
Девушка молча взяла шприц из его рук и помогла освободить руку. Она уже хотела помочь снять кофту, но Алексей остановил её:
— Коли через кофту, — едва ворочая языком, прошептал он.
Агата молча сделала, что он просил и помогла вновь одеться. В шприце оставалось лекарства на два раза. Спрятав всё в футляр, она осторожно положила его во внутренний карман Алексею и принялась ждать, когда подействует лекарство. Мышцы на лице мужчины медленно расслаблялись, боль отступала…Она осторожно погладила его по виску, как тогда…
— Лёша, — вдруг спросила Агата, задумчиво смотря на заснеженные шапки гор, а кто тебе твоего врача посоветовал?
Смелов задумчиво протянул:
— Не помню…Кто-то из друзей, кажется, а что?
— Я не уверенна, что это был друг, — грустно пояснила Агата.
Слова Агаты, медленно осели в сознании Смелова. Ему такая мысль в голову почему-то не приходила… Но вспомнить, кто посоветовал ему врача, он не мог. Хотя всё-таки нужно было это сделать. На досуге. Сейчас ему было не до этих мыслей.