Чтение онлайн

Дабы разнообразить литературный слух маленьких читателей, содержание заключает минимум повторов как слов, так и выражений. Необычность сказкам придают стихотворные строфы. Совокупно это достойная база для психологического формирования речи (известно, что эмоционально-душевное состояние ребёнка напрямую зависит от развития речи), ценностно-смысловой, когнитивной сферы, социально-психической адаптации личности в целом.

Главнейшим выделяется побуждение ребятёнка задаваться вопросами. Писательница близка задуманному, коли у юного слушателя каждая строка и следующий абзац вызывают предмет обсуждения. Сказкам должно развивать. Они подвигают любопытствовать, обращая малыша к тем или иным темам, взывают к мыслеобразованию. Образность и ассоциативность мышления – залог творческих успехов. Например, сказка о бельчонке учит детишек безкорыстию и открытости. Выражает понятие «помощь» как безусловность. Просто потому, что хочется помочь. Внимательность к себе явит, что в каждом из нас довольно часто это чувство возникает. Мы, взрослые, умеем оградить своё большое «Я» от этого. Маленьким такое не свойственно, покуда им не укажут: «За всё в жизни нужно платить, за помощь в том числе», «Безплатный сыр бывает только в мышеловке» и т. д.

Другим примером побуждающим к сознательному поиску неизведанного представляется сказка «Капелька». Как это так, чтобы столь малая толика воды смогла побывать и в огне, и в воздухе, и в земле? И всё ещё оставаться капелькой?

Мораль и назидания – смысл произведений. Сказки читаются в том возрасте, когда каждый проживаемый ребёнком момент врезается в память и берётся в качестве модели поведения. В восприятие малыша вплетается художественный образ, начинают работать воображение и фантазия.

У сказки нет конца, у неё есть продолжение…

Жила-была цветочная фея. Её сказочным царством был безкрайний луг у подножия большой горы, что величаво возвышалась над полями и лесами. То был волшебный луг. Четыре раза в год он показывал свои чудеса птичкам и зверушкам, завлекая их своими лепотою и живописностью.

Так по осени луг облачался в мягкую тёплую акварель янтаря и пурпура, словно цирковая арена. Зимой он укрывался бирюзовым искрящимся снегом, будто таинственная пещера яхонтовых камней. Весной начинал пестреть сочной многоцветностью, наподобие ярмарочных гирлянд. А летом, летом луг наряжал себя по-особенному: радужно и узорно, навроде костюмов артистов и художников; цветы и травы опушали красочным ковром.

Как-то раз услышал луг тихий плач… цветочной феи, сидевшей на камушке в тени лиловых колокольчиков.

– Отчего ты плачешь? – спросил луг фею. – Что могло огорчить тебя в моих краях?

– Понимаешь, дорогой луг, иные феи – лесная, альпийская, речная предложили соревноваться: кто обладает самым лучшим в своём царстве?

– Что же ты печалишься?

– Как же, милый лужок, мне не тужить?! У каждой из них есть своё сокровище. У лесной феи есть плодородное дерево со спелыми вкуснейшими медовыми плодами; у альпийской это непомерно высокая гора с вершиной до кружевных облаков; у речной имеется быстробеглая, раздольная река с хрустальными водами и песочными берегами. А у меня есть только ты, простой ковровый луг.

– Жаль, не видишь какие несметные богатства в твоих владениях! Ты только посмотри: без моих цветов и зелёной пажити, что так духмяны в летнюю пору и обильны нектарной пыльцой, пчёлкам нечего было бы запасать на том самом дереве, что несёт сладчайшие плоды; без жучков и червячков, что водятся в моей земле, птичкам не было бы еды, у них не хватило бы сил долететь до вершины той горы и увидеть прекрасность заоблачных высей; без моих просторов, не было бы у реки тех прешироких песчаных берегов.

Обрадовалась фея словам луга. Расправила прозрачные переливчатые крылышки. Запархала словно бабочка, кружась над цветочными арабесками. Заслушалась благоуханных запахов разнотравья. Залюбовалась благолепием своей сказочной страны! И навсегда-навсегда позабыла грустить. Оказалось, привычный луг пришёлся самым необыкновенным и дражайшим в её цветочном королевстве.

Ведь, земля родная – колыбель золотая. А рощи да леса – всему миру краса.

Лепота – красота, изящество, величество, пригожество.

Яхонт – др. – рус. назв. некоторых драгоценных камней, чаще рубина (корунд тёмно-красного цвета), реже сапфира (синий) и др. Яхонтовый – красный, фиолетовый или тёмно-голубой.

Пажить – др. – рус. луг, выгон, поле, выпас, пашня, нива, пахота, пастбище с густой, сочной травой.

Духмяный – душистый, ароматный.

Арабеска – сложный восточный средневековый орнамент, состоящий из геометрических и растительных элементов.

Благолепие – торжественная, величественная красота; великолепие.

Некогда жители далёкого предгорного села прознали: в одной пещере, что спряталась одаль от житейских домов, имеется целая подземная кладовая драгоценных самоцветов, краше самых ярких адамантов, чей блеск чище и прозрачней любого водного ключа в крае. Владели же сими сокровищами добродушные гномы-волшебники. Там они жили, там они от мала до велика свой промысел вели. Взрослые занимались добычей кристаллов. С помощью чудодейной лозы, в длинных лабиринтах подгорных туннелей они находили потаённые залежи минералов. Аккуратно кирками откалывали когда одинокие, а егда и целыми друзами сверкающие кусочки. Затем, бережно укладывали на телеги и вывозили наружу под покровом ночи, чтобы ни единая пара посторонних глаз не увидала сих прекрас. После на подмогу приходили их дети – маленькие гномики. Они сноровисто отбирали фрагменты по формам, цветам и предназначениям. Каждый гном знает эту науку. Сложна она в названии – рудословие. Лишь немногим людям известна, ибо доступна образованным. Гномы-то учёные, с детства обучаются премудростям знаний. Но в селении были люди неграмотные. Не знали они ни азбуки, ни счёта. Одним жили – трудом: сеяли, косили, да скотинушку разводили.

Конец ознакомительного фрагмента.