Чтение онлайн

– На этот вопрос невозможно дать однозначный ответ, – сказал Учитель. – Бывают дети с врожденными уродствами, люди могут искалечить тело, попав в аварию, или они могут заболеть, подхватив инфекцию, но если человек родился здоровым и живет в более или менее приемлемых для выживания условиях, если совершаемые им в силу необходимости действия не доводят его до истощения, его физическое состояние в гораздо большей степени зависит от состояния его духа, чем состояние его духа – от физического состояния.

Болезни духа проявляются в слабостях, а потакание слабостям разрушает здоровье. Подумай, например, о заядлых курильщиках. Они прекрасно знают, что курение убивает их легкие, но тем не менее они продолжают курить. Пристрастие к сигарете – следствие болезни духа – слабости и безволия, становится основой для болезней тела.

То же самое относится к неправильному питанию, к сексуальной неразборчивости или к тяге к алкоголю.

Заболевания духа – тревожность, скрытые страхи, неуверенность в себе или чувство вины – порождают напряжения в соответствующих участках тела. Эти напряжения препятствуют свободной циркуляции энергии, возникают области застоя, болезненные зоны – «города» и «крепости», и оттуда болезнь распространяется дальше – вширь и вглубь – в мышцы, внутренние органы и кости.

Одной из проблем современной медицины является то, что врачи прописывают средства против болезней тела, забывая в то же время о болезнях духа. Эти средства приносят облегчение и на время устраняют симптомы, но корень болезни, пусть даже почти незаметный, остается, чтобы в подходящий момент снова дать всходы. Именно поэтому многие люди предпочитают обращаться к знахарям и целителям. Среди целителей встречаются подлинные жемчужины – гениальные врачи, способные в одно и то же время излечивать и тело, и душу. И чем более гениальным является целитель, тем более обширен его арсенал психологических ловушек.

– Как здорово! – воскликнул я. – Мне бы хотелось научиться излечивать болезни духа.

– Я расскажу тебе одну притчу, – сказал Ли. – Она называется «Любовь к камню».

Жил когда-то богатый купец и владел он драгоценным камнем, равного которому не было на всей земле. Любил он этот камень больше всего на свете и никогда с ним не расставался.

Днем и ночью любовался купец своим камнем, забывая о сне и еде, и здоровье его от этого стало ухудшаться. Забеспокоилась жена купца – так недолго и мужа потерять, и, захватив с собой деньги и дары, отправилась за советом к мудрому даосу, слава о котором летела во все стороны быстрее стрелы, пущенной из тугого лука.

Даос благосклонно принял подарки и, обещав помочь, отправил несчастную женщину восвояси.

Через две ночи наступило полнолуние, и влюбленный в камень богач вышел в сад, чтобы полюбоваться, как лунный свет играет на гранях его сокровища, зажигая в мерцающей глубине камня разноцветные огни.

Вдруг холодное дуновение коснулось щеки купца и, обернувшись, он увидел рядом с собой словно сотканную из мрака безликую фигуру в странной одежде из лохмотьев и перьев.

– Кто ты и что ты здесь делаешь? – дрожащим голосом спросил богач, с ужасом вглядываясь в зловещие очертания незнакомца.

– Я – твоя смерть и пришла за тобой, – ответил странный глуховатый голос.

– Но я еще молод и не хочу умирать, – севшим от страха голосом прошептал купец.

– Я могу выполнить твое последнее желание, – сказала смерть. – Проси, что хочешь, кроме одного – остаться жить на земле.

– А я могу и после смерти не расставаться с камнем? – спросил богач с затаенной надеждой.

– Конечно, если таково твое желание, – равнодушно ответила смерть. – И ты, и твое сокровище будете навечно заточены в холодной непроглядной тьме. Ты не сможешь видеть свой камень, но будешь вечно сжимать его в руках.

– И я больше никогда не увижу луны? – тоскливо спросил купец.

– Ты никогда больше не увидишь ни луны, ни сада, ни родных, – захохотала смерть. – Ты не сможешь любоваться цветами, ласкать жену, вкушать лакомства, греться на солнце и подставлять лицо летнему ветерку. Но зачем тебе все это? Всю свою жизнь ты видел только одно – драгоценный камень, и после смерти ты не расстанешься с ним.

– Дай мне срок проститься с родными, – отчаянно закричал богач, падая на колени. – Я сделаю все, что ты захочешь, только оставь мне еще один день!

– Ладно, – говорит смерть, – я подарю тебе один день, если взамен ты отдашь мне свою драгоценность.

Протянул купец смерти камень, даже не взглянув на него, и бегом бросился в дом. Мечется по комнатам, жену зовет, а ее нигде нет. Выбежал снова в сад, смотрит – у ворот жена стоит и держит в руках его заветную драгоценность.

– Откуда у тебя камень? – теряя рассудок, завопил богач. – Тебе его дала смерть?

– О чем ты говоришь? – удивилась жена. – Мне отдал его даос, когда выходил из нашего сада.

Понял тогда купец, с кем он вел беседу. Заплакал он от облегчения, потом рассмеялся, обнял жену, забрал у нее камень и, размахнувшись, зашвырнул его в реку.

С тех пор изменился купец. Стал веселым, щедрым и, как никто, научился наслаждаться жизнью. И не удивительно – уж он-то знал, что в любую минуту за ним может прийти смерть.

Учитель замолчал, и я задал вопрос:

– Интересно, к какому типу относится болезнь купца?

– А как ты думаешь?

– Наверное, это как-то связано с жаждами, – предположил я.

– Не совсем, – сказал Ли. – В данном случае мы сталкиваемся с типичным случаем одержимости.

– Это слово наводит на аналогию одержимости бесами.

– Одержимость – это обусловленное некими внутренними процессами сужение модели мира до крайне ограниченной фиксации на каком-то предмете, идее или действии. В то же время слова «одержимость бесами» в определенной мере оправданы, поскольку в период одержимости одна из сущностей, заключенных в человеке, берет верх, начисто подавляя все остальные сущности.

Типичная «одержимость бесами» обычно является неконтролируемым проявлением сущности действия.

– Мы все-таки вернулись к вопросу о сущностях, – вдохновился я.

– Напрасно радуешься, – сухо оборвал меня Ли. – Как я уже сказал, сейчас не время обсуждать тему сущностей. Лучше вернемся к предмету одержимости. Сужение модели мира может иметь самую разную природу – в его основе может лежать страсть, или навязчивая идея типа создания вечного двигателя, или желание разжечь мировую революцию, или какая-либо неутоленная жажда.