Чтение онлайн

— И все-таки, можно мне узнать ее адрес? Вдруг ее долго не будет? Я слышала, сейчас свирепствует ангина с осложнениями. И потом, руководство больницы тоже, наверное, оказалось в трудном положении. Заменить уборщицу сложнее, чем хирурга. Может, я всех выручу, если выйду на работу как можно скорее.

Адрес я, разумеется, получила. Хотя и без цеу как туда добраться. Наташа никого к себе за годы учебы не приглашала, объясняя напряженными отношениями с родственниками, и дополнительной информацией относительно расположения халупы сокурсники не располагали.

— Неужели бедняжка каждый день так издалека катается?

— Теперь да. А раньше жила тоже в общежитии, в соседней комнате.

Я попрощалась с доброжелательной Шурочкой и пожелала ей успехов в учебе.

Предстояло ехать с Казанского вокзала в некий поселок Тоскино, и я порадовалась, что сообразила одеться поскромней. Деревенские жители, насколько я знаю, особенно старшее поколение, не благоволят к заевшимся горожанам, избалованным теплыми сортирами, мусоропроводом и горячей водой из-под крана. Зато на моем примере они сразу убедятся, что не всем столичным жителям легко добывать хлеб насущный.

Забежав в гастроном, я купила сушки, бутылку водки (а ну как в наличии имеется пьющий отец?) и долго раздумывала, какой сорт колбасы предпочесть. Лично я выбираю «Телячью» или «Брауншвейгскую», но дамочка такого жалкого вида вряд ли может себе позволить подобный деликатес. Пришлось ограничиться «Студенческой», хотя сама я не стала бы ее есть даже под наркозом. Ничего, родители юной уборщицы — люди неприхотливые, под водочку употребят за милую душу!

Электричка была переполнена, и я посочувствовала бедняжке, которой после тяжелого трудового и учебного дня приходится добираться до дому в таких некомфортных условиях, и опять вспомнила про дорогущий «дипломат» и стильный мужской костюм. Да, мне есть о чем расспросить труженицу, только вот никакой гарантии, что девушка прямо так сразу и расколется, у меня не было. Если бы я хоть отдаленно предполагала, что происходило на этом проклятом цоколе в тот злополучный день! Можно было бы сделать умное лицо и попытаться девчонку припугнуть. А так нет ничего, что я могла бы использовать для оказания давления, если Наталья окажется особой несговорчивой.

Выйдя на нужной станции, я приготовилась долго и упорно идти к своей цели, но поселок оказался буквально в десяти минутах ходьбы от станции. В общем, если бы не толкучка в битком набитом вагоне и не необходимость зимой и летом продирать глаза до первых петухов, не такой уж и напряг путешествовать в Первопрестольную и обратно. Дорога от вокзала до места назначения у меня заняла чуть больше двух часов.

Поселение, которое заочно представлялось чем-то вроде заброшенной деревушки с двумя десятками покосившихся домишек, ничего общего с картинкой, порожденной моим воображением, не имело.

Оно тянулось на несколько километров и радовало глаз большими каменными строениями, некоторые из которых я не побоялась бы назвать особняками, да и остальные были вполне достойны восхищенных взоров усталого путника.

Кстати, именно эти деревянные строения самых разных конфигураций и дизайна мне понравились даже больше своих каменных соседей. Я с детства неравнодушна к деревянному кружеву и искусной резьбе.

Впечатление портило только то, что домишки были понатыканы в досадной близости друг от друга, а не возвышались среди живописных лугов. Я решила не быть слишком требовательной, все-таки я не в пригороде какой-нибудь загнивающей европейской столицы, где архитектурные сооружения стараются гармонично вписать в окружающий пейзаж, а на родных, можно сказать, просторах. Тут родовые замки вот уже много десятилетий традиционно возводят на шести, от силы восьми сотках. Умудряясь помимо жилого дома втиснуть туда же гараж, хозблок, туалет и душ.

Разумеется, шествуя по территории суперблагоустроенного поселка, я заподозрила неладное, и когда увидела нужное мне строение, если и отличавшееся от окружающих, то уж никак не в худшую сторону, уже была готова к тому, что меня ждет. В некотором роде. Потому что, конечно, представить себе полностью великолепие каменного дворца не смогла бы даже по описанию. Это надо было увидеть. Хотя бы на цветной фотографии.

Дом был, кстати, не таким уж и большим. Но интересно спланированным и созданным творческим гением весьма неординарного дизайнера. А так же мастерством спаянного рабочего коллектива, едва ли найденного среди безработных с Украины или еще какого-нибудь ближнего зарубежья; и конечно, немереных капиталовложений на всех стадиях воплощения в жизнь грандиозного проекта. В доме наверняка имелось все, о чем только можно мечтать в знойные дни и дождливые вечера, а также во все остальные времена суток и года.

И сюда я надела мышиное платье! И хозяев этого великолепия я собиралась побаловать несъедобной колбаской! Да у них и мыши воротят нос от более изысканного питания!

Я еще обозревала причудливые башенки и прикидывала, каково должно быть их предназначение, когда неласковый женский голос осведомился, что мне понадобилось на ее участке.

Надо же! А я и не заметила, что зашла в приоткрытую калитку и в данный момент как раз ступила на посыпанную желтым песком дорожку, ведущую к бассейну.

Голос принадлежал яркой брюнетке, искусно задрапированной парой веревочек, нахально прикидывающихся купальником. Несмотря на вульгарные интонации и низковатый голос, девушка безо всякого труда могла бы завладеть вниманием любой мужской аудитории. Даже в том случае, если бы соизволила одеться. Такого красивого лица, такой роскошной темной гривы и такой точеной фигуры мне не доводилось видеть никогда. По крайней мере воочию. И кто бы это мог быть? Наталья? Исключено. Такая дамочка мыть полы не станет. И вообще, я очень удивлюсь, если она хотя бы знает, как чистить картошку или варить пельмени из пачки. Да и не только в этом дело. Если бы такая птичка появилась на территории больницы, учреждение пришлось бы закрывать. Все мужское население моментально выбыло бы из строя, а женский персонал нашел бы способ, как избавиться от соперницы. Это, конечно, шутка, но если бы Наталья была и впрямь так хороша, я бы об этом знала от практикантов. Любой мужик, даже пропивший последние мозги, обязательно упомянул бы о ее внешних данных.

Повисла пауза, и я сделала самое правильное в данной ситуации. Я не стала скрывать обуревавшего меня восхищения:

— Боже, какая вы красивая! Так разве бывает?

Девица моментально сменила гнев на милость и рассмеялась. Похвала, явно искренняя, была приятна. Теперь можно было попытаться наладить с ней контакт. Я робко спросила, могу ли увидеть Наташу.

— Наталью? Но она тут не живет! Она в Москве.

Интересно. Очень интересно. Особенно в свете того, что Наталья поставила в известность знакомых, что отправляется домой. Я опять задумалась.

— А в чем, собственно, дело?

Я рассказала трогательную историю о том, как в электричке познакомилась с Наташей. Мы разговорились и она, узнав о моих материальных проблемах, обещала посодействовать в поисках приработка.

— Вот как? — Девица смерила меня с ног до головы, и последние сомнения относительно моего рассказа у нее отпали. Как, впрочем, и желание продолжать разговор.

Я поспешила исправить оплошность и вернулась к тому единственному предмету, который собеседницу интересовал.

— Вы такая красивая, как принцесса из сказки. Нет, королева, — поправилась я, заметив, как недовольно дрогнули сочные губы. — Может, вы мне чем-то сможете помочь или хотя бы подскажете, где найти Наташу?

Сравнение с королевой было принято благосклонно, но дело все равно не сдвинулось. Лимит доброжелательности и человеколюбия красавица явно исчерпала. Причем, боюсь, на много лет вперед. Ждать, когда она опять подобреет, не имело смысла. Я могла успеть состариться и умереть, так и не дождавшись. Я вежливо попрощалась и покинула негостеприимную красотку. Пытаться ее разжалобить, вероятно, так же бессмысленно, как умолять о снисхождении придорожный камень.