Чтение онлайн

Трофимыч попробовал вызвать тех, кто скрывался за поворотом по рации, используя разные диапазоны. Безответно. Судя по всему, его просто не слышали.

— Надо послать парламентера, — предложил Иржи.

Мысль, в общем-то, здравая, с чем все согласились. А вот дальше….

— Как же его послать, если там сразу стреляют?

— Надо сделать так, чтобы сразу было понятно — это парламентер, — продолжил свою мысль Иржи.

— И как это сделать? У кого есть предложения? — поинтересовался капитан.

Думали недолго. Первым отозвался Вячеслав.

— Давайте напишем плакат и отправим с ним самого маленького и безобидного робота.

— Хороший план. Вот только кто писать будет? И на чем? — засомневался Кэп. — Прошу заметить, что писать требуется по луриански. Да, кстати, а лурианская письменность есть в памяти нашего центрального компьютера? Или только устный язык?

— Имеются все необходимые для перевода данные, как в устной, так и в письменной форме, — центральный компьютер решил ответить на этот вопрос сам.

— Уже хорошо. Что ж, тогда остается придумать текст и перевести его.

Текст послания придумали быстро. Так же быстро отобразили его на листе облицовочного пластика, который Трофимыч ворча открутил от внутренней обшивки вездехода. Точнее русскоязычный вариант текста. После короткого совещания послание решили изобразить на двух языках — на русском и соответственно на лурианском. Так сказать, чтобы отразить интернациональность.

Русский тест гласил следующее. «Экипаж космического разведчика «Легас», порт приписки — Земля, предлагает помощь в проведении спасательных работ».

— Ну вот, теперь следует изобразить то же самое по-луриански. Трофимыч, ты как, в каллиграфии силен?

Вся сложность состояла в том, что надпись на лурианском следовало изобразить вручную. Нет, центральный компьютер «Легаса», конечно, выведет ее на экран вездехода, и посмотреть, как она должна выглядеть, можно. А вот перерисовать на пластик ее предстояло вручную. Не было в вездеходе устройства, отображающего графическую информацию на плоскости.

— Если из-за моего неразборчивого почерка сорвутся международные переговоры, я не виноват, — ворчал Трофимыч, перерисовывая изображение с экрана на лист пластика, призванный служить транспарантом.

— Зато ты войдешь в историю, как первый человек, написавший что-либо по-луриански, — провозгласил Вячеслав.

— Ага, я с удовольствием передал бы это право тебе, — парировал механик. — Ну вот, вроде бы получилось.

Посмотрев на надпись, все признали ее подходящей. Даже центральный компьютер «Легаса» одобрил, провозгласив свой вердикт, — совпадение 90 %.

— Все, отправляем парламентера, — решил капитан.

В качестве парламентера должен был выступить робот, предназначенный для разбора завалов — небольшое шасси на мягких гусеницах, с установленным на нем гидравлическим манипулятором. Наверное, это единственный случай в истории, когда ему приходилось выступать в такой необычной роли. В общем-то, выбор был небольшой, или этот робот, или робот-сварщик. Лишь эти двое оставались в грузовом трюме вездехода после взрыва горного робота. На «Легасе» осталось еще полтора десятка роботов разного назначения, но возвращаться на корабль не стали.

Робот зажал в лапе манипулятора импровизированный транспарант и, мягко скатившись на грунт, отправился на малом ходу за поворот ущелья, где он должен был притормозить, после чего следовать далее, делая краткие остановки и размахивая транспарантом через каждые пару десятков метров.

Секунды тянулись, складываясь в минуты, заставляя тревожно замереть как сидящих в вездеходе Кэпа и Трофимыча, так и наблюдающих за ними из рубки «Легаса» Вячеслава и Иржи. Пока все было тихо. Робот понемногу продвигался вперед, передавая с установленной на нем камеры картинку ущелья. Впереди был каменный завал, за которым громадой возвышалось нечто большое и металлическое.

Все-таки корабль. Размером не меньше «Легаса». При любви лурианцев ко всему большому, можно сказать — относительно невелик. Меньше большинства их кораблей. Как он попал в это ущелье? В месте его расположения ущелье сужалось до такой степени, что корабль был буквально зажат окружающими скалами. Так посадку не совершают, так падают. Вряд ли корабль сможет взлететь самостоятельно, даже в случае его исправности. Плавные обводы той части корпуса, которая была виден из-за скал, выдали его принадлежность к космофлоту лурианцев. Это могло бы рассеять все сомнения в принадлежности корабля, если бы они оставались. Нелюбовь лурианцев к острым углам была очевидна и распространялась на многие вещи. В том числе и на корпуса космических кораблей. Конструкция вполне элегантная, остальное — дело вкуса.

— Это как же их сюда занесло? — спросил Трофимыч, задумчиво почесав затылок.

Да, явно, что это была не запланированная посадка, а аварийная. От приближающегося корабля не поступало никаких сигналов, признаков жизни он не подавал.

— Интересно, а есть ли на нем кто живой? — поинтересовался Иржи. Картинку с камер робота несущего транспарант в рубке «Легаса» принимали так же ясно, как и в кабине вездехода.

— Должен быть, — отозвался Кэп, — кто-то подстрелил нашего горного робота. Я не думаю, что это была мина, или автоматический лазер. Отправляя сигнал тревоги, таких сюрпризов обычно не готовят.

Робот, разборщик завалов, миновал оплавленные обломки — все, что осталось от горного робота.

— Хорошая была машина, надежная, — вздохнул Трофимыч.

Это правда — напоминающие внешним видом паука горные роботы были верными помощниками людей при работе в трудных условиях. Неприхотливые многофункциональные машины с просто потрясающей проходимостью.

— Не вздыхай, старина. Если бы мы не отправили его вперед, еще неизвестно, как бы повернулись события. Как бы отреагировали лурианцы, увидев вездеход не их конструкции? Похоже, они ждали своих, а здесь мы без всякого предупреждения. За то, что ты догадался пустить вперед робота, прими мое личное спасибо.

Робот прошел почти две трети расстояния, когда из-за валуна показалась фигура — вполне человеческая. Или лурианская. С такого расстояния различий не разобрать. Тем более что не так уж они и велики.

На плече у лурианца располагалось объемное устройство, в котором Трофимыч безошибочно опознал стационарный лазер. Вообще-то не приспособленный для переноски вручную.

— Вот из этой штуки он и долбанул по нашему роботу. Тяжела машинка, если бы не пониженная гравитация, вряд ли он смог бы управиться с ней один.

В голосе Трофимыча прозвучало невольное уважение к тому, как быстро неизвестный стрелок приспособился к пониженной гравитации, позволяющей использовать агрегат, который на планете был бы неподъемным.

Стрелок огляделся и демонстративно положил лазер на валун, поднял вверх руки и, повернувшись вокруг, дал себя осмотреть со всех сторон.

— Показывает, что у него больше нет оружия, — прокомментировал Кэп.

Возражать никто не стал. Намерения лурианца были понятны без слов.

Завершив демонстрацию своей безоружности, лурианец неторопливым шагом двинулся навстречу спасателям.