Чтение онлайн

– Где будем останавливаться? – спросила Даша Олега.

– Я думал дойти до того места, где летом сидели, – ответил он.

– Нет, туда далеко. Давай где-нибудь поближе.

– Поближе? Тогда можно к ручью – здесь совсем рядом.

– Давай.

– Там тоже неплохое место, – пояснил мне Олег. – Можем спокойно посидеть.

Я ухватил лыжные палки и последовал за ним.

Через некоторое время он показал вперед, где деревья расступались, образуя поляну.

– Почти пришли, – сказал он. – Там по краю поляны течет ручей.

Я кивнул.

Метров за сто до поляны лыжня раздваивалась. Олег двинулся по правой, я по левой догнал его и поравнялся с ним.

– А что, – сказал я, – слабо гонки устроить?

Он усмехнулся, посмотрев на меня.

– Кто последний, тот проиграл, – срываясь с места, сказал он.

Я тоже ринулся вперед. Мы помчались рядом. Девушки сзади кричали, болея за нас.

В какой-то момент я вдруг увидел, что две лыжни, по которым мы ехали, впереди снова сходятся в одну. Я решил, что должен быть в том месте первым. Похоже, Олег пришел к такому же выводу для себя. Кончилось тем, что мы въехали в одну лыжню почти одновременно. Вернее, мы одновременно не въехали в нее – просто столкнулись и разлетелись в разные стороны, каждый в свой сугроб. Мы смеялись, лежа в снегу. Усталость от быстрого бега – не хотелось вставать. Девушки не спеша догнали нас.

– Гонщики несчастные, – шествуя мимо, свысока произнесла Света.

– Вставайте, а то простудитесь, – сказала Даша.

Олег протянул мне лыжную палку, я взялся за нее, и мы встали, вытянув друг друга из сугроба. Потом долго препирались, кому идти первым. В конце концов пошли рядом – справа и слева лыжни.

На поляне, сняв лыжи, стали вынимать из рюкзаков всякие съестные припасы и разводить костер. Я направился к деревьям наломать веток. По краю поляны действительно тек ручей. Снег нависал над ним с берегов, но в середине вода бежала, не скованная льдом. Холодно. Как-то стало холодно от вида этого ручья, зимней воды в нем. Я почти чувствовал, какая она ледяная, лишь глядя на нее.

Даша подошла к берегу и набрала воды в котелок.

– Зачем из ручья? – улыбнулся я. – Можно просто снег взять.

– Так проще, – улыбнулась она в ответ.

– Вы здесь часто бываете?

– Не очень.

– Наверно, хорошо рядом с лесом жить.

– Да, мне нравится.

Я стоял, глядя на воду. Мне больше не было холодно. Тихое журчание успокаивало.

– Давно не был в зимнем лесу, – проговорил я. – Зимой не так как летом.

– Просто тише – листья не шелестят.

Я смотрел на деревья на том берегу. Они казались живыми, хотя и стояли неподвижно.

– Тут случайно лешие не водятся? – спросил я.

– Водятся, – улыбнулась Даша. – И водяные.

– Вот как?

– Шучу, – сказала она. – Зимой лешие перебираются на квартиры в город – тут ведь совсем рядом, – и пошла с котелком к костру.

– А водяные – в аквариумы, – вслед ей сказал я.

Она, обернувшись, улыбалась.

Потом мы сидели у костра. Налили водку в пластмассовые стаканчики. Я поднял свой.

– Отличные выходные получились, – произнес я. – Давно так не отдыхал.

– Вот и приезжайте теперь, – отозвалась Даша. – Вместе будем на лыжах ходить.

– Обязательно, – улыбался я.

Двое перед экраном компьютера.

Один, глядя в экран:

– Черт! Я тоже так хочу – лес, свежий воздух, костер.

Другой:

– Ну и кто тебе мешает? Возьми и тоже сходи.

– Да, сходишь тут. Работа одна все время. И вообще, ни лыж, ни леса под боком.

Второй, кивая на экран:

– Тогда сиди и наслаждайся видами.

***

Когда мы вернулись домой, уже стемнело. Стали ужинать. Даша с Олегом сказали, что нам не нужно уходить.

– Оставайтесь, – предложили они. – Завтра все равно воскресенье – на работу не идти.

– Хорошо, – сказали мы со Светой и остались.

После ужина играли в карты. Ночь и снег за окном, в доме было уютно. Приятная усталость после лыжной прогулки, мягкое тепло после целого дня на морозном свежем воздухе. Мы попивали вино из бокалов.

– Ну давай, ходи, – ерзая на стуле, нетерпеливо высказала мне Света.

– Сейчас, – я положил карту на стол, чувствуя, что опять проиграю. Почему-то я все время проигрывал, карта не шла.

Так и есть. Олег довольно усмехался, выигрывая в очередной раз.

– Хм, – беспечно произнесла Света, откинувшись на спинку стула. – Не везет сегодня, – она тоже в основном проигрывала. – Наверно, звезды где-нибудь не там.

– Или протуберанцы на солнце не те, – кивнул я.

– Какие протуберанцы ночью? – махнула рукой Света. – Это просто магнитные бури разбушевались.

– Какие магнитные бури зимой? – в тон ей произнес я. – Это просто Луна не в той фазе.

– Просто вы играть не умеете, – тасуя карты, назидательно высказал Олег.

– Сам ты не умеешь, – скривила губки Света. – Повезло пару раз – вот и все.

– Ничего не повезло, – улыбался Олег. – Это мастерство.

– Да уж, – фыркнула Света. – Великий магистр.

– Просто он знает маленький секрет, – с шутливой серьезностью вставила Даша.

– Какой еще секрет?

– Хм, – усмехнулся Олег. – У лабиринта выход там же, где и вход.

– Да-да, – кивнула Света. – А голова там, где ноги. И все вокруг это только сон.

– Ну, сон не сон, – полусерьезно-полушутя произнес Олег, – но окружающее нельзя воспринимать как то, что есть на самом деле.

– Ага, – так же полусерьезно отозвался я. – Жизнь – это только иллюзия.

– Не совсем так, – чуть пожал плечами Олег. – Ты, например, знаешь, что у собак черно-белое зрение?

– Слышал, – кивнул я.

– Вот. Если спросить у собаки, какого цвета трава, она ответит, что трава какого-нибудь темно или светло-серого цвета. Ты точно знаешь, что трава зеленая. И дело тут не в том, что ее зрение хуже, а просто по аналогии вполне может найтись кто-то, кто обладает другим, лучше чем у тебя, зрением, и он скажет, что трава какого-нибудь еще цвета. При этом каждый будет абсолютно прав, потому что полагается на свои ощущения. И собака, которая видит, что трава серая, абсолютно уверена в своей правоте, так же как ты уверен, что трава зеленая, а этот предполагаемый кто-то смеется над вами, он точно видит, что трава совсем другая. Но ведь трава одна, она не меняется в зависимости от того, кто смотрит на нее. Так какого же она цвета на самом деле? А этого не знает никто. Потому что каждый видит ее такой, какой видит он. То есть цвет травы определяется не самой травой, а свойствами зрения того, кто смотрит. То есть зрение лишь показывает окружающее, как оно может. Но нельзя быть уверенным, что ты видишь именно то, что есть – это только возможности твоего восприятия. И если нельзя полагаться на зрение, которое такое же чувство, как и остальные, то нельзя полагаться и на другие чувства. Хотя, в случае со слухом или, скажем, с осязанием привести пример сложнее. Но они тоже не дают полной уверенности, что ты слышишь или осязаешь именно то, что есть на самом деле.

– Понятно, – я положил руку на стол. – Будем считать, что этого стола нет.

– Может и так, – совершенно серьезно ответил Олег. – Это ведь только твои ощущения.

– Ну да. Которые можно смоделировать. А на самом деле я какая-нибудь коробка с проводами, – я улыбнулся. – Нет, не хочу быть коробкой. Я есть, и все окружающее тоже. Я могу видеть это, слышать, потрогать, понюхать и всё, что хочешь…

Первый:

– Ха-ха. Второй:

– Да-да.