Чтение онлайн

Бог, который действует. Концепция Яхве, Который вступает во взаимодействие с избранными, встречается во Второзаконии не впервые. Она является существенной частью рассказов о сотворении мира, потопе и, конечно, об Авраамовом завете; она была мощным образом проиллюстрирована сначала, когда Яхве сломил упорство фараона в нежелании отпустить Израильтян, а затем и усилия его армии вернуть бежавших рабов.

Однако во Второзаконии исторические деяния Яхве становятся основной частью воззрений этой Книги, в частности, ввиду связи с требованиями, выдвигаемыми Яхве Израильтянам, как в момент вступления в землю обетованную, так и после него. Моисей напоминает им о том, "что сделал Господь с Ваал-Фегором" (Втор.4.3), и это должно было определить их будущее поведение в земле обетованной (ст.5). "Есть ли какой великий народ, к которому боги его были бы столь близки, как близок к нам Господь, Бог наш, когда ни призовем Его?" (ст.7). О событиях, породивших такую веру, следовало рассказывать "сынам твоим и сынам сынов твоих" (ст.9).

Доктрина невидимости Бога и заповедь против сотворения каких бы то ни было изображений Бога — обе взяты из опыта у горы Хорив (ст. 15–16). "Дабы ты, взглянув на небо увидел солнце, луну и звезды и все воинство небесное, не прельстился и не поклонялся им и не служил им, так как Господь, Бог твой, уделил их всем народам под всем небом". Далее Моисей продолжает эту мысль: "А вас взял Господь и вывел вас из печи железной, из Египта, дабы вы были народом Его удела…" (ст. 19–20). Солнце, луна и звезды повелением Божиим принадлежат всем, но избавление из Египта было деянием, направленным во благо исключительно Израиля, деянием, целью которого было сделать израильтян народом Божиим.

Если Израиль забудет это и то, к чему это его обязывает, Господь покарает Свой народ, выдворив его из земли обетованной и рассеяв среди других народов. С другой стороны, если Израиль возвратится к Яхве и будет повиноваться Его гласу, Он будет милостив и не забудет завета, заключенного с их отцами (ст.25–31).

"Ибо спроси у времен прежних, бывших прежде тебя, с того дня, в который сотворил Бог человека на земле, и от края неба и до края неба: бывало ли что-нибудь такое, как сие великое дело, или слыхано ли подобное сему? Слышал ли какой народ глас Бога, говорящего из среды огня, и остался жив, как слышал ты? Или покушался ли какой Бог пойти, взять себе народ из среды другого народа казнями, знамениями и чудесами, и войной, и рукой крепкою, и мышцею высокою, и великими ужасами, как сделал для вас Господь, Бог ваш, в Египте пред глазами твоими? Тебе дано видеть это, чтобы ты знал, что только Господь, Бог твой, есть Бог, и нет еще кроме Его" (ст.32–35).

В своем последнем обращении Моисей объявляет: "вы видели все, что сделал Господь пред глазами вашими в земле Египетской… но до сего дня не дал вам Господь Бог сердца, чтобы разуметь, очей, чтобы видеть, и ушей, чтобы слышать" (Втор.29.2–4). Снова упоминается, что Господь вел их в пустыне и заботился об их нуждах. Моисей говорит, что это было сделано, "дабы соделать тебя сегодня Его народом, и Ему быть тебе Богом, как Он говорил тебе и как клялся отцам твоим Аврааму, Исааку и Иакову" (ст. 13).

Избрание Израиля. Концепция о том, что Яхве избрал Израиль Себе в удел, называется «богоизбранностью». Она основана на призвании Авраама (Быт.12.1–3; 15.1–6), где Божественное обещание направлено на «семя», или потомков Авраама. Эта идея выдвигается на передний план во время призвания Моисея (Исх.3.6). Она содержится в откровении Синайского законодательства (Исх. ср.20.2-20) и в системе жертвоприношений, описанной в Кн. Левит (ср. Лев.18.1–5, 24–30). Упоминание об этом обещании содержится в рассказе об отправлении соглядатаев в Ханаан (Числ.13.2) и об отчете меньшинства (Числ.14.8). Но ярче всего эта идея выражена во Второзаконии, где она является мотивирующей.

Для описания доктрины избрания в Ветхом Завете чаще всего используется глагол «выбирать». Он встречается довольно часто во Второзаконии. [371] Однако мысль об избрании — что Бог избрал Израиль быть Его уделом — выражается и множеством других способов и часто подразумевается там, где она выражена не столь явно (ср. Втор.4.32–35). Следует помнить, что Божественное избрание Израиля было осуществлено посредством воссоздания его в качестве нового народа. Это Божественное избрание не было произвольным, как если бы Бог выбрал уже существующий народ, пренебрегая другими. Его новый искупительный акт потребовал нового народа; отсюда Его призвание Авраама, образование нового народа из его семейства и последующие события в его истории.

"Ибо ты народ святый у Господа, Бога твоего" — говорит Моисей; "тебя избрал Господь, Бог твой, чтобы ты был собственным Его народом из всех народов, которые на земле" (Втор.7.6). Этот выбор был сделан не благодаря численному преимуществу Израиля (ст.7), но "потому, что любит вас Господь, и для того, чтобы сохранить клятву, которой Он клялся отцам вашим…" (ст.8). В связи со своим избранием Израиль должен был уничтожить народы земли Ханаанской, "семь народов, которые сильнее и многочисленнее тебя" (ст.1). Израиль не должен был вступать с ними в какие-либо соглашения или проявлять к ним пощаду. Между Израилем и народами этой земли не должно было быть брачного родства, т. к. это могло отклонить Израильтян от Яхве к служению другим богам (ст.3–4). В первую очередь они должны были разрушать религиозные символы Ханаанских народов (ст.5). Эти требования могут показаться жестокими. Если Яхве был в равной степени Богом всех народов, и все люди были Его детьми, то эти слова могут вызвать возражения. Однако их следует трактовать в надлежащем контексте на фоне Богоизбрания. Яхве избрал Израиль, и Он является Богом Израиля. Перед другими народами у Него нет каких-либо обязательств, кроме тех, которые предусмотрены Его заветом с Израилем. Эта основная мысль об избрании стоит за теми местами Нового Завета, в которых говорится об исключительности, напр, о разнице, разделяющей последователей Христа и «мир» (ср. Ин.1.12; 8.42; 15.18–19; 1 Ин.2.15).

Но у концепции Богоизбранности есть и другая сторона. Выбор Богом Авраама и его потомков имел определенную цель — "и благословятся в тебе все племена земные" (Быт. 12.3). Ревность Божия об Израиле не является следствием Его равнодушия к другим народам; наоборот, она основана на заботе о том, чтобы Израиль передал истину другим народам. Если Израиль не будет заботиться о том, чтобы сохранить истину, которую открыл им Яхве Своими словами и поступками, эта истина никогда не дойдет до остального мира. Поэтому, во Второзаконии делается ударение на то, что Израильтяне по прибытии в Ханаан должны строго соблюдать указания Божий. Это является причиной закона о "едином жертвеннике" (Втор. 12.1-14). Этот запрет касался того, чтобы Израиль не совершал служения в местах, где народы, которыми они овладеют, служили своим богам (ст.2). "К месту, какое изберет Господь, Бог ваш…. обращайтесь" (ст.5). Это место, где бы оно ни было — у Гевала, в Сихеме и, наконец, в Иерусалиме, — должно было быть единственным местом служения тех, кого Яхве избрал быть Его народом. Только таким образом могла вера оставаться незараженной ханаанскими верованиями и сохранить ясное свидетельство для всех народов.

Цель избрания — свидетельство всем народам, которые должны были благословиться, благодаря избранию Израиля — не указывается во Второзаконии. Основным мотивом Моисея было предупреждение Израильтян об опасностях, связанных со смешением их веры, с потерей истины, открытой им, которые подстерегали их после вступления в землю обетованную. [372]

Взаимоотношения завета. Взаимоотношения, которые явились результатом избрания Богом Израиля, называются "взаимоотношениями Завета". Слово «завет» встречается в Ветхом Завете довольно часто. [373] Несмотря на то, что Завет иногда описывается как «соглашение» или «контракт», библейский Завет значит несколько иное. В контракте содержится формула quid pro quo ("что-то взамен чего-то"): "за ценность, которую я получаю, я согласен заплатить…" Если какая-либо из сторон не выполняет условий, другая освобождается от своих обязательств. Даже договор вассальности не является тем же самым, что и библейский завет, хотя он представляется более близкой параллелью. В нем повелитель, покорив вассальный народ, имеет право на определенные обязательства по отношению к себе. В свою очередь, он обещает предоставить определенные выгоды. Библейский завет, напротив, не возникает ни вследствие quid pro quo, ни вследствие завоевания. Он происходит из любви: "потому, что любит вас Господь…" (Втор.7.8). Поэтому, хотя народ и не выполнил своих обязательств — что и произошло в период странствования по пустыне, — Бог не разрывает завет (4.31).

Для пророков взаимоотношения Завета являются знаменательными; они становятся краеугольным камнем возлагаемой ими надежды. Эта надежда состояла их трех основных элементов: образование народа избранного Богом Себе в удел; наследование ими земли, которую Он поклялся дать патриархам и их потомкам; и установление престола, который Он обещал Давиду и его потомкам. Каждое их этих обещаний входило в завет, тот ли, который Бог заключил с Авраамом и подтвердил Исааку, Иакову, Иосифу и Моисею, или тот, который Он заключил с Давидом (2 Цар.7).

Поскольку Господь является Богом, Который держит Свои обещания, пророки знали, что в конце концов Он освободит Свой народ, восстановит их на земле обетованной и поставит царя на престол. Элементы этой надежды присутствуют уже во Второзаконии, т. к. по своим убеждениям, Моисей поистине является первоначальным пророком (ср.9.26–29; 17.14–20; 18.15–18).

Не следует однако полагать, что эти взаимоотношения не накладывали на Израиль никаких обязательств. Закон, данный на Синае, который Моисей в назидательном тоне повторяет, состоит из обязательств, вытекающих из отношений Завета. Здесь важно понять тонкое различие между контрактом и Заветом. Если бы взаимоотношения между Яхве и Израилем были сформулированы в виде современного контракта, Яхве должен был бы выполнять Свои обещания только при условии соблюдения Израилем своих обязательств. Во взаимоотношениях Завета Яхве придерживается Своих обещаний из-за Своей любви и потому, что Он является Богом. Он может покарать Израиль за неповиновение — даже целое поколение за его упорное неверие, — однако Его Завет остается в силе, благодаря самой Его природе.