Чтение онлайн

– Расскажи, - единственное, что я смогла выдавить.

– Это было за несколько лет до нашей встречи. Я, как обычно, лежал на этом своем любимом диване, - начал Странник, указывая на диван, на котором я сидела, - и ко мне пришло видение. Б этом видении я держал в руках новую книгу «На пути к знанию Карлоса Кастанеды». Мне стало интересно, что эта за книга, и кто ее автор. Но когда я прочитал Светлана Северина, я понял что эта книга каким-то образом связана со мной. Тогда я открыл ее и почитал первые строки, но мое видение на этом закончилось, и я опять оказался на своем любимом диване.

– А откуда эти строки?
– поинтересовалась я, указывая на слова. «Жили-были дед и баба».

– Как только я вернулся в свое обычное состояние, какое-то время лежал и думал, что же произошло. Потом мне стало интересно, что там дальше. Я снова направился туда, где видел эту книгу, открыл ее и начал читать снова. Начало, которое я прочитал при первом видении, было точно таким же, но дальше я прочитал именно эту фразу - ответил Странник, указывая на листок.

– Конечно, я осознал абсурдность прочитанного.

Мне стало ясно, что это уже не видение. Это то, что называется «достраивать ситуацию». Поэтому прекратил попытки.

– Тогда у меня еще один вопрос. что такое видение?
– спросила я. И чем оно отличается от того, что ты называешь «достраивание ситуации»?

– Мы уже обсуждали эту тему, видение - это наблюдение энергетических фактов, - ответил он, - а «достраивание ситуации» похоже на сон, когда нам снится то, что мы хотим увидеть.

– И что, есть возможность отличить сон от видения?
– поинтересовалась я.

– Да, очень важно уметь отличить одно от другого, иначе может занести в такие дебри, что и не выберешься.

Это, кстати, происходит со многими, кто занимается мистикой. Они создают такие причудливые сооружения, в которых энергетические факты переплетаются с их фантазиями. Учение видящих тем и отличается от всех других, что оно строится только на энергетических фактах.

Поначалу нас всех заносит в эти дебри, и я тут не исключение. Только, однажды я понял, что все эти построения, мягко говоря, несерьезны, и отказался от них. Но там встречались и энергетические факты, и мне не хотелось совсем отказываться от этой способности. Тогда я решил позволить приходить ко мне всему, и быть открытым, но не делать никаких выводов.

Потом я заметил, что некоторые вещи из тех, что приходили, все-таки реальны. Это происходило тогда, когда я не пытался настраивать себя, а просто был открытым и позволял этому прийти. Б конце концов, я нашел те критерии, по которым мог определить, где энергетические факты, а где мои фантазии.

Самое лучшее доказательством настоящего видения -присутствие голоса видения. К примеру, если бы я увидел силу, наделяющую осознанием, без этого проводника, то, наверное, не понял бы ничего. Но мы можем и самостоятельно видеть энергию. Дон Хуан говорил, что в этом случае можно поступать тремя способами.

Первый способ - видеть энергию так, как она течет во вселенной. Но в этом состоянии, особенно поначалу, очень трудно ориентироваться. Это, кстати, произошло с нами во время совместного сновидения.

Второй способ - использовать энергию как двигатель, для полетов в неизвестное.

И, наконец, третий способ - воспринимать так, как мы делаем это обычно, то есть, как мы с тобой воспринимали в совместном сновидении. Так что это не было какой-то ошибкой.

У Кастанеды описан способ определения того, видишь ли ты реальные вещи или нет. Надо указать на них пальцем и выразить намерение видеть. Но в моей практике не всегда удается это сделать. Во-первых, это действие зачастую прерывает нужную фиксацию внимания, да и ситуация иногда развивается таким образом, что на это просто не хватает времени. Но у меня все-таки есть надежный критерий - особое качество этих видений. Это особая зернистость изображения, особая цветовая гамма. Бернее, это даже особое мерцание. Дело в том, что когда наблюдаешь энергию так, как обычно воспринимаешь мир, то все равно там присутствует еще что-то. Да что я тут распинаюсь, ты сама все это прекрасно знаешь.

Я хотела сказать, что я ничего не знаю об этом, но Странник, заметив мой порыв, с улыбкой продолжил.

Знаешь, знаешь. Вспомни наше совместное сновидение. Тогда ты воспринимала энергетические факты так, как мы обычно воспринимаем мир, но, несмотря на это, ты видела то особое мерцание. Б тех картинах все переливалось особым мерцанием, там все было живым, каждая частичка жила своей собственной жизнью.

Мне нечего было возразить, какое-то время мы молчали, потом я все-таки поинтересовалась.

– Странно, что ты видел книгу, которая на тот момент еще не существовала, как энергетический факт.

– Мы странные существа, - ответил Странник.

– Наверное, это был полет на крыльях намерения, -предположила я, - Кастанеда писал о чем-то подобном.

– Могу лишь сказать, что до этого момента у меня и в мыслях не было заниматься чем-то подобным. Самому мне это даже и в голову не могло придти. Как видишь, несмотря на это видение, я не приступил к написанию этой книги.

– Да, но ты кое-что записал, - сказала я, указывая на листок.

– Могу обьяснить почему, - сказал он через какое-то время. Бо время нашей прошлой встречи ты интересовалась, что мне еще удалось вспомнить о видящих. Думаю, пришло время кое-что тебе рассказать.

У меня было несколько видений.

Однажды, еще до того как я познакомился с книгами Кастанеды, мы ходили в горы. Когда мы поднялись на вершину, я очень устал и задыхался, потому что мне пришлось тащить еще и подругу. Чтобы отдышаться, я отошел в сторонку и присел. Сколько времени я там просидел, не знаю, но я начал приходить в себя оттого, что кто-то меня тряс, моя голова болталась из стороны в сторону, и до меня доносился какой-то металлический скрежет. Но мере того, как я настраивал свое восприятие, этот металлический скрежет терял свою силу и становился тише и тише. Б конце концов, он превратился в голос моего друга, который тряс меня за плечи и кричал. «Что с тобой»? Как только я пришел в себя, я ответил, что все нормально, встал и присоединился к другим.

Вершина явно была местом силы. Б то время, пока я отсутствовал, я был где-то еще, но где, точно вспомнить не могу. Я отчетливо помнил, что там были какие-то люди. Там были как люди старшего возраста, так и молодые. Я запомнил доброжелательную атмосферу, которая царила там. И я еще запомнил, что эти люди меня ждали, и что когда-нибудь я должен буду к нам присоединиться.

Б то время я еще не читал книг Кастанеды, я только начинал самостоятельную жизнь, и впереди меня ждало столько всего. И сказать по правде, в этом видении не было ничего конкретного, я не знаю, кто эти люди, и где они живут. Я продолжал жить обычной жизнью до тех пор, пока не прочитал книги Кастанеды. Можешь представить мое состояние после того, как я прочитал у Кастанеды о людях знания. Встественно, я много раз пытался вспомнить, кто были эти люди. Но до сих пор мне это не удалось. Хотя было еще несколько видений, но опять-таки ничего конкретного.

– Расскажи, - попросила я.

– Да всего не расскажешь. Помню, один раз во время медитации я лежал на диване в какой-то комнате, и через меня проходили волны энергии. От этих волн мое тело выгибалось дугой, а правая нога задиралась вверх. Хотя в этом не было ничего неприятного, я был обеспокоен тем, что не знал, что происходит. Б это время из кухни в комнату вошла девушка. Она улыбалась мне и явно была рада меня видеть. Увидев ее, я моментально успокоился, я знал, что она заботится обо мне. Эта девушка встала рядом со мной, и между нами произошло безмолвное общение. От нее я узнал, что вернулся из какого-то путешествия, и на меня продолжает действовать энергетический заряд, полученный в этом путешествии, и что скоро все придет в норму. Я хотел что-то сказать девушке, но у меня ничего не получалось, и от этого напряжения мое тело стало еще сильнее выгибаться. Видя это, девушка с той же приятной улыбкой вышла из комнаты.