Чтение онлайн

– Ты надела их? – Голос его стал глубже, чем обычно, непостижимым способом достигая чувственного местечка, которого касалась внутренняя кожа бедер.

– Да, – ответила Шарлотта.

Он медленно выдохнул, взъерошив ей волосы.

– Так и знал.

Затем нежно провел костяшкой пальца вдоль ее шеи и наклонился ниже. Девушка откинула голову назад, желая почувствовать его губы на своих.

Рядом с платьем на кровати лежала золотая коробочка. Внутри, под тонкой оберточной бумагой, был великолепный черный кружевной корсет, трусики и чулки. Слова на карточке было дерзкими.

Платье для тебя. А это для меня.

Шарлотта никогда прежде не носила корсета, поэтому ей потребовалось несколько минут, чтобы понять, как надеть его. Ощущение от него чудное, но более удивительное, сдерживающее. Кружево мягко облегало не всю ее грудь, существенно, чем обычно, приподнимая ее. Но когда девушка надела через голову платье и расправила его, то почувствовала себя порочной. Словно скрывала восхитительный секрет. Вечером все, кто увидит платье, но у них и не будет мысли, что под ним.

Кроме Трейса.

Даже сейчас испытывала незначительную шероховатость кружева, трущегося об кожу, не привычной к этой ткани. Не важно, где она будет сегодня вечером или что будет делать, ощущение всегда будет возвращать ее к мыслям о корсете и о нем. Он намеренно сделал это, осознала Шэр.

– Боже милостивый. Что я творю? – практически прорычал Трейс, прижимая ее к стене.

Девушка рассмеялась, довольная его зашкаливающей реакцией.

– Почему? В чем проблема?

– В тебе, Шарлотта. Ты – проблема. Я не привык испытывать такое. Ко мне прибывает сотня гостей, и должен быть внизу и встречать их, но все, о чем я могу думать, лишь о тебе.

– Обо мне? – невинно переспросила она.

– Да. Ты совершенно сногсшибательна. Без сомнения, ты самая прекрасная женщина, которую я когда-либо видел. И это заставляет меня желать тебя всю, к тому же зная, что внизу под этим платьем ты надела те вещички, которые я выбрал для тебя, – вампир потерся бедром об ее, словно доказывая свою точку зрения.

Черт. Он не шутит, подумала Шарлотта, испытав восхитительную дрожь вдоль спины. После Трейс звонко рассмеялся. Неожиданно в тонком треугольнике трусиков стало горячо, как Шэр представила, как он наполняет ее.

– Позже, когда вечеринка закончится и большинство гостей разъедутся или разойдутся по комнатам, я хочу увидеть, как ты выглядишь.

Ей стало тяжело дышать.

– Да?

– Да. А заметила, что у этих трусиков крошечные защелки на бедрах?

– Неужели? – Шарлотта так сосредоточилась на всем остальном, что даже не заметила.

– Таким образом, я смогу снять их с тебя, не потревожив корсет или подвязки.

Снять только трусики, оставив все остальное? Колени тряслись, собираясь рухнуть, когда она отчетливо представила себе, что он собирался делать с ней.

– Хочу, чтобы эти туфельки остались на тебе. И корсет. Неудобно с этим кружевом, что трется о кожу? Я бы предложил помочь, но боюсь, что будет слишком долго для нас снимать его.

– Меня устраивает, – на самом деле, оно доставляло немалую боль в заднице, но она не станет жаловаться.

Мужчина приподнял ее подбородок, и на краткий миг ей подумалось, что он поцелует ее. Губы раскрылись, и Трейс опустил голову к ее губам. Тогда, под ними, зазвенел дверной звонок, и вампир заколебался.

Возможно, это хорошо, осознала она, и использовала эту возможность, чтобы нырнуть под его руками. Ему нужно быть внизу и встречать гостей, а не быть здесь наверху с ней. Не важно, какое приятное наслаждение испытывала.

– Если думал, что раньше мне было тяжело держать руки при себе, – прорычал он, – сегодня это будет настоящим кошмаром.

Ей понравился переливчатый звук, который издало платье, когда она отошла.

– Тогда даже не пытайся.

Трейс стоял рядом с огромной елкой в главной гостиной, слушая шепотки некоторых членов Совета о том, что делать с Темной Кровью в небольшом поселке близ Праги. Очевидно, там было несколько вампирских соглядаев – иначе как бы узнали, что вампиры вели себя плохо – и местные напуганы. События, подобные этому, периодически случались до того, как отправили Стражников разобраться с этим.

– Быть может, продолжим этот разговор в библиотеке, в более приватной обстановке? – спросил Трейс.

Выводя небольшую группу через толпу мимо одного из фуршетных столов, он искал Шэр, но так нигде и не увидел. Сосредоточившись на ее сердцебиением, мог почувствовать ее присутствие рядом, побочный эффект от недавнего большого количества взятой у нее крови, и не мог удержаться, чтобы не улыбнуться про себя. Ему нравилось, как она свободно отдавала ему себя, но он действительно должен научиться рассчитывать свои силы. Ради их благополучия. Но когда Трейс подумал о корсете, что был на ней сейчас, засомневался, что сегодня вечером сдержит свое обещании в самообладании.

– И это еще не все, – произнес Роддерик Тьёрвал, когда они вошли в библиотеку и за ними безопасно закрылась дверь. – Одна из европейских семей подозревается в связях с Альянсом Темной Крови.

– Ради всего святого, – произнес кто-то.

– Не шутите? – спросил кто-то еще.

– Да, – продолжил Тьёрвал. – Провели расследование их поступков за прошедшие несколько десятилетий и результаты не утешительные.

Трейс раскрыл хьюмидор[13] и предложил гостям сигары.

– Что случится, если эти подозрения окажутся правдивыми? – поинтересовался Николас Меркада.

– Они потеряют место в Совете, – Тьёрвал выбрал одну из сигар марки «Коиба»[14] и поднес ею к носу. – А если обвинения окажутся серьезней, они предстанут перед судом со своим случаем и будут ожидать правосудия.

Трейс никогда не слышал о чем-то похожем прежде.

– Что подразумевается под словом «серьезней»? – И передал говорившему резак для сигар. Тот отрезал конец и поддержал сигару, пока Трейс зажигал ее.

– Что угодно. Самым выдающимся будет участие или финансирование деятельности, которые приводят к убийству людей ради кровавого развлечения.

Трейсу неожиданно стало неуютно. Этим людям не нужно напоминать, что через несколько недель они решат его судьбу. Потом вновь, это будет не важно, когда они узнают о Шарлотте. Однако, он предпочел, чтобы его оценивали по его поступкам, а не по поступкам члена семьи, который не имеет к нему никакого отношения.

– Не всегда нужно это, – он не услышал, как вошел Себастьян. Не дождавшись, пока ему предложат сигару, кузен выхватил «Монтекристо» из хьюмидора и отрезал конец. – Еще одна ветвь семьи может подать прошения на место в Совете, подставив другую, верно, брат?