Чтение онлайн

Синклер за эти годы десятки раз пытался взять меня с собой на рыбалку с разной степенью успеха. Я слегка рассмеялась, когда сказала ей:

— Он уже вывозил меня с собой. Скажем так, мне комфортнее на суше. Я бы в любой день предпочла покататься на лошадях вместо рыбалки.

Я подумала о Гелиосе, великолепной золотой ахалтекинской кобыле, которую Александр подарил мне в конце моего пребывания в Перл-Холле. Она часто приходила мне в голову, потому что я без всякой причины надеялась, что она все еще находится в конюшне в поместье, о ней заботятся, как о принцессе, их умелые конюхи и она ждет, что невозможно, моего возвращения домой.

Я не ездила верхом с тех пор, как рассталась с ней. Это было похоже на предательство, точно так же, как практика БДСМ была предательством моих отношений с Александром.

— Почему ты так рано? — спросила Жизель, выводя меня из задумчивости.

Я набрала немного шаксуки — ближневосточного блюда из тушеных помидоров и яиц, которому я научилась у Дугласа во время пребывания в Перл-Холле — в миску и протянула ей, поцеловав в щеку.

— Модель отказалась от съемок Ralf Lauren в Англии, — соврала я, отводя глаза, когда она заняла место на кухонном острове. Не было причин лгать. Жизель недостаточно знала о St. Aubyn и Александре Дэвенпорте, чтобы понять их связь друг с другом, не говоря уже обо мне, но я была осторожна после целой жизни совпадений, которые всегда оказывались слишком хорошими, чтобы быть правдой. — Завтра мне нужно быть в Корнуолле.

— Ты не выглядишь слишком воодушевленной, и это не объясняет столь ранний подъем.

Я пожала плечами, как будто не ощущала зов сирены Англии, словно колыбельную, манящую меня к будущей смерти.

— Я ненавижу Англию. Сегодня я уезжаю позже, но не могла заснуть, думая об этом.

— Это немного экстремально, не так ли? — спросила она с легким смехом. — Я имею в виду всю страну? Что британцы тебе сделали?

Моя ответная улыбка была резче, чем мне хотелось бы, но, к счастью, Жизель отвлеклась на звонок своего телефона. Я наблюдала, как ошеломляющее выражение волнения и радости промелькнуло на ее лице, словно солнце, пробивающееся сквозь облака.

— Мне пора идти, — сказала она мне, не отрываясь от текста, светящегося на ее экране.

Она затолкала в рот последние остатки еды, а затем помчалась к своим зеленым резиновым сапогам, чтобы натянуть их. Я ошеломленно наблюдала, как она наконец повернулась ко мне и слегка сжала меня.

— Если я не увижу тебя до того, как ты уйдешь, я буду скучать по тебе, — прошептала она мне в волосы.

— Я вернусь через три дня. Если бы это был какой-то другой бренд, я бы вообще не поехала. — Я крепко поцеловала ее в щеку, а затем оттолкнула ее. — А теперь будь в безопасности и наслаждайся своим днем. Синклер может быть очаровательным ублюдком, когда захочет, так что я уверена, тебя ждет грандиозное приключение.

Она трепетно улыбнулась мне, а затем быстро выскочила за дверь.

Я долго стояла, хмурясь ей вслед, пытаясь понять, почему выражение ее лица так меня обеспокоило.

Лишь несколько часов спустя, после того как я приняла душ, собрала вещи в Англию и читала, свернувшись калачиком на диване вместе с Аидом, я поняла, почему ее улыбка нашла отклик во мне.

Это был тот самый человек, которого я узнавала по своему лицу всякий раз, когда думала об Александре.

Я попыталась отмахнуться от этого, как от моей собственной предвзятости, проявившейся в моем восприятии, но я знала, что Жизель никогда не станет продолжать преследовать взятого мужчину, если она не будет сильно в него влюблена.

Это означало, что будущее Елены выглядело решительно мрачным. Я решила проводить больше времени со своей старшей сестрой, когда вернусь, как будто моя любовь каким-то образом смягчит удар ее предстоящего горя.

Я все еще была отвлечен, когда в мою дверь раздался хриплый стук, и с другой стороны кто-то громко выругался по-итальянски.

Мое сердце подпрыгнуло к горлу, когда я открыла дверь и увидела Данте, склонившегося в проеме, его большое тело согнулось от боли, а зубы стиснуты и блестели на мокром от пота лице.

— Madonna santa! Данте, что случилось? — потребовала я, когда он бросил свою скомканную куртку на столик.

Я встала под одну из его тяжелых рук, чтобы начать процесс затаскивания его в дом. Ростом он был выше шести футов пяти дюймов, а от рук до пальцев ног он был покрыт плотными мускулами. Мне казалось, что я тащила за собой машину, когда вела его на кухню и усаживала на табуретку на островке.

— Начни говорить, капо, — резко приказала я, схватив его белую рубашку зубами и разорвав ее пополам.

— Так хотелось увидеть меня без рубашки, что не терпелось схватить ножницы? — сухо спросил он, и лишь легкая резкость в его голосе выдавала боль, которую он испытывал.

Я зашипела, увидев сочащуюся рану в его левой части живота.

— Cazzo, пулевое ранение?

Он пожал плечами и застонал от боли.

— Я легкая мишень.

— Потому что ты чертов идиот? — огрызнулась я.

— Потому что во мне так много всего, к чему можно стремиться, — ответил он с однобокой ухмылкой.

Я закатила на него глаза, выхватила из ящика чистое кухонное полотенце и слишком сильно прижала его к его ране.

— Держи это крепче, пока я принесу еще припасы. Тебе повезло, что я всегда готова. Шеймус не научил меня ничему, кроме как зашивать сломанного человека.

— Мое сердце было разбито целую вечность, и ты не позаботилась об этом, — раздраженно пробормотал он.

Я слегка хлопнула его по плечу и вышла из комнаты в спальню, чтобы взять спрятанную там полную аптечку.

— Cazzo, Данте, я не знаю, почему бы тебе просто… — Я застыла на пути обратно к нему, когда поймала выражение его лица.

— Козима, — промурлыкал он с итальянским акцентом, густым, как норковая шкурка. — У нас гость.

Мой взгляд метнулся к Жизель, которая стояла в явном шоке у входа на кухню. Жестяной набор выпал из моих внезапно вялых рук на кухонную стойку.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, слишком испуганная и защищающаяся, чтобы снизить тон.

— Эм, я живу здесь. Что делает на нашей кухне мужчина с кровоточащей раной? — она ответила с неслыханной ранее дерзостью.

Данте откинулся на табурете, прислонившись спиной к стене и устроившись поудобнее, чтобы наслаждаться просмотром нашего шоу.

Я бросила на него злобный взгляд, затем вздохнула и взволнованно провела рукой по волосам.

— Я… Послушай, Жизель, мне нужно, чтобы ты ушла. Прямо сейчас.

И Данте, и Жизель, казалось, были сбиты с толку моим требованием.

— Ты сейчас шутишь? Я не уйду отсюда вот так! — вскрикнула она, взмахнув рукой вперед, указывая на раненого, очень развеселившегося мафиози, сидевшего на нашем кухонном острове.