Чтение онлайн

— Тёмные люди.

— Сломанные, — поправил он ее, похлопав ее по руке, прежде чем вернуться в дом и широко распахнуть перед нами дверь. — Заходите, заходите.

Дом Саймона был большим, но комнаты маленькими, коридоры узкими, и обе были заставлены удобной мебелью. Это был дом, который сильно отличался от предыдущей резиденции Вентворта — небольшого замка — в Англии. Тем не менее, я узнал в этом его радость, когда он коснулся рукой стен, проходя мимо и сквозь фотографии, украшающие каминную полку гостиной, в которую он ввел нас.

Я был рад, что он обрел счастье.

Это было странное открытие, потому что большую часть жизни я был эгоцентричным и бессердечным человеком. Когда вас с юных лет учат, что сочувствие — это слабость, что вам остается, кроме как поверить в это?

Любовь к Козиме сделала меня значительно более чутким, и я должен был согласиться, что в некотором смысле это была большая слабость. Я не хотел, чтобы невиновные страдали, а виноватые процветали, поэтому я понял, что должен занять определенную позицию, когда такие вещи происходят.

В первый раз я действительно сделал это с Саймоном, когда вывез его из страны, чтобы Орден не смог его прикончить. Я пытался сделать то же самое для Дейзи, но они добрались до нее еще до свадьбы, и поделать было нечего.

На каминной полке стояла ваза с маргаритками рядом с фотографией молодой этнической женщины со скромной улыбкой. Я сразу понял, что это Дейзи, и почувствовал боль в сердце, зная, что он все еще увековечивает ее память.

Она это заслужила.

— Ты переехал сюда, чтобы сбежать от Ордена после того, что произошло? — спросила Козима, когда мы уселись на розовый бархатный диван, который явно не был выбором Саймона, человека, чей стиль близок к охотничьему шику.

Саймон нахмурился.

— Ты ведь знаешь, что это Торнтон привел меня сюда? — Когда я только сжал губы и глаза Козимы расширились, как золотые дублоны, он усмехнулся и покачал головой. — Тебе всегда было комфортно в роли плохого парня, а, Торнтон?

— Я тебя кастрировал, — сухо напомнил я.

Козима подавилась смешком, поднеся руку ко рту.

— Мне очень жаль, Саймон.

Он отмахнулся от него с усмешкой.

— Нет-нет, это было довольно забавно. Ты, конечно, это сделал, но ты также дал мне новую жизнь, и когда дело дошло до того, ты воссоединил меня с единственным человеком, который мог исцелить меня, когда все было сказано и сделано.

Брови моей жены взлетели до линии роста волос.

— Да?

— Полагаю, он имеет в виду меня, — сказала Агата Говард, войдя в комнату, выглядя аристократкой на каждый дюйм, даже в выцветших джинсах и старой рубашке Led Zeppelin.

Она подошла прямо к Саймону и села на подлокотник его кресла, с которого он тут же стащил ее, так что она приземлилась к нему на колени. Они улыбнулись друг другу на мгновение, прежде чем она снова столкнулась с ошеломленной Козимой.

— Рада снова тебя видеть, Козима.

— Che cavalo, — выдохнула она. — Кто-нибудь, пожалуйста, объясните, что происходит.

Саймон улыбнулся.

— Мы с Эгги в детстве были лучшими друзьями. Я был кротким мальчиком, не склонным ни к чему другому, кроме охоты и математики. Друзей у меня было не так много, кроме нее, и она была для меня слишком хороша. Я никогда не думал, что она мне понравится больше, чем мой друг, но когда я влюбился в Дейзи… ну, она была моей опорой. Она была с нами обоими во всем, пытаясь найти способ сделать наше пребывание вместе безопасным. Очевидно, ты знаешь трагический конец этой истории. Чего ты не знаешь, как и я, так это того, что Агата все это время была в меня влюблена. Когда Дейзи умерла и я… был наказан за любовь к ней, я приехал в Америку на доллары Торнтона и начал новую жизнь. Когда Орден попытался объединить Эгги и Торна, они невольно объединили двух людей, которые могли работать ради их цели и хотели этого за то, что было сделано с их близкими.

Саймон остановился, чтобы прижаться носом к волосам возлюбленной. Агата закрыла глаза, чтобы насладиться его близостью, а затем продолжила свой рассказ. — Когда я заявила Александру, что не хочу выходить за него замуж, мы заключили договор о ликвидации Ордена. Поначалу он мне не доверял, поэтому я рассказала ему свою историю, как я была связана с Саймоном и Дейзи. После этого он не только доверился мне, но и воссоединил нас.

— Твоя семья знает? — спросила Козима, но ее рука лежала у меня на коленях, сжимая мои пальцы, а ее голова была наклонена и прижалась к моему плечу. Ее близость была подтверждением моей роли в их романе, сладким признанием того, насколько смелым и правым, по ее мнению, я был, поступая так.

Я почувствовал, как ее благодарность пронзила меня, как падающая звезда.

— Они знают, что я скрылась с значительной частью своего наследства и некоторыми семейными реликвиями, но в остальном — нет, они не знают, где я поселилась.

Козима какое-то время молчала, очевидно, переваривая все, что ей сказали. Наконец она подняла лицо, чтобы посмотреть на меня, и прошептала:

— Не зло, даже близко.

Я не улыбнулся ей, но в моих глазах хранилось тепло, которое я испытывал к ней. Мне нравились Саймон и Агата, но недостаточно, чтобы показать, насколько отчаянно я был привязан к своей жене.

— И это подводит нас к этому моменту, — сказал я, наконец готовый приступить к делу. — Вы слышали что-нибудь, что мне следует знать?

— Как что, например? Ты знаешь, что я, как и ты, слежу за Ноэлем, но до сих пор он вел себя на удивление молчаливо в своей клетке в Перл-Холле. Черт, он уже много лет не нанимал нового слугу.

— Вы знали, что Джузеппе ди Карло — новый член Ордена в городе? — спросил я, ища в их лицах предательство. Я доверял им так же, как и кому угодно, кроме Козимы и Риддика, то есть не очень.

Эгги вздрогнула.

— Я это слышала. Алан Байерс сказал мне об этом на днях. Вы думаете использовать его для сбора информации об аукционах?

— Ты правда думаешь, что он откажется? — спросил Саймон. — Он босс мафии, Торн. Сомневаюсь, что он откажется от этого с помощью «пожалуйста» и благодарности от таких, как вы.

Я поднял бровь.

— Разве я похож на человека, который будет использовать такие любезности?

Козима рассмеялась себе под нос.

— Нет, но я не понимаю, как еще ты планируешь получить от него информацию.

— Легко, — сказал я с медленной, ловкой улыбкой. — Джузеппе ди Карло любит игры и покер. Я готов поспорить с ним на информацию. Единственная проблема в том, что нам нужно знать, где пройдет его сегодняшняя игра. Можете ли вы мне помочь с этим?

В прошлой жизни Саймон был программистом, а теперь зарабатывал на жизнь внештатной работой по обеспечению безопасности в крупных, несколько сомнительных компаниях.

Его улыбка была ответом на мою, и на его лице отразилось лукавое самодовольство. — О, я думаю, что смогу это сделать.