Очарованный
Шрифт:
Поднявшись с кровати, она подошла к двери. Как и предполагала Эсме, она была заперта. Эсме подбежала к окну. Но все окна в комнате были застеклены. Стекло являлось дорогим материалом, который использовали только очень состоятельные люди. Ей удалось открыть одну створку, но Эсме вряд ли могла вылезти в это узкое отверстие наружу. Впрочем, даже если бы она это сделала, то наверняка бы разбилась, упав с большой высоты.
Эсме охватила паника. У нее дрожали колени, руки тряслись, ладони вспотели. У нее не было шансов бежать отсюда.
Подойдя к маленькому столику у стены, Эсме взглянула на графины с темной жидкостью. Может быть, ей следует напиться до бессознательного состояния, как это делали мужчины в придорожной корчме? Тогда она не почувствует ужаса и боли, когда лорд начнет истязать ее. При мысли о страшных муках Эсме пришла в отчаяние.
Она наполнила стеклянный кубок в серебряной оправе темно-рубиновым вином и, сделав большой глоток, тут же поморщилась. Вино было не столь приятным на вкус, как сидр, и более терпким, чем пиво. Она залпом выпила напиток и налила еще.
Вино согрело ее, по всему телу разлилось приятное тепло. Внезапно она вспомнила о кожаном фаллосе, находящемся в ее лоне. Эсме поставила кубок на стол и, вернувшись к кровати, легла. Подняв подол рубашки, она вытащила доставлявший ей неприятные ощущения предмет из своего лона. Он был влажным. Бросив его на кровать, Эсме вернулась к столику и снова стала пить вино.
Осушив второй кубок, она почувствовала, как ее тело расслабляется. Ее ноги стали ватными, кожа горела. Взяв кубок с вином, она снова легла на постель.
Сделав еще один глоток, Эсме заметила, что у нее сильно кружится голова. Стены вокруг ходили ходуном, кровать как будто качалась под ней. Эсме стало жарко.
Она вспомнила, как лорд прикасался к ней и какие восхитительные ощущения пробуждали в ней его ласки. Ее сомнения и опасения прошли. Пусть он причинит ей боль, но сначала он, возможно, снова подарит ей бесподобные ласки.
Эсме выгнула спину и начала ласкать себя, закрыв глаза. Она сосредоточилась на движениях своей руки, стараясь действовать так, как действовал лорд. Ее вульва была горячей и влажной. Волны легкой дрожи пробегали по телу Эсме. Раньше она игнорировала эту часть своего тела, но сейчас поняла, что это – центр ее плоти.
Эсме нахмурилась от досады. Чем больше она ласкала себя, тем большую неудовлетворенность ощущала. Она решила снова ввести кожаный фаллос в свое лоно. Он легко погрузился в скользкое влагалище. Значит, лорд был прав в своих расчетах. Ее плева понемногу растягивалась. Сколько времени должно было пройти, прежде чем лорд решится…
Нет, она не должна думать об этом. Она сойдет с ума, если продолжит размышлять на эту тему. Постепенно Эсме погрузилась в дремоту.
Свеча у кровати мерцала, роняя капли воска на пол. Сонная Эсме приподнялась, задула ее и, откинувшись на подушки, погрузилась в глубокий сон.
В это время в другой башне замка Александр, охваченный огнем страсти, беспокойно расхаживал по деревянному настилу яруса. Он не знал, когда ему следует вернуться в спальню. Когда он снова увидит свою красавицу и прикоснется к ней? Ночь тянулась очень медленно. Подойдя к окну, Александр вгляделся в темноту. В окнах той башни, в которой была заперта его пленница, свет не горел. Значит, она уже спит. Внезапно он резко повернулся и двинулся к двери. Если она спит, то не узнает, что он приходил. Что плохого в том, если он полюбуется ею?
Глава 4
Александр медленно закрыл дверь и тихо задвинул засов. Повернувшись, он направился к кровати, прикрывая ладонью пламя свечи. Не доходя нескольких шагов до постели девушки, он остановился. Волосы Эсме были рассыпаны по подушке и образовывали темный нимб вокруг головы. Выражение ее лица было невинным и безмятежным. У Александра перехватило дыхание. Он не мог поверить в то, что предмет его вожделения находится совсем рядом. Протянув руку, он мог дотронуться до Эсме.
Впервые Александр увидел ее примерно год назад. Она гуляла по лесу с корзинкой в руках, напевая игривый мотивчик. Была ранняя осень, и листья на деревьях только начинали желтеть. Всю зиму Александр грезил об этой девушке. Воспоминания о ней согревали его душу, скрашивая холодные скучные дни. Как только начал таять снег, Александр, надев доспехи Драгора, отправился на поиски своей красавицы. Он изучил ее маршрут и начал подкарауливать ее, прячась в укромных местах.
Но теперь эта девушка находилась в его полной власти. Александр ощущал легкие угрызения совести, но пытался заглушить чувство вины, оправдываясь перед собой тем, что принял все меры предосторожности, чтобы не причинить боли Эсме.
Подойдя к кровати, он склонился над своей пленницей. Ее руки и шея были обнажены. При мысли о том, что она лежит нагой под атласным покрывалом, у Александра перехватило дыхание. На него накатила волна желания, кровь забурлила в жилах. Ему не следовало приходить сюда.
Эсме внезапно проснулась, и ее тут же охватил страх. Кто-то стоял рядом с ее кроватью. Пламя свечи слепило ей глаза, и Эсме не сразу узнала лорда. Поняв наконец, кто стоит рядом с ней, она затрепетала. Из ее груди рвался крик, но она постаралась сдержать его. Да и зачем кричать, если хорошо знаешь, что на твой крик никто не отзовется, никто не придет на помощь?
– Простите… – произнес лорд. В его голосе звучало сожаление. – Я не хотел мешать вам. Мне не спалось, но я, конечно, не должен был приходить сюда.
Он повернулся, чтобы уйти.
– Подождите! – воскликнула Эсме.
Александр как будто оцепенел и несколько мгновений стоял не шевелясь, а затем медленно обернулся и посмотрел на девушку. Эсме сама не понимала, почему окликнула его. Неужели она хочет, чтобы он остался?
Ее мучил страх неизвестности, и это было самым тягостным чувством. Если ей удастся наконец разузнать, чего он хочет от нее, какую участь он уготовил ей, то ее безумный страх исчезнет. Опасность примет тогда конкретные очертания, и мысли о будущем перестанут томить. Эсме села на кровати, прикрывая грудь.
– Я хочу увидеть ваш… – Эсме замялась. Как ей следовало назвать его половой член? Эсме не знала.
– Да что же вы хотите увидеть? – спросил он. Его хрипловатый грудной голос все больше нравился ей.
Эсме облизала пересохшие губы.
– Ваш… член, – наконец пробормотала она, преодолев стеснительность.
В комнате установилась напряженная тишина. Лорд на несколько мгновений лишился дара речи. Придя в себя, он глубоко вздохнул.
– Мой пенис? – переспросил он сдавленным от волнения голосом, как будто не верил своим ушам. Эта девушка каждый раз поражала его. Она была непредсказуема. – Но зачем вам это надо? – удивленно спросил он.