Чтение онлайн

Девушка улыбнулась, все же это скорее плюс, чем минус. Если быть подстилкой, то хоть деньги еще за это получать. Многие стремились в академию, чтобы стать постельными игрушками. Это оплачивалось куда лучше, чем услуги уборщицы. Может быть Айлин сможет купить новое перо?

Ей нравилось думать о хороших сторонах своего положения и забывать о плохих. Так было легче не скатываться во мрак. У нее перед глазами было множество примеров, когда вполне себе здоровые и сильные люди, поддавшись своим эмоциям, жалеющие себя день за днем в итоге накладывали на себя руки. Нет, она не такая. Она обязательно доучится и сбежит отсюда. В крайнем случае попросит Верио, сбежит и будет лечить людей.

Как назло, мыло пахло душистыми травами, вызывая непрошенные воспоминания.

На чердаке темно. Свет пробивается только через маленькое окошко под самым потолком. На полу соломенные тюки сушатся… А на стропилах подвешены пучки трав. Маленькая гордость их приюта. То, что выделяет его из всех других, если так можно сказать. Старуха Гретта, которую держали на ставке уборщицы, неплохо изучила свойства трав и часто помогала воспитанникам выздоравливать быстрее. Но это маленькая тайна, о которой никто не должен знать. Иначе не угадаешь, что там высшие удумают. То ли заберут старушку себе, то ли свернут ей шею за самодеятелльность. Поэтому травы проходили не как лекарства, а как чаи.

А еще летом их часто выводили в поле, эти самые травы собирать. Теплое солнышко и легкий ветерок первые полчаса, и жаркое пекло, соленый пот и удушающая жара до самого вечера.

Пожалуй, именно тогда Айлин решила, что нашла свое призвание. Она старалась помогать Гретте во всем, пыталась перенять ее науку, но когда Лин было десять, старушка скончалась от старости. И не было в приюте никого, кто мог бы занять ее место. Постепенно сбор трав действительно стал чайным. Все больше и больше пучков продавались в попытке выручить хоть какую-то копеечку, а на робкие возражения десятилетки никто не обращал внимания. Что она может знать?

И Ай решила, что обязательно докажет всем, что может. Что поступит в Академию, научится алхимии и будет лечить. Всех! И оборотней, и эльфов, и вампиров! И особенно людей!

Но что-то пошло не так. Оказалось, что людей в академию в принципе не принимают. Ну разве что подопытными образцами, а это в планы Айлин ну никак не входило. Так что пришлось крутиться… думать, изворачиваться. И снова провал! Вместо лекций и сбора знаний по крупицам весьма гадкое положение.

— Эй, человечка, вылезай. Я же говорил, что у меня еще много дел! — потребовал эльф с той стороны двери.

Айлин испытала странное чувство благодарности. Он все же не стал вламываться и требовать. Да и… пока шли до его комнат он заботливо укутал в плащ и даже не пялился. Впрочем, последнее скорее огорчало. Такой мужчина, такой мужчина! А не видит в ней женщину. Чему радоваться?

Быстро сполоснувшись, Айлин завернулась в одно из невероятно мягких и уютных полотенец и робко выглянула за дверь. Верио сидел за столом и перекладывал бумаги.

Девушка замерла, позволяя себе полюбоваться. “Нет, мне определённо повезло! — с восторгом подумала Ай. — Такой красавец! Да о том, чтобы быть с ним, мечтают многие. А тут ты. Пустота… Надо ничего не испортить!”

Верио поднял на нее задумчивый взгляд, и Айлин залилась непрошенным румянцем. Сделав два робких шага вперед, девушка замерла перед эльфом, не зная, что ей делать. То ли склоняться в почтительном поклоне, то ли падать ниц и молить о пощаде, то ли…

Сглотнув, Ай потянулась к узлу, в который завязала полотенц. Конечно же, ему нужна постельная девка! Значит надо начинать работать. Но она чувствовала, что не готова. Совершенно не готова к подобному!

Губы предательски задрожали, а этот ушастый гад так и смотрел на нее. Чуть прищурившись и словно насмехаясь.

— Что ж, я думаю, тебе интересно узнать, в чем именно будет заключаться твоя работа, — с оскалом похлеще вампирского сказал эльф и поднялся из-за стола. Ножки стула неприятно скрипнули по паркету, словно давно не смазываемые петли в двери подземелья.

Часть 9. (09.10)

Айлин вздрогнула, зажмурилась, но утвердительно кивнула. Если выбирать между вампиром и эльфом, уж лучше эльф! У них хотя бы нет славы убийц!

— Что ж. Надеюсь, это все поместится в твоей маленькой головке, человечка. Ты будешь жить в моих покоях. В твои задачи входит поддержание чистоты везде. Увижу хоть одну пылинку — выпорю так, что присесть не сможешь. И лечить не буду, хоть и могу, — глаза-изумруды Верио вспыхнули, Ай ойкнула и снова зажмурилась. — Ты ходишь на кухню за завтраком. И за ужином. Там же получаешь свою порцию. Пока я занят работой, ты занимаешься уборкой. Не забудь, от тебя должно хорошо пахнуть. В любой момент, когда ты мне понадобишься. Будешь прилежной, получишь повышение. И немного свободного времени. Пока все. Вопросы?

Пока эльф говорил, сердце Айлин то срывалось в бешеный бег, скрываясь где-то в пятках, то замирало в сладостном томлении. Почему, почему такое прекрасное существо такая сволочь? Этот вопрос то и дело всплывал у нее в мозгу, но она не находила на него ответа.

— У меня нет вопросов, господин, — коротко кивнула Ай и поклонилась. А потом, вспомнив кое-что важное, подняла на эльфа неуверенный взгляд.

— Что? Все-таки есть? — сощурился Верио. — Ну так задавай скорее.

— Моя… моя одежда.

— Я сейчас уйду на лекцию и придет портниха. Снимет мерки.

— А… вопросы с академией?

— Уже решены. Мне и так давно полагался кто-то вроде тебя. Что еще?

В голове внезапно стало пусто-пусто. Все проблемы отошли на задний план, голос эльфа успокаивал, обволакивал, словно тёплая вода в ванной. И становилось так хорошо и безмятежно, что проблемы просто переставали существовать.

— Вот и хорошо, — улыбнулся Верио, резко приблизился, взял за волосы и посмотрел прямо в глаза.

Он был близко. Слишком близко. Айлин уловила сладковато-пряный запах, исходящий от его одежды, даже почувствовала тепло. А потом эльф резко наклонился, на мгновение коснулся её губ, словно оставлял какую-то метку, и резко вышел из комнаты.

Ай кулем осела на мягкий ковер, прижала ладони к груди, силясь унять колотящееся сердце, и принялась осмыслять то, что произошло.

“Ну почему? Почему так? — с грустью и детской обидой думала девушка, раз за разом прокручивая в голове недавние события. — Почему тот, кто мне нравится, кто назвал меня своей собственностью, всего лишь клюёт меня в губы. Зато другой… от которого мурашки по коже и хочется бежать… Он чуть не изнасиловал. Почему если в этом мире люди всего лишь игрушки… и нам суждено отдаваться не тем, кому мы бы действительно хотели подарить себя, мы достаемся самым отмороженным?”

Ответов не было, только жгучее чувство обиды. Она бы предпочла, чтобы тонкие пальцы эльфа скользили по ее коже, трогали там, где не должны, разрушали личные границы. Но этого не было. И, наверное, это даже хорошо.

Айлин не понимала свои чувства, не понимала, чего хочет, как реагировать на странные ощущения во всем теле. Слишком наивная, слишком наивная, слишком зациклившаяся на том, что её все будут обижать и ломать, она не желала замечать свою симпатию к Верио, находя этому робкому чувству десятки оправданий. И да, это было глупо. Влюблятсья в того, кто не знает слова верность. Возможно, именно поэтому Айлин гнала мысли о том, что ей мог нравиться эльф, метлой.