Чтение онлайн

А вот с Матюшиным все иначе. И жесткий взгляд, и зло сжатые губы, и четко очерченные скулы… А уж роскошь обстановки просто бросалась в глаза.

Введя свой код доступа к информканалу Валенси, набрала первую строчку: «Сегодня на лайнере, выполняющем регулярный рейс по маршруту Земля – Таркан, силами внутренней службы охраны пассажиров был задержан мужчина, назвавшийся Сергеем Ивлевым. Причина задержания – принуждение к использованию афродизиака лица, не достигшего двадцати пяти лет».

Усмехнувшись, представила, с каким разочарованием сейчас куча «собратьев» по перу дочитала появившееся сообщение. Мои обычные разоблачения звучали значительно «громче».

Они поторопились…

«По имеющимся у меня сведениям, под этим именем уже не в первый раз в столицу сектора стархов летает весьма высокопоставленный чин Штаба Объединенного Флота».

Вот теперь время для голографий. Сначала коридор на уровне первого класса. Изысканно обставленная гостиная, приоткрытая дверь в спальню… Чтобы разыгралось воображение.

«Был ли этот инцидент первым в его биографии, или подобные проделки уже имели место, только предстоит узнать. Если, конечно, настоящий идентификатор личности не сыграет свою роль, избавив офицера не только от законного наказания, но и от самого расследования».

И опять снимки. Сначала одна Эми, прижавшаяся к самой стене, затем она же и стоявший лицом к ней Крис с медицинским сканером в руках.

Счетчик посещений на моей страничке защелкал, став показателем интереса.

Эти акулы не могли упустить возможности вцепиться кому-нибудь в глотку. А уж когда им жертву буквально клали в пасть, отказаться от угощения были не в силах.

«Чем закончится эта история, нам всем лишь предстоит узнать, – продолжила я, представляя себе кривую ухмылку Шторма. Думаю, он оценит изящность этого хода, – но одно я знаю уже сейчас: господину Ивлеву не повезло. На этот раз он летел одним рейсом со мной».

А вот теперь можно было добавить и оставшиеся снимки. Матюшин, опять Матюшин и… снова Матюшин.

Удовлетворенно фыркнув, отбила Валенси привет и отрубила связь. Подруга будет зла – я затеяла новое развлечение, не поставив ее в известность, но быстро сообразит, что иначе у меня не получалось.

Успела вовремя. Только отключила планшет, как на комм пришло очередное сообщение от Ромшеза: «Детектор сработал. Четвертая палуба, седьмой коридор. Ждем».

Коротко, лаконично, но… мне не нужно было догадываться, чего стоило загнать этого типа в ловушку.

Я это знала.

– Похоже, нам повезло.

Дарош подошел сразу после меня. Судя по слегка сбитому дыханию, кое-где передвигался перебежками, торопясь взять процедуру задержания под свой контроль.

Зря спешил, его ребята работали уверенно и четко.

– Ты о чем? – поинтересовалась я, наблюдая за тем, как парни Звачека блокируют попытки Козельского с кем-то связаться.

Вопросы, которые задавали ему каждый раз, когда Вислав тянулся к комму, я не слышала, но он сразу прерывал движение.

– О дури, – не стал тянуть с ответом Дарош. – Старкс действует не сразу, а тут уже видимый эффект. Значит, «лег» на что-то другое.

– Так наш друг еще и не совсем законопослушен, – протянула я задумчиво. – И где Матюшин только такие кадры берет? Или по себе ищет?

Звачек посмотрел на меня сверху вниз, ухмыльнулся.

– Не любишь ты штабных.

Если бы он знал, насколько оказался прав в данном случае…

– Этих двоих есть за что, – буркнула я, догадываясь, что откровенничать не стоило, но понимая, что именно так и рождается доверие. А в том, что оно рано или поздно, но нам пригодится, была уверена. Рвать установленные Геннори связи с другими службами я не собиралась.

– Личные счеты? – Вроде как и не сильно любопытствуя, поинтересовался Дарош.

– Личные! – подтвердила я жестко. – На их руках кровь моих друзей.

Дарош тяжело вздохнул, потом задорно улыбнулся:

– Можно я буду твоим другом?

Мне оставалось только улыбнуться в ответ, и подтолкнуть его в сторону ребят. Один уже начал искоса посматривать на нас, намекая, что от поддержки в виде своего начальства они бы не отказались.

Я подошла к ним, когда Дарош уже представился.

– Господин Козельский, – данные Вислава он считал со сканера, который ему подал один из парней, – тридцать четыре минуты тому назад на ваш комм, как и на коммы всех пассажиров лайнера, пришла информация об изменении зоны ответственности и список препаратов, запрещенных в контролируемом стархами секторе.

– Это имеет какое-то отношение к тому, что эти, – Козельский неопределенно махнул рукой, вроде как пытаясь показать на ребят Дароша, но с координацией у него уже было плохо, – не дают мне пройти?

– Самое прямое. – Холодной вежливости Дароша оставалось только позавидовать. – Один из детекторов, установленных в данном коридоре, среагировал на ваше присутствие здесь. У меня есть предположения, что вы не сочли необходимым последовать рекомендации, которая была в переданном сообщении.

– Это ты о чем? – грубо уточнил Вислав у Звачека. – Про дурь, что ли? Так нет ее у меня. Ты лучше аппаратуру проверь. – Еще не закончив говорить, толкнул одного из ребят, чтобы освободить себе проход.

Тот не выглядел уж очень крепким, но даже не сдвинулся.

Хорошая подготовка.

– Ты что, мать твою, проблем захотел?!

Под воздействием старкса начинало давать о себе знать гнилое нутро Козельского. Сам он этого понимать не мог, первыми отключались способности мыслить критично и реально оценивать ситуацию.

– Боюсь, господин Козельский, – Дарош чуть заметно кивнул головой, и у двоих парней, весьма своевременно и несколько неожиданно для меня, в руках оказались парализаторы, – что это вы на них напросились. – И, не дав тому ничего сказать, произнес, коснувшись двумя пальцами шеи – лента внутренней связи; – Господин капитан, мне нужна ваша санкция на личный обыск. Подозрение на старкс.

Пауза была недолгой, но мне показалось, что я услышала, как удрученно вздохнул капитан.

Мое сочувствие ему было ни к чему, но не почувствовать сожаления я не могла. Наше присутствие на борту доставило ему несколько не очень приятных минут.

Понятно, что когда все закончится, мы принесем ему извинения от лица Службы Маршалов, а я сделаю все возможное, чтобы репутация лайнера была восстановлена, но это будет потом, а неприятности происходили сейчас.

Ответа я не услышала, но судя по тому, что на лице Дароша на мгновение появилась тень брезгливости, разрешение он получил.