Чтение онлайн

В любом случае одного положительного результата Гуров добился. Телефон домработницы Елены совпал с одним из номеров, записанных у Челнокова. Теперь женщину нужно будет вызвать в Главк под предлогом уточнения информации об алиби Морозовой, а там уже как следует расспросить про их отношения с Челноковым. Возможно, на свет и выплывет что-то интересное.

Направляясь к своей машине, Лев попытался дозвониться до Григоряна. На звонок ответила секретарь, елейным голосом сообщившая, что Багдасара Суреновича нет на месте. Номер его контактного телефона она передать отказалась даже после того, как Гуров представился. Конечно, он мог и самостоятельно получить эти данные, но тратить лишнее время ему не хотелось.

– Девушка, рекомендую вам немедленно связаться с вашим шефом и передать ему мои координаты, – с деланой строгостью посоветовал Лев. – В его интересах поговорить со мной раньше, и на его территории, прежде чем господином Григоряном займутся сотрудники Следственного комитета.

Отключив связь с секретаршей бизнесмена, Гуров принялся вызванивать Геннадия Ермакова. Постоянным местом работы актера числился один из небольших московских театров, но там заявили, что Ермаков сейчас в административном отпуске и его появления в театре раньше февраля никто не ожидает.

В офисе риелторской фирмы, одним из совладельцев которой являлся актер, тоже ничего не знали о местоположении Ермакова. Делопроизводитель конторы весьма сухим тоном заявила, что «Геннадий Терентьевич очень творческая личность и не перегружает себя каждодневной рутиной». Из чего Лев сделал вывод, что если Ермаков и появляется в своей риелторской конторе, то нечасто и не для работы.

На «Мосфильме» тоже ничего о том, где в настоящий момент может находиться Ермаков, не знали, а номер сотового телефона, который якобы числился в качестве личного у Челнокова, постоянно был вне доступа. Теперь оставалось надеяться, что Крячко в полицейских базах или в информации от ФСБ найдет более точные контактные координаты артиста.

Впрочем, Гуров не слишком и рассчитывал на то, что отыскать любимца богемы Ермакова ему удастся, а вот в том, что Григорян в ближайшее время выйдет с ним на связь, был вполне уверен. Что и произошло. Не успел он и пятнадцати минут потратить на дорогу в сторону центрального офиса «Народной сотовой связи», как раздался телефонный звонок.

– Лев Иванович? – без ожидаемого акцента спросил мужской голос. – Григорян вас беспокоит. Аллочка мне передала, что вы хотели о чем-то поговорить?..

– Хотел. И сейчас хочу, – суховато ответил Гуров, не удивившись тому, что бизнесмен знает его имя. – Где встретимся?

– Я сейчас в ресторане на Гоголевском бульваре. Если хотите, подъезжайте сюда, – предложил Григорян. – Или можем через пару часов в офисе НСС встретиться.

– Через пятнадцать минут подъеду, – заверил бизнесмена Лев и свернул по направлению к Гоголевскому бульвару.

Ресторан оказался небольшим, но весьма уютным, с интерьером в стиле 30–40-х годов прошлого века. Гуров даже не поинтересовался ценами, логично предположив, что комплексными обедами тут посетителей точно не угощают.

Кроме Григоряна, других клиентов в зале не было. Может быть, по причине слишком раннего часа, но, скорее всего, потому, что бизнесмен предпочитал обедать в одиночестве, арендуя помещение на какое-то время.

Перед гардеробной топтались два его охранника. Еще один телохранитель находился чуть поодаль от стола, который занимал Григорян, а четвертого Гуров заметил у дверей на кухню. Вполне возможно, у черного входа тоже кто-то дежурил.

– Присаживайтесь, Лев Иванович, – поднимаясь из-за стола, предложил бизнесмен. – Что будете кушать? О цене не беспокойтесь, я угощаю.

Только сейчас Гуров вспомнил, что с самого утра, кроме кофе, выпитого у Морозовой, у него маковой росинки во рту не было. Вот только обедать с возможным подозреваемым он не собирался. К тому же неудобно беседовать с человеком, когда у тебя набит рот.

– Кофе. Черный. Без сахара, – заказал Лев. Появившийся невесть откуда официант коротко кивнул головой и так же бесшумно скрылся.

– Удивляетесь, зачем столько охраны? – поинтересовался Григорян, успевший заметить, как сыщик цепким взглядом осматривал помещение. – Жена настояла. Мне уже два месяца периодически письма с угрозами приходят. А она у меня перестраховщица. Настояла на том, чтобы я нанял дополнительных телохранителей. А теперь еще и отчеты от них каждый день требует, где мы были и как они свою работу выполняли.

– В полицию по поводу угроз обращались? – поинтересовался Лев.

– Да, – коротко ответил Григорян. – Говорят, проводят все необходимые мероприятия. Ну и пусть проводят. Вы же здесь не поэтому? Или мое заявление в Главк передали?

– Я об этом ничего не знаю, – пожал плечами Гуров.

Официант принес и поставил на стол чашку с кофе, а Лев внимательно изучал бизнесмена. Григорян выглядел вполне моложавым мужчиной лет сорока «с хвостиком». Хороший костюм, спортивная фигура, волевое кавказское лицо словно подчеркивали уверенность, с которой этот человек идет по жизни. Казалось, для него не бывает мелочей, и каждой из деталей он уделяет самое пристальное внимание. Об этом говорил хотя бы тот факт, что он собрал максимум информации на сыщика, прежде чем перезвонить ему. И уж точно ни на бандита 2000-го, ни на выходца из «лихих 90-х» Григорян не был похож.

– Вы знакомы с Вячеславом Челноковым? – спросил Гуров, когда официант ушел.

– Лично – нет, но кто он такой, знаю, – спокойно отреагировал бизнесмен. – Сразу скажу, что к его смерти не имею никакого отношения. Алиби могу предоставить.

– Предусмотрительно, – усмехнулся Лев. – А почему вы решили, что я буду подозревать вас в причастности к убийству?

– По нескольким причинам, – улыбнулся Григорян. – Во-первых, у меня может быть мотив в виде личной неприязни. Во-вторых, как принято считать, «горячая кавказская кровь» может привести к необдуманным поступкам. А в-третьих, мой дядя по материнской линии был судим за участие в ОПГ. Таким образом, вы могли предположить, что я либо мог обратиться к криминальному миру с просьбой «покарать» журналиста, либо мои родственники решили самостоятельно поквитаться за оскорбления в мой адрес. Так что ни вашему звонку, ни вашему визиту я не удивился.

– Почему?

– Вы, как это принято говорить в определенных кругах, «важняк». Причем лучший в Главке. – Бизнесмен отхлебнул вино из бокала. – Убийство Челнокова вызвало серьезный резонанс, и к его раскрытию должны были привлечь лучшие кадры. В первую очередь следователи станут отрабатывать линию профессиональных связей журналиста, а эта ниточка обязательно приведет ко мне. Я же был одним из самых «любимых» объектов Челнокова. Логично?

– Вполне, – согласился Гуров. – А зачем вам собирать столько информации о Челнокове, да еще и справки о следователях Главка наводить?

– У меня хорошие помощники, – снова улыбнулся Григорян. – До меня сразу же доносят любую информацию, которая имеет ко мне хоть малейшее отношение. Я просчитываю, какие она может иметь последствия для моего бизнеса и лично для меня, а затем даю этим помощникам новые задания. «Кто владеет информацией, тот правит миром», так, Лев Иванович? А я хочу не владеть им, а лишь обезопасить себя от его вредного воздействия.

– Вам известно, откуда Челноков брал информацию на вас для своих статей? – сменил Гуров тему разговора.