Чтение онлайн

— Говорил же я вам, дурням, вы все будете мои! Сегодня «клуб», завтра «стриптиз-бар», потом «казино» и пошло-поехало. Не мытьем так катанием, как говорится, — довольно пробормотал мохнатый. — Вы все будете мои!

— Пернатая идет, — предупредила своего начальника ряженая тараканиха, ещё раз внимательно посмотрела в дверной глазок, — одна.

— Пусть заходит, — разрешил Мрак, поправил свою бордовую жилетку, принял серьезный вид. — Открывай.

Отцепив серьгу со своего уха и скинув чужое обличье, Ция провернула в замке ключ, сдвинула щеколду, отключила ловушки, сбросила цепь. Дернув на себя ручку двери и отойдя в сторону, корсетница впустила в помещение Улк-Атан, второго и последнего совладельца их нового клуба. В комнату зашла пернатая.

— До сих пор не соображу отчего народ толпами валит в эту помойку! — с порога начала свои претензии бывшая любовница Первого. — Как это вообще работает?

— Не сильно-то ты веришь в успех собственного предприятия, — поморщился Мрак, недовольным взглядом проследил в какое из кресел сядет его деловой партнер. — Напоминаю, что это и твой клуб тоже. По крайней мере его тридцать процентов.

— Ну дыра же, полнейшая, — презрительно повела ладошкой Улк-Атан, наклонилась, собираясь опустить свою пятую точку в кресло мохнатого. — Вот «Волшебные сады» совсем другое дело!

— Ну так и катись в свои «сады», — пернатой указали на выход. — Поднимай свою жопу из моего кресла и вали отсюда.

— Попридержи язык, мелкое отродье, — угрожающе расправила свои мокрые крылья Улк-Атан, продемонстрировала их бритвенную остроту и готовность к бою.

— Или что? — презрительно фыркнул мохнатый. — Выстрелишь? Ну давай-давай. Разбей окно, покажи всему миру где находятся главный наркоторговец этого города.

— Прекрати называть меня этим прозвищем!! — разгневанной коброй зашипела на мохнатого небесная проститутка. — Или клянусь зубами Анубиса я наплюю на все наши договоренности и прямо здесь сниму с тебя шкуру!

— Ладно-ладно, не буду, только не шипи под ухо, — безразлично отмахнулся Мрак, прогнал пернатую со своего кресла, деловито в него уселся. — Давай лучше о делах.

— Все твои «дела» пустят в ход только после головы одноглазого, — злобно процедила Улк-Атан, налила из графина себе, выпила. — Первый требует «платёж» и если в ближайшее время он не поступит, то и тебя, и меня и всех причастных сбросят в Черный предел. И это если нам ещё повезет.

— Будет ему «платеж», — в который раз отмахнулся хомяк. — Всё идёт по плану. Пожиратель все ещё заперт в Помойке, портал откроется только через три недели и на той стороне его уже ждут. Мы узнали какой на очереди мир и всё там подготовили: выкопали яму, залили туда «успокоительного», приготовили цепь. Осталось проследить, чтобы он благополучно перешел разлом, а не отправился скитаться по пустыням междумирья. С этого станется.

— А где он сейчас?

— Сказал же, в Помойке. Как обычно ходит-бродит себе, прикидывается тупоголовым мусорщиком, приманивает вашего брата на несуществующего поглотителя.

— Я хочу убедиться, покажи мне!

Мрак недовольно закатил глаза, пробубнел неразборчиво, но все-таки поднялся и ушел в соседнее помещение. Чем-то там погремев-пощелкав, через пару минут хомяк затушил в помещении свет и выкатил на центр зала внушительный стеклянный шар — ещё одно поддельное «око Анубиса».

— Крутые все-таки вещи делали в Подделке, — расстроенно покачал головой Мрак, — жаль прошли те времена.

Хомяк потёр сферу, оживил глаз. Стеклянное око сонно моргнуло, раскрыло веки, спроецировало в помещении четкую и подробную голограмму мира-свалки. На ожившей картинке просматривалась цитадель безумного короля, громыхающее торнадо разлома, брошенная стоянка экзекутов и какая-то речка-вонючка неподалеку. Тут же бегали местные туземцы, как обычно голодные и крикливые, разматывали сети, тащили снасти, мастырили непонятный гарпун. У самого берега сидел мусорщик. По обыкновению, молчаливый и безучастный ко всему, одноглазый пустым бессмысленным взглядом смотрел прямо перед собой и лишь изредка закидывал удочку. Периодически у мусорщика клевало. В такие моменты одинокий гигант вытягивал пойманную рыбеху на сушу, без особого интереса её рассматривал, бросал туземцам и снова закидывал удочку. Наживкой, как бы странно это не выглядело, служила чья-то обезображенная голова. Таких кочерыжек под рукой у одноглазого была целая корзинка и сейчас калека как раз доставал одну из них, цеплял на крючок и готовился снова забрасывать.

— А ну покажи-покажи, приблизь, сделай четче! — заинтересовалась пернатая, привстала со своего дивана, потребовала увеличить изображение. — Это что там у него за наживка такая? Впервые вижу.

— Это чья-то башка, — присмотрелся Мрак, нахмурился. — И кажется я её где-то совсем недавно видел, ещё живую.

— Это же… КСЕПТ?! — изумилась пернатая. — У него в корзинке голова КСЕПТ?!

— А пожеванная башка Моргот тебя не смущает? — язвительно уточнил хомяк. — Вон, рядом валяется.

— А как на счет вон той башки? — указала шпагой со своего места Ция. — С рогами «в баранку».

— Не знаю, какой-то измененный. Не важно! — нервно отмахнулся Мрак. — В любом случае у Первого теперь проблемы.

— У Первого? — не поняла пернатая. — При чем тут он и какие у него могут быть проблемы?

— «Какие-какие», — раздраженно перекривляли небесную. — Золотовалютные! Стоимость башки одноглазого только что резко возросла и я собираюсь пересмотреть наше с Первым соглашение. Пора бы мне официально тут у вас поселиться.

— Ты рехнулся? Никто тебя даже слушать не станет!

— Это мы ещё посмотрим.

— Что ты на меня так смотришь? Букетов никогда раньше не видела? — недовольно пробубнел Анубис, убрал свой кустистый веник подальше от любопытных глаз. — Мне уже и с цветами походить нельзя? Что вы все на меня так вытаращились?! Займитесь делом!!

Горгулья и сфинкс переглянулись. Первая демонстративно закатила глаза и сделала вид, что занимается чисткой собственных перьев, вторая, более трусливая чем её старшая подруга, на всякий случай взяла разгон и взмыла под облака, полетела обратно в сторону пирамиды, подальше от ворчливого Повелителя мертвых.

— Вот-вот, сразу бы так, — недовольным взглядом посмотрел на своих подчиненных Анубис, снова вытащил букет из-за спины.

В который раз уже пересчитав на нем все цветы и листики, поправив в букете ленточку и расправив некоторые цветочки, Хозяин пирамид ещё какое-то время смотрел на эту свою увядающую пышную конструкцию, после чего вздохнул и решительно бросил её в ближайшую мусорку.

— Ну и фиг с ним, — наконец решил для себя Хозяин загробной жизни, сложил руки за спиной и размеренным шагом направился к водовороту душ. — Значит, не судьба.

Миновав свою библиотеку, восстановленную и отремонтированную, Повелитель мертвых пошел в сторону кофейных кустов, свернул к своей любимой фазенде и её новых работников. С металлическими тяпками в руках и с каменными лейками, меж зеленых кустов бегали три десятка болотников и их бывший начальник Ксоф, главный по мороку. С выпученными потрескавшимися глазами, исхудалый, наполовину сгнивший, но всё ещё живой, богомол без остановки курсировал туда-обратно и поливал кусты. Каждый раз, как в его каменной лейки заканчивалась вода, Ксоф бегом бежал к Горнилу душ, зачерпывал оттуда и бежал обратно к фазенде. Там его уже поджидала кружка кофе, нового, свежезаваренного, которую богомол обязательно выпивал и стремглав бежал поливать кусты, пока жизненные силы снова не начинали покидать его. Тогда богомол опять хватал лейку, бежал к черным водам Горнила, зачерпывал, пытался не угодить в лапы подземных тварей и снова бежал на фазенду выпить ядреного кофе. И так по кругу. Снова, снова и снова. На веки веков, до конца Вселенной, навечно. Жестокая плата за его дерзкое проникновение в пустыню мертвых и кражу сколопендры. Анубис удовлетворенно хмыкнул.