Чтение онлайн

– А мне все равно! Как хочешь. С ним решай этот вопрос, – Настя еще что-то сказала, а потом в трубке раздался голос Игоря.

– Вероничка, нам надо поговорить.

– О чем?! – искренне удивилась Вероника. – Мне кажется, говорить нам совершенно не о чем.

– Ну зачем ты так? Я скоро приеду, и мы всё обсудим, ладно? – Игорь говорил ровным деловым тоном, словно обсуждал повседневные, слегка поднадоевшие дела.

– Ты вещи сам соберешь, или мне? – Вероника говорила и сама удивлялась, что в принципе может говорить.

– Знаешь, наверное, лучше ты… – Игорь вздохнул. – Нехорошо как-то получилось, не по-людски.

– Да уж чего там… Дело, как говорится, житейское. Ты мне только скажи, – тут Вероникин голос все же дрогнул, – ты действительно спишь с ней уже полтора года?

– Да даже, наверное, больше… Я не могу тебе объяснить, как все получилось… – Игорь замялся, а потом вздохнул, – знаешь, я сам никогда бы не рискнул тебе все рассказать. Но Настя решила, что так будет честнее. Ведь правда, так честнее?

– Ты хочешь, чтобы я вместе с вами порадовалась за вашу честность, что ли ?!
– Веронику преследовало ощущение, что она наблюдает со стороны какой-то спектакль в театре абсурда, потому что в ее стабильной, налаженной жизни такого бредового разговора просто никогда не могло бы произойти. Это не она. Это сон. Вернее, кошмар. Она проснется, и все снова встанет на свои места. {«Не встанет, и ты сама это прекрасно понимаешь, не прячь голову в песок, ты же не страус!»} «Я не страус, я курица!» – зло ответила Вероника не вовремя встрявшему голосу.

– Да нет, – Игорь явно не знал, как закончить разговор. – Ну, пока? Я приеду. Вечером, наверное.

Вероника положила трубку, не дожидаясь, скажет ли муж что-нибудь еще. Подойдя к зеркалу, она внимательно посмотрела на свое отражение, повернулась одним боком, потом другим, не нашла никаких явных дефектов, удивленно покачала головой и снова обессиленно упала в кресло.

Когда примерно через час раздался очередной телефонный звонок, Вероника даже не шевельнулась, решив, что у нее просто нет сил разговаривать ни с Настей, ни с мужем. Телефонная трель не смолкала, и Вероника уже поднялась, чтобы отключить телефон, но почему-то, непонятно из каких соображений, все же посмотрела на дисплей, хотя из-за откуда-то неожиданно набежавших слёз не смогла рассмотреть, кто именно звонит . Когда же она, сняв трубу, услышала взволнованный Наташкин голос, то вдруг поняла, что больше не может в одиночку переживать случившееся, что ей просто жизненно необходим кто-то, с кем она сможет поговорить. Как в американских фильмах, когда героиня или герой с надрывом предлагают: «Хочешь поговорить об этом?» Как правило, никто не хочет, но все говорят. Но сейчас Веронике действительно нужно было поделиться с кем-то, нужен был хоть кто-то, кто спокойно выслушает. И желательно поговорить не с внутренним голосом, а с живым, нормально мыслящим человеком. С Наташкой, например.

– Вероника, ты меня слышишь?! – Наталья говорила торопливо, словно опасаясь, что Ника бросит трубку. – Я все знаю…

– Откуда? – вяло спросила Вероника.

– Эта стерва мне уже тоже позвонила, – Наталья пробормотала что-то еще, но Вероника не расслышала и могла только предположить, что это были слова, адресованные Насте, но воспитанная Наташка не стала произносить их громко.

– Да? И что она тебе сказала?

– Что она… – Наташка неожиданно запнулась, явно не зная, как сказать. – Что она и Игорь…

– Что она уже почти два года спит с ним? – Вероника удивилась, как легко дались ей эти слова. – Или есть еще какие-нибудь интересные сведения?

– А этих «интересных сведений» тебе что ли мало?! – изумилась Наташка.

– О-о-о! Мне этих сведений – по самое не могу! – Вероника вздохнула и тихонько всхлипнула. – Наташ, что мне делать? Ну вот что мне теперь делать?

– Я к тебе сейчас приеду, хочешь?

– Сейчас не надо, – Вероника вдруг опомнилась и решительно замотала головой, как будто подруга могла ее видеть, – завтра приезжай, когда он уйдет уже. А то мне еще вещи ему собрать надо. Наверное, постирать кое-что придется… {«Да, просто разговоры нам уже не помогут, тут специалист нужен. Психолог… или даже психиатр.»}

– Постирать?! Слушай, ты в своем уме вообще?! Постирает она ему! Вероника, ты в себя-то приди!

– Не могу… – Вероника уже несколько минут пристально рассматривала пятнышко на подлокотнике кресла и никак не могла от него оторваться.

– Не может она! Надо! – Наташка пыталась как-то расшевелить начинающую впадать в ступор Веронику. – Я же смогла!

– Ты – другое дело, – Вероника продолжала как загипнотизированная смотреть на темную точку, почти незаметную на фоне обивки, – ты сильная, ты все сама можешь.

– Ага, сильная, – Наталья вдруг всхлипнула, – как же! Выжить надо было, вот и стала сильная. И ты станешь.

– А я не хочу становиться сильной, понимаешь? – Вероника тоже шмыгнула носом и поняла, что сейчас заплачет. Но почему-то жалеть себя было очень приятно. – Не хочу!

– А кто тебя спрашивать станет? Тебе не только о себе думать надо, у тебя еще, между прочим, сын есть. Не хочет она сильной становиться! Я что ли хотела?

– Наташ, а как я без него стану жить, а? Ты не знаешь? – Вероника почувствовала, что слезы уже не скапливаются возле глаз, а текут по щекам. {«Интересный вопрос!»}

– Как жить? Да лучше ты станешь жить без этого козла, лучше, понимаешь?!

– Он не козел, – неуверенно сказала Вероника и слизнула соленую каплю, – может, он еще вернется, а? Может, они пошутили так?

– Ты сама-то веришь в то, что говоришь? – Наташка постаралась придать голосу нужную твердость. – Кто шутит такими вещами? Это раз. И потом, объясни мне тогда, что он делал у нее в пять часов утра? Шутку придумывал? Петросян, блин! Реально смотри на вещи!

– Я… я боюсь реально смотреть на такие вещи, – Вероника поняла, что действительно боится предстоящей встречи с мужем, объяснений, выяснения отношений. А еще она боится того, что будет потом, когда Игорь уйдет, и она останется одна. Совсем одна. Никитка, который на даче у свекрови – не в счет, пока он ей не помощник.

– Не бойся, – Наташка вздохнула, всхлипнула и еще раз вздохнула. – Когда этот гад приезжает?

– Он не гад… – начала Вероника.

– Гад, гад! – перебила ее Наташка. – И какой еще гад! Таких поискать так не вдруг и найдешь! Так когда?

– Вечером, а когда точно, я не знаю.

– Значит, ты целый день будешь сидеть и ждать, – сделала вывод Наташка, – знаешь, давай-ка я все-таки приеду, иначе ты свихнешься, по себе знаю.

– Ладно, – вдруг согласилась Вероника, представившая себе, как она одна целый день будет бродить по квартире, собирать вещи мужа (Вероника почему-то не могла себя заставить назвать его по имени) и пытаться найти ответ на вопрос «за что?» – приезжай, Натуся. Может, хоть ты мне сможешь объяснить, что происходит.

– Отлично. Около восьми я отзвонюсь в контору и решу кое-какие технические вопросы, а потом к тебе сразу приеду. Договорились?

– Да, конечно, договорились… – Вероника положила трубку и посмотрела на часы. Неужели прошло всего два часа?! Интересно, как за два часа может измениться жизнь… Еще совсем недавно все казалось благополучным, стабильным, надежным. И вдруг – один звонок, несколько фраз – и у тебя уже совсем другая жизнь. Непонятно, хуже или лучше, – просто совсем другая.

И вдруг Вероника почувствовала, что боль уже не сжимает сердце так сильно, как несколько минут назад, и сквозь боль начинает пробиваться ну абсолютно неуместное в данной ситуации чувство… облегчения. Как будто в конце тоннеля появился свет. {«Какого тоннеля?! Ты свихивайся не так быстро, а то я не успеваю следить за событиями!»}