Чтение онлайн

Двадцать метров.

Марек незаметно для себя снова стал целым миром, видел все, был всем, ощущал муравья, путешествующего по рукаву, чувствовал напряжение смерти в гранатомете, ловил отрывистые эмоции и мысли.

– Я бессмертен, - прошептал он, - я бессмертен.

Сергей вдруг повернул вбок, подбираясь к дороге.

– Куда?
– приподнял голову Марек.

– Мы на месте, - прошептал Сергей, сгружая свои 'мухи'.

Марек подполз к нему.

Алексей и Максим расположились метрах в десяти дальше и, скрючившись, готовили оружие. Дима добрался чуть ли не до развилки и дренажной трубы.

Марек выглянул за балку.

Фонари над забором слепили, вышка виделась сквозь ореол искусственного света остроконечной черной структурой. Есть там кто-то наверху, бдит или спит, видно не было.

– Готов?
– спросил Сергей.

В его руках 'муха' казалась игрушкой.

– Да, сейчас, - засуетился Марек, распутывая ремни.

– Отползи чуть в сторону, - сказал Сергей.

– Ага.

Марек сместился правее. Все звуки казались ему преувеличенно громкими - дыхание, перестук пряжек, скрип пальцев на тубусе гранатомета. 'Калаш' цеплялся за траву.

– Давай уже, - поторопил его Сергей.

Марек торопливо угнездил на плечо подготовленную Димой 'муху', упер в ямку колено, подковырнул и выставил диоптр. Сергей тоже привстал. Их, торчащих на виду, наверное, должны уже были засечь.

– Вышку видишь?
– спросил Сергей, целясь.

– Да.

Марек оглянулся на остальных. Максим высунулся чуть ли не по пояс. Алексей сидел, выставив 'муху' на ребро балки. Дима стоял в полный рост. У ворот, где за низким бетонным перекрытием блокпоста прятался 'Брэдли', появилось несколько фигур, растерянно мигнул фонарик.

– Огонь!
– услышал Марек.

Шикнул, пыхнул огнем сзади 'шмель'. Вторя ему, ушли в сторону базы выстрелы Максима и Сергея. С секундной задержкой выстрелил Алексей. Марек так и не понял, он это нажал или весь мир нажал на шептало вместе с ним. Не сообразил. Даже, кажется, не поймал в прицел вышку.

В-ваох!

На месте 'Брэдли' вспух огненный цветок, громадный и алый, серый дым, накрывая его, распустился пышным облаком. Кто-то закричал. Граната Алексея ушла ниже, неяркой вспышкой ударила в забор. Зато выстрел Максима начисто разобрал левую вышку на доски и щепу. Мешком шлепнулся внутрь территории часовой.

Марек по своей вышке не попал.

Его граната влепилась во второй этаж штабного здания, выворотив оконную раму, и оставила пролом в стене. Промахнулся и Сергей.

С вышки тут же застрекотал, выбивая бетонную крошку, пулемет. Что-то свистнуло рядом с Марековой головой.

– Ложись!

Сергей рывком свалил Марека на землю, завозился со второй 'мухой'.

– Мы промазали, - сказал Марек.

– Ясен пень.

– Я думал, мы попадем.

Сергей хохотнул.

– Ну ты и придурок!

Дым плыл по небу. В глубине базы завыла сирена. Отвлекая внимание пулеметчика, Дима выпустил в его направлении короткую очередь из 'калаша'. С вышки ожидаемо перевели огонь на него.

– Ну-ка!

Сергей привстал и, коротко прицелившись, произвел выстрел. Фыркнув, улетела граната.

– Готово, - он свалился вниз, скинул пустую трубу.

Впереди бумкнуло.

– Попал?
– спросил Марек.

– А хрен его...

Пулемет, впрочем, прекратил стрельбу.

Марек рискнул выглянуть. Огонь поплескивал из окна, в которое он попал 'мухой'. Горел, чадил 'Брэдли'. Ворота базы были распахнуты, и в них мелькали фигурки в темно-синей форме. Выбегали, прятались за бетонными плитами. Максим и Алексей били по ним одиночными.

Пригибаясь, подбежал Дима.

– Чего сидим?
– заорал он и пнул Марека в бедро.
– Пули ждем? Стрелять! Не давать уродам высунуться!

Он отобрал у него вторую 'муху'.

Мир гремел и взвизгивал. Мир крошился, осыпался Мареку на голову, вздыхал и вздрагивал, наливаясь утренним светом. Мир дробился на голоса и звуки, дергал изнутри и оглушал снаружи.

На одиночные выстрелы АК отзывались истеричные очереди винтовок М16. Кто-то из натовцев бросил гранату, и она, не долетев, едва не повалила одно из бетонных заграждений. В клубах дыма пропели осколки.

Марек обнаружил, что смотрит на пространство перед воротами через прорезь прицельной планки. Тук. Тук. Тук. Отдача била в плечо. Кто там высунулся? Нельзя, никак нельзя тебе высовываться, мил человек. Тук. Он нажимал на спусковой крючок, заставляя прятаться фигурки напротив. Автомат подергивался, будто живой.

Ф-фух!

Что-то, перелетев, взорвалось метрах в двадцати за спиной, жаром дохнув в затылок. Краем глаза Марек выхватил радостный оскал Сергея.

– Вот суки, а?

Из ворот, взревев двигателем, выкатил 'Хамви' со стрелком на крыше и попытался сходу преодолеть бетонный лабиринт, но наехал колесом на одну из балок, остановился, стал сдавать назад.

Две 'мухи' устремились к нему одновременно. Пулеметчик дал испуганную очередь в небо и нырнул в салон. Выскочить вслед за водителем он не успел. От попаданий - в капот и в лобовое стекло - 'Хамви' подскочил, сел на ограждение брюхом, брызнул дверцами и стеклом. Что-то оглушительно грянуло в нем, разбросав кровь, части тела и языки пламени.

Автоматный огонь от базы усилился.

Дима, отбросив трубу гранатомета, присел с рацией. Марек сменил магазин. Сколько времени прошло? Час? Два? Наручные часы врали о шести минутах.

Пальцы скрючились.

– Справа смотри, - сказал ему Сергей.

Лоб его кровил, он слизывал текущие капли в уголке губы.

– Понял.

Марек несколько раз выстрелил в ползущие вдоль забора фигурки. Движение приостановилось. Нестройная стрельба в ответ заставила Марека вжаться в землю.

– Ну, мы монстры!
– Сергей пихнул его кулаком.
– Ты посмотри, всю базу...
– он выглянул.
– Всю их гребаную ба...

Его череп внезапно брызнул серым и розовым. Тело отбросило от балки вниз, и оно застыло на поросшем травкой склоне с удивленно раскрытым ртом.

– Снайпер!
– крикнул Дима.

На ходу меняя магазин, он добежал до Марека. Левый рукав его куртки был разодран.

– Сергея убили, - сказал Марек.

– Я вижу, - кивнул Дима и лишил мертвеца 'рожков' в разгрузке.
– Надо вперед, к блокпосту и за отбойники.

– Куда?
– Алексей посмотрел на Диму расширившимися глазами.
– Прямо под пули?

– Да!
– проорал Дима сквозь усилившуюся стрельбу.
– Иначе накроют всех здесь! А там 'Брэдли' и перекрытия от снайпера прикрывают. Эта сука, кажется, на втором этаже штаба залегла.