Чтение онлайн

Британское разделение парламента на две палаты имело исторические, корни: палата лордов, первоначальный парламент, была собранием «нотаблей» — ведущих людей королевства; палата общин появилась как новый фактор, как избираемые представители бюргеров и мелких землевладельцев. В XVIII в. пришли к явно скороспелому выводу, что представители простого народа будут склонны к необдуманным выходкам, и поэтому над ними нужен контроль.

Центральное правительство Соединенных Штатов поначалу было весьма слабым органом — конгрессом представителей тринадцати фактически независимых правительств Конфедерации. Этот конгресс был не более чем конференцией суверенных представителей; он не мог, например, контролировать внешнюю торговлю каждого штата, не мог чеканить деньги или взимать налоги своей собственной властью.

Когда Джон Адаме, первый посланник Соединенных Штатов в Англии, встречался с британским министром иностранных дел для обсуждения торгового соглашения, он должен был учитывать мнение каждого из тринадцати представителей штатов. Вскоре британцы стали вести дела с каждым штатом отдельно через голову конгресса. Они сохранили контроль над целым рядом поселений в районе Великих озер из-за неспособности конгресса эффективно управлять этими регионами. Еще в одном первоочередном деле конгресс оказался столь же беспомощным.

На запад от тринадцати штатов простирались бесконечные пространства, на которые теперь хлынули поселенцы во все более возрастающих количествах.

В 1787 г. в Филадельфии был созван Конституционный конвент, на котором была составлена нынешняя конституция Соединенных Штатов в своих самых общих чертах. За предшествующие годы произошли большие изменения в общем настроении, появилось широкое понимание необходимости единства.

Было публично объявлено, что система государственного управления с выполняющим административные функции президентом, сенаторами, конгрессменами и верховным судом является правительством «народа Соединенных Штатов»; она представляла собой синтез, а не просто ассамблею. Было сказано «мы, народ», а не «мы, штаты», на чем яростно настаивал Ли, представитель от Виргинии. Эта форма правления была задумана как федеральное, а не конфедеративное правительство.

Штат за штатом, новая конституция была ратифицирована, и весной 1788 г. в Нью-Йорке, уже на новых началах, собрался конгресс во главе с президентом Джорджем Вашингтоном, который был национальным главнокомандующим на протяжении всей Войны за независимость. Позже конституция подверглась значительным изменениям, а на реке Потомак, был построен город Вашингтон в качестве федеральной столицы.

В этом кратком отчете о создании Соединенных Штатов Америки мы смогли лишь упомянуть некоторые имена из когорты великих людей, сделавших возможным этот прорыв в истории человечества. Мы упомянули походя или не упомянули вообще таких людей, как Томас Пейн, Бенджамин Франклин, Патрик Генри, Томас Джефферсон, двоюродные братья Адамсы, Медисон, Александр Гамильтон и Джордж Вашингтон.

Несомненно, их знания и кругозор были ограниченными, они были скованы рамками своей эпохи. Они были, как и все мы, людьми со смешанными мотивами; в их душах возникали благородные порывы, их обуревали великие идеи, и в то же время они могли быть завистливыми, ленивыми, упрямыми, жадными и злыми. Если писать правдивую, полную и подробную историю Соединенных Штатов, то ее следует писать возвышенным слогом и со снисхождением, как великолепную комедию, восходящую к благородной развязке.

И ни в каком другом отношении богатая и непростая история Америки не проявляется так явственно, как в отношении рабства. Рабство, как часть более широкой проблемы труда, является неотъемлемой составляющей этой новой исторической общности — Америки, частью ее души.

Рабство возникло рано, еще в европейский период истории Америки, и ни один европейский народ, селившийся в Америке, не может избежать ответственности за это явление. Немцы в этом отношении имеют самый лучший послужной список. Одни из первых открытых высказываний против порабощения негров были сделаны немецкими поселенцами в Пенсильвании. Однако поселенец из Германии имел дело со свободным трудом в зоне умеренного климата, расположенной значительно севернее зоны плантаций; он не испытывал серьезного искушения в этом отношении.

Американское рабство началось с порабощения индейцев для работы в шахтах и на плантациях, и любопытно отметить, что еще в XVI в. был некий добрый и гуманный человек, Лас Касас, который настаивал на том, чтобы в Америку привозили негров ради избавления от непосильного труда его индейских протеже. Необходимость в рабочей силе для плантаций на островах Вест-Индии и на юге была острой. Когда объем поставок индейских пленных оказался недостаточным, плантаторы стали использовать не только негров, но и заключенных, а также бедняков из Европы с целью пополнения количества работающих. Тот, кто читал «Молль Флендерс» Даниеля Дефо, знает, как выглядело белое рабство в Виргинии в глазах интеллигентного англичанина в начале XVIII в.

И все же негры появились в Америке очень рано. В том же году (1620), когда пуританские отцы-пилигримы высадились в Новой Англии и основали Новый Плимут, голландский шлюп доставил свой первый груз негров в Джеймстаун в Виргинии. Негритянское рабство имеет такое же давнее происхождение, как и Новая Англия. Это было американским обычаем в течение полутора столетий до Войны за независимость. И ему суждено было продержаться еще почти столетие.

Однако совесть мыслящих людей в колониях никогда в этом отношении не была спокойной, и одно из обвинений Томаса Джефферсона против Короны и лордов Великобритании заключалось в том, что любая попытка со стороны колонистов смягчить или ограничить работорговлю наталкивалась на интересы крупных собственников метрополии. В 1776 г. лорд Дартмут писал, что колонистам нельзя позволить «прекратить или оказывать негативное влияние на столь выгодную для страны торговлю». Благодаря моральному и интеллектуальному влиянию революции, вопрос рабства нефов был открыто поставлен перед общественной совестью. Острота и насущность этой проблемы будоражила умы. «Все люди от рождения являются свободными и равными», — заявлял Билль о правах штата Виргиния, а рядом, на солнцепеке, под хлыстом надсмотрщика трудились негры-рабы.

Колесо истории словно повернулось назад, и это возрождение давнего обычая сулило огромные немедленные выгоды для владельцев плантаций, шахт, а также на крупных общественных работах. В некоторых отношениях новое артельное рабство было даже хуже, чем в древние времена. Особенно отвратительным было то, что работорговля инспирировала войны и охоту на людей в Западной Африке, не говоря уже о тяготах длительного плавания через Атлантический океан. Несчастных людей набивали в корабли без достаточных запасов воды и пищи, без соответствующих санитарных условий и без медицинского обеспечения.

В это грязное дело были вовлечены, в основном, три европейских государства — Британия, Испания и Португалия, потому что именно они являлись основными собственниками новых земель в Америке. Относительная невиновность других европейских государств в первую очередь объясняется их меньшей заинтересованностью. Они были обществами такого же типа; в сходных обстоятельствах они действовали бы точно так же.

На протяжении всей середины XVIII в. в Великобритании и Соединенных Штатах велась активная кампания против рабства негров. Согласно оценкам, в 1770 г. в Британии было пятнадцать тысяч рабов, завезенных их владельцами в основном с островов Вест-Индии и из Виргинии.

В 1771 г. этой проблемой в Британии вплотную занялся лорд Мэнсфилд. Один неф по имени Джеймс Сомерсет был привезен в Англию из Виргинии своим владельцем. Он сбежал, был пойман и насильственно помещен на корабль для возвращения в Виргинию. Его сняли с корабля по исковому заявлению в соответствии с законом о неприкосновенности личности (habeas corpus). Лорд Мэнсфилд объявил рабство состоянием, несовместимым с английскими законами, состоянием «одиозным», и Сомерсет вышел из здания суда свободным человеком.