Чтение онлайн

С открытием Доброфлотом регулярных рейсов из Владивостока в Аян и Олу движение по Аянскому тракту вновь оживилось. Для многих якутских и иркутских купцов этот путь оказался предпочтительнее более длительного и дорогостоящего пути через верховья Лены. По этому тракту в Якутск стали ежегодно доставляться мука, консервы, табак, мануфактура, металлические изделия и т.п.– до 50 тысяч пудов и главное – чай, закупавшийся в Шанхае в конце ХIХ века до 10 000 ящиков в год. С конца ХIХ века Аянский тракт все чаще именуется Аяно-Нельканским, а участок между Якутском и Амгой, где устанавливается регулярное почтовое сообщение,– Амгинским трактом 106 . К началу ХХ века он все больше приобретает самостоятельное значение как транспортная магистраль, соединяющая областной центр с Амгинской Слободой 107 .

Магазин А.И. Громовой в Олёкминске, начало ХХ века

По окончании русско-японской войны на охотском побережье стали преобладать японские рыбопромышленники и коммерсанты, активно «осваивавшие» богатства Охотского моря, ставшие им доступными по Портсмутскому мирному договору. Они активно включились в торговые операции, связанные с прибрежной торговлей и стали достойными соперниками американцев и англичан. Особым спросом на азиатском рынке пользовалась мамонтовая кость, которая добывалась издревле. Её «гнёзда» обычно находились по берегам рек после весенних разливов или в результате ливневых дождей, когда вследствие обвалов крутых берегов останки мамонтов полностью или частично обнажались. Торговля мамонтовой костью была разделена между торговыми фирмами А.И. Громовой, «Молчанов и Быков», «И.П. Антипин и Г.В. Никифоров», «Наследники Санникова» и якутским отделением «А.В. Швецов и сыновья». Их агенты скупали мамонтовую кость на севере или у посредников, но, главным образом, оптом на ярмарках. Таким же способом эти фирмы заготавливали и сбывали струю кабарги, пользующуюся большим спросом в Японии и Китае как сырье для изготовления качественных и высокоэффективных лекарств.

Громова Анна Ивановна Кушнарев Пётр Акепсимович

Одним из наиболее активных коммерсантов Якутии на рубеже ХХ века были наследники А.М. Кушнарева. В своё время он принимал участие в Иркутской ярмарке, наладив торговые связи с 35 представителями заводов, торговых фирм и с отдельными купцами, а также выезжал на знаменитую Нижегородскую ярмарку, где имел дело с доверенными лицами. Сумма полученных Кушнаревым кредитов составила 161,4 тысячи рублей. Дебиторами были 112 купцов различных городов Сибири и Европейской России. В Якутске у Кушнарева было двухэтажное каменное здание, в Иркутске – обширное дворовое место с каменными зданиями и двухэтажными жилыми постройками. После его смерти наследникам осталось движимого и недвижимого имущества на 1 миллион 67 тысяч 162 рубля.

Предпринимательством занималась вся семья А.П. Кушнарёва. Его супруга Екатерина вела оптовый и розничный отпуск вина и спирта. Дочь Агриппина (по мужу Бушуева) была доверенным лицом при закупках рогатого скота и лошадей, а затем открыла свои магазины и товарные базы в Охотске. Сын Петр 108 вёл коммерческие операции в северных округах, а затем занялся пароходством. Семья Кушнаревых отличалась деловой хваткой, охотно принимала опыт у ведущих купцов Сибири и Европейской части России. В то же время Кушнаревы использовали обычные методы первоначального накопления капитала – ростовщичество, спекуляцию, монопольные цены.

Кушнаревы не стали делить отцовское наследство и конкурировать друг с другом, справедливо полагая, что накопленный капитал при расчетливом ведении дел принесет большие прибыли. 9 марта 1903 г. в Якутске было зарегистрировано товарищество – торговый дом «Наследники А.М. Кушнарева» – торгующее галантерейными, мануфактурными, винно-водочными, бакалейными, скобяными и другими товарами в Якутске и Киренске. Совокупный капитал, вложенный в дело, составлял 900 тысяч рублей. Из них половина принадлежала Петру Кушнареву. Каждый из родственников-компаньонов мог создать или входить в другие товарищества. Приумножая свои богатства Кушнаревы отчетливо сознавали, что поступление товаров на отдаленные рынки и затруднения в их продаже удлиняют время пребывания капитала в сфере обращения. Замедление оборота, вложенного в товары капитала снижало норму прибыли. Поэтому Кушнаревы купили пароход, названный в честь отца «Акепсим», который доставлял товары в самые труднодоступные районы без устройства перевалочных баз. 1911 г. управляющий Якутским отделением Русско-Азиатского банка, учитывая, что Кушнаревы затратили на покупку парохода до 200 тысяч рублей открыл им дополнительный кредит на 75 тысяч.

Следующий этап роста дела Кушнаревых начался в 1913–1914 году, когда П.А. Кушнарев совместно с И.П. Антипиным (зятем В.Н. Ксенофонтова) организовал «Северное торгово-промышленное товарищество» (СТПО). До этого момента все крупные меховые фирмы действовали через своих агентов, местных купцов, выступавших в качестве скупщиков-посредников. СТПО под непосредственным руководством П.А. Кушнарева стало заниматься скупкой пушнины на Севере самостоятельно, вытесняя, как посредников, так и конкурентов. Его примеру последовали «Наследники А.И. Громовой», которые приобрели довольно крупное дело Г.Н. Габышева и организовали свое «Усть-Янское отделение наследников А.И. Громовой». Вскоре все крупные пушные фирмы Якутской области либо имели в Москве свои конторы, либо вступали в комиссионные отношения со столичными коммерсантами. Так, «Наследники А.И. Громовой» централизовали свою пушную торговлю через московскую «Главную контору». Их конкурент, самый богатый якут того времени 109 , Г.В. Никифоров (Манньыаттаах уола) 110 имел комиссию у фирмы «Шептунов и Скачков» в Москве, а СТПО действовало через московское представительство «Наследников А.М. Кушнарева».

Никифоров Григорий Васильевич Семёнов Алексей Алексеевич Барашков Семён Петрович

Крупные купцы и промышленники Якутской области составляли очень узкую группу, которую можно отнести к крупной буржуазии. Несмотря на погоню за прибылью и неприкрытую алчность, они в целом, решали жизненно важные для края вопросы ежегодного завоза товаров, скупки и вывоза местных продуктов и пушнины, сбыта их на российском и зарубежном рынках. Обороты торгового капитала способствовали росту предпринимательства, а также товарного производства в традиционном секторе, и развивали транспортную инфраструктуру.

Сезонность навигации требовала более надёжной связи с Россией, которую Крафт предлагал установить, проложив железнодорожную ветку до Усть-Кута. Поняв не реализуемость этой идеи, он предложил перекроить карту Якутской области, не считаясь с интересами местного населения. В частности, Колымский округ предлагалось присоединить к Камчатской области, а южную золотоносную часть Якутии – к Амурской. Взамен Крафт предлагал включить в состав Якутской области Охотский уезд, то есть обеспечить выход к теплому морю. Его центр – город Охотск был самым старым городом на Дальнем Востоке, имел не более тысячи жителей и являлся центром православия 111 . В описываемое время он служил перевалочным пунктом в торговле пушниной, снабжении продовольствием внутренних районов Колымы и восточной Якутии, а также являлся небольшим центром рыбозаготовительной отрасли. Не получив ответа из Иркутска, Крафт направил в Петербург предложение о создании Северо-Восточного генерал-губернаторства в составе Камчатской, Якутской областей и Чукотки с центром в Якутске. По его мнению, это позволило бы России содержать большой воинский контингент с госпиталями с целью защиты северо-восточных рубежей страны.

Офицеры Якутской местной команды. Начало ХХ века

Как показывают архивные документы, штат единственной воинской части, находившейся в распоряжении якутского губернатора, – местной команды 112 наряду с Бодайбинской был самым большим в Иркутском военном округе вследствие обширности территории. Местные команды РИА относилась к частям вспомогательного назначения и комплектовалась из русских крестьян, главным образом приленских, так как коренное местное население платившее ясак и было освобождено от военной службы. Функции команды определялись Уставом гарнизонной службы и заключались в обеспечении порядка и дисциплины, несении караульной службы, охраны и обороне хранилищ с вооружением, другими материальными средствами и иных военных и государственных объектов. Долгое время её начальником был Николай Димитрианович Попов (1873–1945), происходивший из священнической династии. Бросив учебу в Иркутской духовной семинарии, в 1896 г. он поступил вольноопределяющимся в Сибирский стрелковый батальон и вскоре был направлен в школу прапорщиков. В его рядах он принимал участие в подавлении «боксёрского восстания» в Китае. Во время русско-японской войны Н.Д. Попов участвовал в русско-японской войне в составе Восточно-Сибирской стрелковой бригады 113 . В 1907 г. он был переведён в местные войсковые части и проходил службу в Киренск и Бодайбо, а с 1909 года подполковник Н.Д. Попов возглавил местную команду и Якутский гарнизон. Во время первой мировой войны она играла роль депо для пополнений.

Помимо местной команды другой вооружённой силой в Якутской области являлся Якутский городовой пеший полк, который нёс службу на территории Якутской области и Охотского уезда. Его первоначальный штат 114 насчитывал пять сотен. В 1857 году после откомандирования первой сотни в Гижигу и Петропавловск он был уменьшен 115 , но его фактическая численность едва достигала половины. Из полка были выделены шесть команд 116 , которые выполняли полицейские функции и обеспечивали охрану государственных учреждений и объектов не только в области, но и на побережье Охотского моря 117 . В силу целого ряда причин, в основном материального характера, численность полка неуклонно сокращалась и к 1917 году состоял из 16 пятидесятников, 26 урядников и 369 нижних чинов. Большинство из них были результатом метисизации пришлых казаков и якутов.

Предложение Крафта об учреждении Северо-Восточного генерал-губернаторства вызвало неудовольствие его непосредственного начальника Иркутского генерал-губернатора А.Н. Селиванова, сделавшегося его открытым недоброжелателем и привело к переводу в Енисейскую губернию. На место деятельного чиновника был назначен безыциативный бюрократ Р.Э. фон Витте 118 , котором хозяйство области пришло в упадок. К началу 1917 г. он имел 30-летний стаж государственной службы. 16 декабря 1916 г. медицинская комиссия освидетельствовала в Якутске Витте и установила, что он страдает эмфиземой легких и артериальным склерозом слуха, «развитию которых в значительной степени способствовали суровые климатические условия Якутской области, а потому нести служебные обязанности не может». В январе 1917 года он ушёл в отставку с пенсией в 5000 рублей в год 119 , а его функции стал выполнять барон Д. О. Тизенгаузен, вице-губернатор 120 .