Чтение онлайн

Извлечем из книги Ерма сперва то, что она дает для уяснения событий в Риме. В дальнейшем мы попытаемся, пользуясь ею, познакомиться вообще с духовной жизнью эпохи: ибо эта книга, как сознавал и сам Ерм, освещала положение (отвечала на запросы) не одной Римской Церкви, — не напрасно старица-Церковь приказала через Климента рассылать ее во «внешние города», т. е. во всю Вселенскую Церковь.

И целое общество и отдельный ее руководитель-пророк обнаруживаются здесь вплоть до сокровенных движений своей души.

Первые видения Ерма были призывом покаяться и приготовиться к наступающему великому гонению (особенно Видения второе и четвертое). «Блаженны вы, которые претерпите наступающее великое гонение и не отречетесь от своей жизни», — возвещал Ерм. «Вы имеете образ великого бедствия», — говорил Ерм, рассказывая римлянам о своем видении. «Если приготовите себя и от всего сердца покаетесь пред Господом, то можете избежать этих бедствий (напастей)». Всего естественнее думать, что Ерм здесь говорит о тех бедствиях, которые Церковь пережила в последний год царствования Домициана.

Если бы эти бедствия были позади и речь шла уже о новых, то возможно ли было бы такое полное умолчание о только что пережитом гонении в 96 г., когда оно прямо относилось к теме проповеди Ерма? Мысли и чувства Ерма, особенно там, где он касается мучеников и отступников, носили бы следы свежей раны только что пережитого Церковью потрясения. На это нет никаких указаний. О мучениках он говорит в первых Видениях в выражениях, которые скорее напоминают времена Нерона (звери, крест), а отступники у него — это люди, запутавшиеся в житейском, которые постепенно погрязли в свое отступление. Скорее всё говорит за то, что ему поручено приготовить Церковь, себя и свою семью к крупным испытаниям, после многих лет сравнительно мирной жизни.

Тогда мы в его проповеди получаем ключ к пониманию жизни Римской Церкви вслед за смертью апостолов. Десятки лет мирной жизни (около 30 лет между гонением Нерона и последним годом царствования Диоклетиана) расслабляюще подействовали на Римскую христианскую общину. Христиане могли мирно торговать, участвовать в общественной жизни Рима. Незаметно для себя они оказывались втянуты в круговорот жизни языческого мира. Многие оказались втянуты в обширные торговые предприятия (в том числе сам Ерм); другие покупали поместья, строили великолепные здания, ненужные жилища (Подобие первое). Кто чем увлекся, вероятно, соответствовало их дохристианскому прошлому (Видение третье, 9). И вот плоды: «Вы, обремененные житейскими делами, впали в беспечность, — обличает римских христиан явившийся Ерму Ангел, — одряхлел ваш смысл… Дух ваш обветшал и ослабел и не имеет силы от грехов ваших и сомнений сердца» (Видение третье, 11).

Позднее Ерм подробнее раскрывает весь путь падения многих христиан-современников и дает советы, как исправиться. В первых же Видениях ему лишь кратко и сжато раскрыто было падение как его собственное и его семьи, так и окружающих, и поручено призвать к покаянию и приготовить всех к наступающему гонению. Истинное покаяние могло, по словам Ерма, предотвратить грозившее бедствие. Во всяком случае покаяние делало христиан способными перенести его с пользою. Ерму явился ужасный зверь. Ангел ему поясняет: «Зверь есть образ грядущей великой напасти. Поэтому если приготовите себя и от всего сердца покаетесь перед Господом, то можете избежать ее… Те, которые пребудут тверды (в грозившей напасти) и будут искушены ими, очистятся. И, как золото оставляет нечистоту свою (через огонь), так и вы — оставьте всякую скорбь и печаль (житейские) и очиститесь и будьте годны для здания башни» (строящегося на протяжении веков здания Церкви — Царствия Божия, которое было также показано в видении Ерму) [78] .

Впечатление от первых видений Ерма таково, что нечистота, которая накопилась в семьях в течение тридцати лет мирной жизни после смерти апостолов, даже в среде выдающихся христиан, как Ерм, собрала над Римскою Церковью грозную тучу очистительного гнева Божия.

Призыв к покаянию, который получил Ерм в своих видениях, должен был или отвратить это наказание, или хотя бы сделать христиан способными с пользою перенести его.

Больше всего заботят Ерма разбогатевшие христиане, им угрожает наибольшая опасность — тем, «которые любят настоящий век, роскошествуют в богатстве своем и не ожидают благ будущих: гибнут души их» (Видение первое). Действительно, богатым всего труднее, вероятно, было перенести гонение Домициана: ссылки, конфискацию и т. п.

Домициановские меры борьбы больнее всего отражались на богатых. Об этом предупреждала Ерма старица-Церковь: «Когда придет гонение, то ради богатств своих и попечений отрицаются (они) Господа» (там же).

Мы видели по предыдущему, что никому, кажется, апостол Павел не отдал столько сил и любви, сколько Церквам Малой Азии и особенно Ефесской Церкви. «Три года день и ночь непрестанно со слезами учил» он ее (по собственному признанию), не пропуская ничего ей полезного. Три года работал он в Ефесе Господу «со всяким смиренномудрием и многими слезами», не упуская возвещать «всю волю Божию». На любовь отвечая любовью, с немалым плачем провожали его ефесяне, падали к нему на шею, целовали его, провожая его в последний раз (Деян. 20).

Не один Ефес отозвался на проповедь апостола Павла: вся Малая Азия, которую как бы возглавлял Ефес, покрылась церквами. В Колоссах, в Пергаме, в Иконии, в Филадельфии, Фиатире, в Троаде, Лаодикии, Сардах, Иераполе и других городах Малой Азии появились христиане. «Не только в Ефесе, но почти во всей Асии этот Павел своими убеждениями совратил немалое число людей», — говорили, по словам Деяний (19, 26), враги апостола Павла. Даже среди «Асийских начальников» в Ефесе мы видим друзей апостола (Деян. 19, 31). Но мы видим сверх того, что в Малой Азии потрудился и апостол Петр: в первом своем Послании он обращается к христианам Понта, Галатии, Каппадокии и Вифинии — областей Малой Азии, многих жителей которых он, по-видимому, привел ко Христу (см. дальше письмо Плиния и объяснения к нему).

Но как ни широко раскинулось христианство в Малой Азии, Ефес и тесно связанная с ним Смирна долго сохраняли особое значение священного средоточия христианства. Недаром апостол Павел вручил Ефес своему наиболее близкому и любимому ученику Тимофею, а апостол Иоанн Смирну — святому Поликарпу. В Ефесе же пребывала некоторое время, по одному преданию, Матерь Божия и доживал свою долголетнюю жизнь (до времен Траяна, 98— 117 гг.) апостол Иоанн Богослов, окруженный своими учениками — старцами Малоазийскими. Все это дало очевидные плоды. В начале II в. (около 112 г.) правитель Вифинии, одной из областей Малой Азии, известный Плиний Младший, жалуется в письме к императору Траяну, что «не только в города, но и в села и в деревни проникла зараза этого суеверия» («заблуждения» христианского). Плиний пишет об «опустевших храмах», «о священных церемониях (языческих, конечно. — С.М.), давно прекращенных, о жертвенных животных, для которых весьма редко находился покупатель». «Люди всякого возраста, всякого состояния и обоего пола заблуждаются и стоят на дороге к заблуждению», — сообщает ученый правитель (см. 97-е или, по др. изданиям, 96-е письмо Плиния [79] ). Такого успеха к началу II в. не знало христианство еще нигде. Разве один Рим, как средоточие тогдашней мировой жизни привлекший к себе по разнообразным поводам множество людей, в том числе и многих христиан, несколько приближался по значению и обилию христиан к Малоазийским Церквам. Антиохийская, Иерусалимская Церкви, столь славные в предыдущем поколении, отходят в тень. Антиохийская Церковь, за исключением личности своего епископа и мученика — святого Игнатия Богоносца, мало заметна в истории конца I и первой половины II в.

Разрушенный Иерусалим поблек. Незаметно, ничем почти не проявляясь, ютились остатки Иерусалимской Церкви по сохранившимся после восстаний и пленения народа иудейского городкам Палестины. Преимущественно они держались в г. Пеле, в области благожелательного к христианству царя Агриппы II, с которым еще имел дело апостол Павел. Это он сменил младшего первосвященника Анну (Аннена) — виновника смерти апостола Иакова, брата Господня. В Пелу иерусалимские христиане переселились перед восстанием по особому откровению свыше. Ими руководил вплоть до времен Траяна (106–107 гг.) преемник апостола Иакова и также родственник Спасителя старец епископ Симеон, сын Клеопы, доживший до 120 лет и кончивший жизнь, по доносу еретиков, славным мученичеством.

Палестину покинули апостолы и большинство их выдающихся учеников и сотрудников. Многие из них — апостол Иоанн Богослов, святая Мария Магдалина, один из семи диаконов — Филипп с дочерьми-пророчицами и другие старцы, свидетели жизни Спасителя, подвигов и проповеди апостольской, перешли в Малую Азию, дожив там до времен Траяна и даже еще позднейших. Перейдя в Малую Азию, эти живые свидетели евангельских событий и сотрудники апостолов с большим успехом послужили Вселенской Церкви. Нужно помнить, что после разрушения Иерусалима, привлекавшего паломников со всего мира, и после ухода и смерти большинства апостолов Палестинская Церковь быстро теряла свое вселенское значение. Еврейский язык, незнакомый громадному большинству Церкви, еврейские обычаи, которым не следовали Церкви из язычников, сильно отгораживали Палестинскую Церковь от остального христианского мира. Конечно, для еврея-христианина, в котором христианский дух бил живым ключом, это не было причиной разобщения со Вселенской Церковью. Но все же из Малой Азии, разнообразными нитями связанной со всем грекоримским миром, легче и доступнее растекалось по всему телу церковному богатство живого предания, сохраненного здесь самими свидетелями жизни Спасителя и основания Церкви.