Очерки, статьи
Шрифт:
Крестьяне Фуэнтедуэньи слышат рев и говорят:
— Наши пушки.
Линия фронта идет, изгибаясь, с севера к Мадриду.
Это — сорванные двери опустевших домов. Те, кто пережил бомбардировку, тащат их на укрепление новых окопов.
Когда сражаешься, защищая свою родину, война становится почти буднями. Можно есть и пить, спать и читать газеты.
Громкоговоритель Народной армии, — слышимость два километра.
Когда эти люди три месяца назад пошли на позиции, многие из них впервые держали в руках винтовку. Некоторые даже не умели ее перезаряжать. Теперь они обучают новобранцев, как разбирать и собирать винтовку.
— Это — траншеи, проходящие по самому Мадриду после взятия Университетского городка неприятелем. После нескольких контратак неприятель все еще находится в Каса-де-Веласкес, в замке налево, с двумя остроконечными башнями, и в разрушенном клиническом госпитале.
Бородатый человек — командир Мартинес де Арагон. До войны был адвокатом. Это был храбрый и талантливый командир. Он погиб в атаке на Каса-дель-Кампо в тот день, когда мы снимали этот бой.
Мятежники пытаются занять клинику.
Хулиан, парнишка из деревни Фуэнтедуэнья, пишет домой:
«Папа, я приеду через три дня. Скажи маме».
Сбор воинских частей. Рота собралась, чтобы выбрать представителей на большой митинг в честь объединения всех отрядов Народной милиции во вновь формируемые бригады Народной армии.
Стальной кулак республиканской Испании.
Энрике Листер [44] — каменщик из Галисии.
За шесть месяцев на фронте он из простого солдата стал командиром дивизии. Он один из самых блестящих молодых бойцов республиканской армии.
44
Листер, Энрике (1907—1995) — один из лидеров Коммунистической партии Испании; в 1932 г. покинул Испанию и жил в Москве, где работал на строительстве метро; с 1932 по 1935 г. учился в Академии им. Фрунзе. В 1935 г. вернулся в Испанию; во время гражданской войны, начав службу рядовым бойцом, дружинником народной милиции, стал одним из главных военачальников Республики. После поражения республиканцев жил в изгнании в Москве; во время Великой Отечественной войны воевал в рядах Красной армии.
Митинг в честь объединения всех полков Народной милиции.
Энрике Листер говорит:
— Части народного ополчения, так же как и наш доблестный Пятый полк, становятся частями Народной армии, потому что они отлично выполнили свой боевой долг в обороне. Теперь, товарищи, настал час, когда мы переходим в наступление.
Карлос — один из первых командиров Пятого полка. Он говорит о Народной армии, о ее борьбе за испанскую демократию, за правительство, избранное самим народом.
В совместной борьбе мы выкуем новую, сильную Испанию!
Карлос говорит:
— Крепче ряды. Они не пройдут! Они не прошли! Им не пройти никогда! У Испании будет своя непобедимая, мощная армия! И на обломках прошлого ценою крови лучших сынов Испании будет создана демократическая свободная и мирная страна — счастливая, цветущая Испания!
— Товарищи! Пятый полк влился в Народную армию и прекратил свое существование. Да здравствует наша столица, непобедимый, неприступный Мадрид! Да здравствует Народная армия, армия побед! Вперед! За могу чую, счастливую Испанию! За победу! Salud!
Хосе Диас [45] . До того как стать членом испанского парламента, он работал по двенадцать часов в день.
Хосе Диас говорит:
— Народная армия будет построена на принципах широкого демократизма. В ее состав войдут представители всех антифашистских партий. Это обеспечит крепкую спаянность и единение, а в них — залог победы. Она будет знать одно только соперничество — соперничество в героизме, в боевой доблести.
Густав Реглер [46] . Один из писателей Германии, сражавшийся в Испании за свои идеалы. В июне он был тяжело ранен. Реглер говорит о единстве Народной армии. Оборона Мадрида навсегда останется примером верности и мужества.
45
Диас, Хосе (1896—1942) — испанский профсоюзный деятель, генеральный секретарь Коммунистической партии Испании в 1932—1942 гг. Руководил компартией во время гражданской войны в стране, не занимая государственных постов.
46
Реглер, Густав (1898—1963) — немецкий писатель; во время гражданской войны в Испании — комиссар 12-й Интербригады; ранен во время Гвадалахарской битвы (март 1937 г.).
Густав Реглер говорит:
— Приветствую товарищей Пятого полка! Им — наше восхищение, наши лучшие чувства. Мы восхищаемся дисциплиной, проявленной вами при обороне Мадрида мы восхищаемся вашим героизмом, мы храним в памяти имена ваших погибших товарищей. И сегодня мы приветствуем вас за высокую сознательность, проявленную вашим революционным полком в деле создания Народной армии.
Теперь выступает самая знаменитая женщина Испании. Ее называют Пассионария [47] . Она — не романтическая красавица, не Кармен. Она — жена бедного астурийского горняка. Но ее голосом говорит новая женщина Испании. Она говорит о новом испанском народе. Это новый народ, дисциплинированный и мужественный. Это новый народ, выкованный дисциплиной его бойцов, непоколебимым мужеством его женщин.
47
Пассионария (исп. Passionaria, «пламенная», или «цветок страстоцвет») — прозвище Долорес Ибаррури (1895—1989), лидера испанских коммунистов, активной участницы республиканского движения в годы гражданской войны, с 1937 г. — вице-председателя кортесов.
Пассионария говорит:
— Пятый полк внесет дух дисциплины, организованности, дух отваги и самопожертвования в нашу великую Народную армию, где объединены все лучшие силы нашей Республики, все лучшие чувства народа — от безудержной отваги наших бойцов на поле битвы до пыла наших девушек, агитирующих на фронте.
Слышен голос, — его передают через громкоговоритель с фронта.
Хосе Нейва говорит:
— Солдаты дивизии «Двенадцать знамен»! Хосе Нейва говорит с вами. Вы узнаете меня? Я теперь среди ваших братьев в Республиканской Народной армии, где нас прекрасно приняли. Так тепло примут и вас, если вы перейдете сюда.
В подвалах этих разрушенных зданий засели неприятельские солдаты. Это марокканцы и гражданская гвардия. Они не трусливы — иначе они не удержались бы в таком безнадежном положении. Но они профессиональные солдаты, сражающиеся с вооруженным народом. Они сражаются, чтобы навязать народу, против его воли, волю военщины, и народ ненавидит их, ибо, не будь их упорства, не будь постоянной помощи Италии и Германии, мятеж в Испании окончился бы через шесть недель, после того как он вспыхнул.
Университетский городок. Слышна испанская команда:
— Два метра вправо… огонь!
Тем временем президент республики произносит речь в парламенте.
Президент Мануэль Асанья [48] говорит:
— На нас напали, не считаясь с волей народа. Враг забыл, что испанские народные массы веками боролись против тирании. Он поражен их сопротивлением фашизму, их помощью нашей столице — Мадриду, даже в самых глухих деревушках.
Мэр Фуэнтедуэньи говорит:
— Надо кончить эту работу вовремя, чтобы поскорей помочь обороне Мадрида. У нас уже есть машины: мы купили их на деньги, оставшиеся с прошлого года, и мы воодушевлены желанием работать. Сейчас нам нужен только цемент, — скоро мы его получим.
48
Асанья, Мануэль (1880—1940) — испанский политический деятель; с 1931 по 1933 г. был премьер-министром республиканского правительства, провел ряд социальных реформ; его антиклерикальная политика и преобразования в военной сфере вызвали недовольство генералитета и офицерского корпуса, что в конечном счете вылилось в антиреспубликанское восстание); с 1936 г. занимал пост президента Республики; в феврале 1939 г., убедившись в неизбежности поражения республиканцев, эмигрировал во Францию.
Дворец герцога Альба разрушен бомбардировкой мятежников. Сокровища испанского искусства тщательно охраняются республиканскими войсками.
Этот батальон идет на отдых, и Хулиан, тоже получивший трехдневный отпуск, уезжает в деревню.
ПИСЬМО ХУЛИАНА ОТЦУ
«Дорогой отец!
Долго не получал я ни от кого из вас ответа и теперь берусь за перо, чтобы черкнуть вам несколько слов. Мы хотим воспользоваться передышкой и провести несколько дней в деревне. Я приеду десятого. Скажи матери. Надеюсь найти вас всех в добром здоровье.