Чтение онлайн

Естественно, удивительно то, что власть старого германского преддворянства была так легко отбита новым служебным дворянством. При этом нужно думать, что оно должно было быть, конечно, старым германским преддворянством, которое успешно привело к крушению римского государства и лишь несколькими годами раньше (даже без лошадей) успешно разбило арабов. И тогда Карлу Великом удалось это старое преддворянство лишить власти и поставить вместо него новое служебное дворянство, и так, что мы не слышали о каких-либо обоснованиях или проблемах. Восхищающий исторический феномен, который в исследованиях до сих пор еще вообще не обсуждается. (!)

Самым важным ведомством раннесредневековой экономики и администрации был пост графа. Граф не был первоначально никем другим, чем нормальным управленцем без собственных требований собственности. Следовательно, графы и старосты (фогты) представляли сначала лишь интересы владельца собственности. И, владельцем собственности был преимущественнро монастырь или (вероятно, гипотетически) король (но, очевидно, не князь).

«Тем, что каролингская политика подняла институт графов до одной из самых важных должностей во внутреннем управлении, она также способствовала оживлению путей сообщения, так как графы держали производство и содержание всех общественных дорог и заботились о трасах, дамбах, мостах ... Также они должны были заботиться о безопасности дорог и торговых путей и следить за рынками. Торговцам в IX и X столетиях императора охотно была предоставлена особая защита, право свободы перемещения и свобода торговли, которая была действенной, только если графы исполняли долг и заботились о безопасности лица и собственности торговцев... Таким образом, графы были также опорой важных экономических функций». (Stromeyer, 157)

Следовательно, этот институт был очень влиятельным. Очевидно, этот институт следил за всеми случами для того, чтобы также наживаться экономическим путем лично и быть могущественным в военном плане.

Во всяком случае, графы скоро обособили себя и добились власти:

«Все общее собственное могущество административной власти принесло очень скоро небольшую свободу познания, и, чтобы надежно избежать угнетения и произвола, был дан только один путь: становиться добровольно под защиту графа... или встать под его фогтом и ему перенести недвижимое имущество. Следовательно, из-за того, что ведение борьбы против вышестоящих в плане экономическом и политическом господина и должностного лица неизбежно в результате привело бы к обеднения, то из соображений меньшего зла выбиралось уменьшение номинальной свободы личности». (Stromeyer 156).

Но почему (вероятно гипотетически) король это допустил? С одной стороны, историки каролингов подтверждают, что он должен был с помощью этих графов и фогтов форимровать выдвигающуюся вверх систему управления. С другой стороны, не удивительно, что эти должностные лица (за счет короля?) становились все более могущественными. (Slromeyer, 156). Следовательно, ситуация становилась бы ровно противоположной к абсолютизму, когда король стал могущественным за счет дворянства. Но прежде всего интересно то, что в этой картине мира король стоит в начале общественного развития. Очевидно, уже тогда существуют имеющие короля назначенные управленцы, которые тогда за свой счет обособляются и частично поднимаются к князьям.

По нашему мнению, изображение историков ошибочно. Служебное дворянство графов и фогтов наживется не за счет короля (которого, вероятно, еще не было), но за счет монастырей. Коммунизированные христианские монастыри были, конечно же, в Германии в раннее средневековье существенным экономическим двигателем (в то время в источниках ничего не слышно о короле как об экономическом факторе, разве что он должен раздаривать землю и имущество). Тем, что управленцы христианских коммун обособлялись и приватизировали прибыль, стали они независимыми владельцами основ. Только тогда владельцы основ выберут одного из себя как короля, чтобы улаживать их споры. Это, естественно, только гипотеза, но картина, нарисованная подтверждающими историкми, тоже чисто гипотетическая, так как она не может быть подтвержденной источниками [150] [150].

Положение источников по проблематике собственности раннего средневековья больше чем плохое. Оно катастрофическое. Для епископства Констанца (Св. Галлена и Райхенау), совершенно надежно одного из самых старых и могущественных епископств, например, имеются только источники из XIV столетия и документы Барбароссы из XII столетия. Исследование удивлено тем, что в этом документе Барбароссы владение епископства предстают столь мелкими. Стромайер говорит о «решительно скудном имуществе, которое обнаруживает документ Барбароссы». (139) С другой стороны, преположительно то, что вто же время владения нескольких графов и Фогтов, расположенных по соседству, удивительно велики.

***

Если рассматривать результаты генеалогического исследования, то мы с удивлением зафиксируем, что имеется кое-что то, что можно бы назвать совершенной генеалогической цезурой, которая соответствует определенному способу передаче собственности в наследство, который мы предполагаем в средневековье. В Германии самые длинные родословные имеет, само собой разумеется, немецкое высшее дворянство. Но это высшее дворянство засвидетельсвовывает себя тоже только примерно от 1000 года, причем данные до 1150 года рассматриваются исследователями как высокоспекулятивные и спорные (Мы следуем здесь прежде всего: доктор Камиль фон Бер (Dr. Kamill von Behr, Genealogie d.i. Europa regierender Fuerstenhausen («Генеалогия, что значит правящие княжеские дома»), Лейпциг в 1870). Наверняка то, что наново немецкое высшее дворянство сформировалось примерно около 1150 года, такдже как и то, что в Германии нет никого, как верится, кто вел бы происхождение от Карла Великого, Отто Великого, Генриха IV и даже от Фридриха Барбароссе. Фридрих Барбаросса, который выставил так много охранных грамот, окажется вообще не свидетельствуемым никакими родственниками и потомками. Салии [151] [151], Гогенштауфены, Каролинги и Оттоны, которым немецкое государство благодарно за столь большое количество реформ, не подтверждаются никакими потомками. Либо же эти роды были полностью искоренены (это при постоянно действующей тенденции к династическим бракам—ВП). Все это благородные роды исчезли, во всяком случае, из истории полностью для того, чтобы в XII веке, с одной стороны, в Саксонии и Баварии начать борьбу Гвельфов и Габсбургов, и с другой стороны для того, чтобы для создать место для Гогенцолернов [152] [152], саксонских Веттинеров, Виттельсбахов [153] [153], Ангальтов, Бадененов и Ройсов. (Впрочем, никто не является родственником Карла Великого и во Франции).

Если мы рассматриваем родословные деревья этот благородных родов, то тогда мы можем видеть уже в кличках, что с конца XII столетия в почти во всех родах может наблюдаться внезапное богатство. Мы открываем в родословных деревьях:

* Альберт Богатый (1199+) у Габсбургов,

* Отто Богатый (1190+) у саксонских Виттинеров,

* Генрих Богатый (1251+) у Нассауэров, и

* Генрих Богатый (1209+) у Ройсенов.

До 1150 мы не нашли (таких) кличек ни в какой семье и после этого только еще однажды у саксонских Веттинеров (Вильгельм Богатый, 1411+). Гогенцолерны, согласно такой кличке, в начале XIII столетия еще не богаты, но мы находим Фридриха III (или первого ?) как графа замка из Нюрнберга уже в таком многообещающем исходном положении.

Самым мощным дворянским домом окажутся в средневековье Гвельфы [154] [154]. Они утверждают, что прибыли из Италии и были родственны с Отокаром (что мы считаем обоснованным). Мы находим их в XII столетие как (вероятно первых) герцогов Баварии и Саксонии, и они предоставлены со времен Отто (IV) [155] [155]. В 1198 году в Германии появился первый король, которому хоть кто-то является родственен (речь идет о Филлипе Швабском, брате Генриха VI и сыне Фридриха I Барбароссы, годы правления 1197-1208). (Таблицы происхождения содержат также информацию, что замок Габсбург был воздвигнут около 1000 года Вернером, епископом Зальцбурга. Тогда неясно, когда он перешел в частную собственность семьи).

Имена изменяют наше представление таким же образом, как и далее идущая история. Внезапное богатство приводит в следующих поколениях к самонадеянности. Мы находим при Веттинерах после Отто Богатого Альберта Гордого, но также Дитриха Угнетенного и самого сына Генриха Ваше Сиятельство (Erlauchte) (1288+). XIII столетие является столетием Его Сиятельств (Erlauchten) и гордых. Так, примерно, Фридрих Его Сиятельство (Erlauchte) (1289+) при Гогенцоллернах или Отто Его Сиятельство Erlauchte (1253) у Виттельсбахов. В следующем поколении следуют затем строгие, неприличные и наивные. Приставка «Рыцарь» (Ritter) внезапно появляется впервые только во второй половине XIII столетия. Фридрих Рыцарь (1296+), еще часто будет предоставлен тогда у Гогенцоллернов.

Ввиду этих фактов и при отсутствии Должных сведений в источниках кажется нам грубо дезориентирующим то, как всезнающий историк говорит о дворянстве времени каролингов: «Уже во время каролингов старое дворянство полностью слилось со служебным дворянством. Из высших родов должностные лица франкского времени, которые были с дворянством одной плоти, образовались как высшее сословие князей. Они были владельцами высших постов... герцоги, маркграфы и графы. Путем наследования... чиновничество пришло к учреждению как «высокоблагородных» появляющихся княжеских родов и династий». (М. Stromeyer, 157). В действительности могло бы быть так, что дворянство возникло из-за приватизации и наследования ведомств; но ошибочно было бы утверждать, что этот процесс имел место уже в IX столетии.