Чтение онлайн

– Все равно рискованно, – возразил Рорк. – Но риск мог подогревать его аппетит.

Ева покачала головой.

– По-моему, он не похож на рискового мужика. Я тебе больше скажу: мне кажется, он считал, что сидит надежно, как в танке. Тут то же самое, что с финансами. Он позаботился, он принял меры. Обычно одна из его дочерей подливала в воду водку, а жена ничего не знала. Знали только его менеджер, работавший с ним больше двадцати лет, и телохранитель, которому он доверял. Все в семье. У него такая привычка – заправлять воду водкой, но жена пребывала в неведении. Она не притворялась, она и вправду не знала. Если уж ему это сходило с рук, почему бы не завести шашни на стороне?

– Мира нашла бы более возвышенные определения, – заметил Рорк после минутного молчания, – но схему ты описала четко и вполне логично. Вот этот адрес.

Ева окинула взглядом особняк на Парк-авеню.

– Очень мило, просторно, шикарно. Собственная берлога для семьи, отличная охранная система. Сегодня он ушел на прогулку. Если верить младшей дочери, была у него такая привычка. Отшить телохранителя и пойти прогуляться. Для медитации, чтобы зарядиться энергией. Бьюсь об заклад на что хочешь, прогулялся он вот до этого угла и взял такси.

– И поехал в отель «У Марка». – Рорк повернул, чтобы вывести машину на Мэдисон-авеню. – Ночью движение поменьше, днем добираться дальше.

– Ну, допустим, у него это заняло бы вдвое больше времени, чем у нас сейчас. Примерно за то же время он мог и пешком дойти. Но идти пешком шесть-семь кварталов? Слишком рискованно. Многие могли бы узнать его в лицо. Ньюйоркцы привыкли к известным лицам и в большинстве своем на них не реагируют. Они скорее будут есть кошачье дерьмо, чем тыкать пальцами в знаменитость. Но ты смотри: мы проезжаем мимо больших магазинов, ресторанов…

– Где толкутся туристы, – закончил за нее Рорк.

– А они обычно не так пресыщены. Так что хватаешь такси, и ты на месте через… – Ева бросила взгляд на часы, когда Рорк остановил машину перед отелем «У Марка». – Удваиваем время и получаем десять минут. Это максимум, скорее восемь. – Она показала свой жетон швейцару, подбежавшему к машине. – Мне придется оставить машину здесь.

– Ну, может, хоть подвинете ее чуть подальше? – сквозь зубы прошипел швейцар. – Через пару часов у нас тут будет много приездов-отъездов.

– Конечно.

Рорк сдвинул машину на пару корпусов вперед. Ева вышла на тротуар и, ожидая, пока он присоединится к ней, принялась осматривать здание отеля.

– Это ведь не твое? – повернулась она к Рорку.

– Нет, не мое. Но я могу это устроить, если поможет.

– Да нет, я думаю, и так справлюсь. А почему это не твое?

– Несмотря на твою убежденность в обратном, на самом деле я не владею всем на свете. А уж это… – Рорк сунул руки в карманы и так же, как Ева, окинул здание изучающим взглядом. – Местоположение хорошее, но архитектура мне не нравится. Утилитарный послевоенный стиль, но с претензией на солидность. Это скучно. Будь здание постарше, я мог бы устроить тут косметический ремонт, но оно довольно новое. Да и интерьер пришлось бы переделать, перепланировать по моему вкусу. Обычно отель загружен только наполовину. Цены слишком высоки из-за местоположения, сервис им не соответствует и нет приличного ресторана.

Ева покачалась с каблука на мысок.

– Надо же, какой глубокий анализ! А я просто подумала: какая уродливая коробка.

– Ну что ж, это короткий вариант ответа.

– Ты подумывал о покупке?

– Нет, просто проверял. Я проверяю разные веши, дорогая, это один из многих факторов, которые нас роднят. Полагаю, ты приехала сюда что-то проверить, и мы не просто стоим на тротуаре в половине третьего ночи, чтобы подышать воздухом и оценить убогость архитектуры.

– Они скоро вернутся. После такого бурного вечера они вернутся прямо сюда и разойдутся по своим комнатам. Или заглянут друг к другу за утешением. Да-да, конечно, им захочется еще разок все обсудить. Но она ни к кому не пойдет. Ей захочется побыть одной.

– Любовница? – догадался Рорк.

– Точно. Ставлю деньги на певицу-блондинку.

– Да они там все блондинки.

– Верно, – кивнула Ева. – Певица-блондинка с самыми большими буферами.

– Поскольку не все мужчины увлекаются большими буферами – и первый среди них я, – полагаю, ты имеешь в виду запись. Там была пышногрудая блондинка, она упала на колени и зарыдала.

Ева ткнула его кулаком в плечо.

– Ты просмотрел запись!

– Я проверяю разные вещи, – повторил Рорк.

– И твое мнение?

Он поднес ее руку к губам.

– Я не стал бы держать пари против тебя.

Ева повернулась, когда длинный лимузин остановился у тротуара позади ее жалкой полицейской машины, и стала наблюдать за выходящими оттуда людьми. Мужчина, женщина, еще одна пара, еще один мужчина, следом за ним поющий квартет. Держась поближе друг к другу, они двинулись к входу в отель большим голубым облаком.

– Дадим им пару минут, пусть разойдутся по комнатам. Можно было подождать до утра, – пробормотала Ева, даже не обращаясь к Рорку, – но она скорее может открыться сейчас. Пусть уйдет к себе в комнату. Подальше от остальных.

– А если она признается, что была его любовницей, что это тебе дает?

– Не знаю. Посмотрим. Один след выводит на другой. Может, это мотив? Ей хотелось большего, он отказал. А может, у нее есть ревнивый дружок или бывший любовник. А может… У меня есть и другие версии. Ладно, пошли терроризировать ночного портье. Никаких взяток, – добавила Ева. – А то никакого веселья не получится.

Ева вошла, пересекла вестибюль с унылым серым полом и тяжелой мебелью в безвкусных цветастых чехлах. Рорк заметил, что она движется своей стремительной, съедающей пространство походкой. Эта походка всегда его волновала.

Ева шлепнула свой жетон на стойку администратора, за которой стоял робот в строгом черном костюме.

– Добрый вечер, – сказал он, и Рорк мысленно подивился, кому пришло в голову запрограммировать для робота такой манерный британский акцент. – Добро пожаловать в отель «У Марка».

– Улла Пинц. Мне нужен номер ее комнаты.

– Простите, я не вправе разглашать номера комнат наших гостей. При обычных обстоятельствах я был бы рад позвонить для вас в комнату гостя и спросить разрешения. Но мисс Пинц только что пришла и попросила ее не беспокоить. Произошла ужасная трагедия.

– Да-да. Парень умер. Я – коп. – Ева подняла свой жетон, повертела им перед роботом. – Угадай, что я здесь делаю.

Он ответил ей пустым взглядом. Еве пришлось признать, что в этом – главный недостаток служебных роботов: обычно они не понимали сарказма.

– Давай говорить кратко, – решила Ева. – Мисс Пинц – свидетельница упомянутой ужасной трагедии. Я – следователь по делу. Дай мне номер ее комнаты, или я отволоку все твои батарейки в полицейское управление, там их тебе прочистят, а я получу ордер, чтоб тебя вообще отключили за воспрепятствование правосудию.