Чтение онлайн

— Как можно скорее, — кивнула Джулия. — Не обижайся, Зак, но мне хочется покончить с этим делом и убраться отсюда. Я и так схожу с ума из-за всех этих высоких сфер.

— Лучшего времени, чем сейчас, не придумаешь — решил Зак.

Он щёлкнул своим мобильным телефоном и набрал номер.

— Да, мистер Барон, вы хотите приехать и посмотреть на эти планы сейчас? Или подождать до завтра?

Зак выслушал ответ.

— Хорошо, скоро увидимся.

Он отключился.

— Человек подъедет. Тем более, что у него есть здесь другие дела.

— Но, Зак, ведь это — дом моей мамы, — испугалась Джулия. — Только не говори мне, что моя собственная мать замешана в эту террористическую историю вместе со всеми вами!

— Нет, она не замешана, просто она помнит меня по старым временам, и она всегда думала… ладно, в любом случае, она только…

— Она всегда считала, что я должна была тебя дождаться, — вздохнула Джулия. — Да, Зак, я знаю. Она говорила это. И не один раз.

— Я пытался ей объяснить, что это не была твоя вина, что, когда мы сначала прибыли в Ирак, нам обещали замену личного состава каждые пятнадцать месяцев, а кончилось тем, что я проторчал там четыре года, — сказал Хэтфилд. — И единственной возможностью для меня убраться оттуда даже после четырёх лет оказалась ранение в ногу. Никто в здравом уме и не мог ожидать, чтобы ты ждала так долго чего-то, что, возможно, никогда бы не произошло. Я и не ожидал. Джулия, я не знаю, волновало ли тебя это когда-нибудь, но я хочу, чтобы ты знала: нам было здорово. В том, что нас связывало, в любом случае, независимо от того, что ты думаешь обо мне теперь.

— Да, Зак, меня это беспокоило, и я рада слышать эти твои слова, — ответила она.

— Джул, — позвала её мать снизу. — Тэд пришёл!

— О, Боже! — вскрикнула Джулия в панике. — Я и забыла, что она собиралась позвать Тэда! Давай я спущусь к ним, а когда мы будем в гостиной, ты сможешь потихоньку спуститься по задней лестнице и выйти с чёрного хода!

— Не нужно, — засмеялся Зак, поднимая винчестер и шляпу с пером. — Мы с Тэдом постоянно видимся. Нам нужно.

— Что ты несёшь! — поразилась Джулия. — Ну, иди же, быстрей! Я не верю, что мой брат — один из вашей… вашей банды!

— Нет, он не с нами, — кивнул Зак. — Тэд — храбрый и достойный мужчина, который оказался в невозможной ситуации и пытается выполнять свой долг несмотря ни на что. Я оказываю ему всю возможную помощь, хотя должен признать, что было несколько напряжённых моментов. Но за прошлые три года ни один местный полицейский в округе Клэтсоп не был убит добровольцами Добрармии, а ввиду того, что происходило в остальной части Северо-Запада после 22 октября, это — чертовское достижение, и лично он и ты должны этим гордиться.

Джулия спустилась с лестницы и увидела брата, ждущего её в гостиной, который очевидно только пришёл с работы, так как был в форме шерифа. Тэд выглядел усталым. Он постарел, но не так, как Зак, и Джулия внезапно почувствовала, что действительно очень рада видеть брата, потому что представила себе, каково ему приходится во всём этом бардаке, и какая опасная жизнь для него настала. Они крепко обнялись. Тэд оглянулся и увидел, что Хэтфилд стоит в дверном проёме за Джулией и коротко кивнул.

— Зак, — сказал он.

— Привет, Тэд, — ответил Хэтфилд.

Лир посмотрел на сестру.

— Джул, знаешь, не могу выразить словами, как я рад увидеть тебя снова, но признаюсь, что меня встревожили некоторые вещи, о которых рассказал мне Зак. Я последние годы радовался, что ты в безопасности и живёшь своей жизнью в Калифорнии вдали от всего здесь происходящего. А теперь, похоже, ты как-то умудрилась влезть во всё это здешнее дерьмо, да ещё и на опасном уровне. Боже, малыш, ты играешь с огнём. Ты сошла с ума?

— А ты? Ты, кажется, тоже влез туда же, — подчеркнула Джулия. — Послушай, Тэд, я не критикую, но ты здесь, вроде бы, шериф, и мне кажется, что ты закрыл глаза на…

И она кивнула на Хэтфилда.

— Что, чёрт побери, происходит, Тэд?

Лир вздохнул.

— Всё очень запутано, Джул. Я иногда не уверен, что сам это понимаю, но некоторое время назад мне пришлось сесть и серьёзно поразмыслить. Я должен был принять решение, кому я предан — нашему сообществу, нашим людям, с которыми мы здесь выросли, этому городу, нашему дому… или правительству в трёх тысячах миль отсюда, которому до нас нет дела, империи, которая никогда и ничего не делала для нас, только забирала наших ребят в свою армию и затапливала нашу землю иностранцами, чтобы набивать деньгами карманы людей в деловых костюмах. Людей столь безобразно богатых, что они не нуждались в том малом, что отбирали у нас, но они всё равно отбирали, потому что могли это делать.

Я решил делать то, в чём с самого начала дал присягу: защищать и служить людям округа Клэтсоп в штате Орегон. А не вести войну против некоторых из них от имени плохого и бездарного правительства. Это было нелегко, но мне повезло в том, что Зак и я отказались от некоторых методов. Мы с ним поговорили и нашли способ уберечь людей в нашем округе от всего этого ужаса. Во всяком случае, иногда.

— Я тебя не осуждаю, просто оказалось, что мне всё это трудно понять, — покачала головой Джулия.

— Ну а ты во что вляпалась? — потребовал ответа Тэд.

— Возможно в кое-что подобное тому, что ты делаешь здесь, — ответила Джулия. — Я здесь, чтобы попытаться остановить убийства, если удастся. Ты слышал, что происходит в Лос-Анджелесе с кино и развлечениями?

— Слышал, — мрачно подтвердил Лир. — СМИ твердят, что в этом участвовал Кот Локхарт. Нашли его визитную карточку в вечер вручения Оскаров.

— И я так думаю. Признаюсь, у меня есть личные причины быть здесь, Тэд. Они внесли меня в чёрный список и сделали так, чтобы я никогда не смогла снова устроиться на работу.

— Кто это «они», Джулия? — тихо спросил Хэтфилд. — Я это знаю, ты знаешь, Тэд знает, но мне действительно любопытно видеть, осмелишься ли ты произнести это слово.

— Хорошо, раз ты настаиваешь, евреи внесли меня в чёрный список! — выкрикнула Джулия. — И я не никогда не сказала бы этого, если бы вы, ребята, не создали всю проблему с вашими ружьями и бомбами!

— В точку! — засмеялся Зак. — Именно это — одна из причин нашего восстания. Даже если мы проиграем, и нас всех уничтожат, эти евреи никогда больше не смогут прятаться и притворяться, что они — точно такие же люди, как и все другие. Мы вышибем этих ублюдков раз и навсегда.

Она повернулась к брату.

— Хоть это звучит слащаво, Тэд, но я действительно хочу остановить убийства и спасти как можно большую часть Голливуда. Да, я сомневаюсь в содержании части выпускаемой продукции. Как и многие из нас, хотя долгое время мы не осмеливались говорить об этом. Возможно, теперь мы отважимся. Кто знает, быть может ужасные события, которые произошли, наконец, приведут к прекращению выпуска множества действительно грязных программ, и если да, то не могу сказать, что буду недовольна.