Чтение онлайн

— Одного я не люблю в этих фургонах, что приходится полагаться на электронные глаза, — сказал Кот Гарднеру. — Мне нравится окно, из которого я могу выглянуть, но штука в том, что окна подразумевают пассажиров внутри, а мы хотим, чтобы все думали, что здесь нет ничего, кроме белья.

Впереди сидел водитель, доброволец средних лет Джозеф Мор, одетый в синий комбинезон и синюю же бейсболку. Он и Кот могли переговариваться по двум дешёвым портативным радиостанциям, детским игрушкам из «Майти Марта», но достаточно хорошим для связи на короткие расстояния. Фургон был переделан и имел несколько встроенных специальных приспособлений, которые было трудно обнаружить при беглом осмотре на контрольно-пропускном пункте. По бокам и в задней двери были приделаны узкие откидные панели, чтобы вставлять в отверстие ствол винтовки и вести огонь.

Люк открывался вниз для доступа на крышу, как площадку для стрельбы, а кабина и стенки фургона были выложены пластинами из пуленепробиваемого литого бакелита, которые доказали свою надёжность и в то же время не настолько отягощали фургон как стальная обшивка.

— Ладно, порядок вот какой, — объяснял Локхарт Гарднеру. — Эти поездки «Апекса» служат в основном для разведки. Ты удивишься, как много разной информации можно получить, если просто ездить по городу, и мы много чего сообщаем в Третий отдел для анализа.

— Что, например, сэр? — спросил Гарднер.

— Не называй меня «сэр», я такой же доброволец, как ты, — хмыкнул Локхарт. — Можешь звать меня просто Джесси или Джесс. Или Кошкин Глаз, как теперь меня называют все подряд.

— Ну, если вы не против, я спрошу, почему ты не офицер, сэр, то есть Джесси? — неуверенно спросил Гарднер. — Ты — один из самых известных добровольцев, так почему ты до сих пор просто доброволец, так сказать?

— Меня всё время грозят повысить, но до сих пор мне удавалось удержать их от этого, — ответил Локхарт. — У меня нет желания напрягаться и нести ответственность. Я просто хочу быть здесь, на улице, стреляя в то, что нужно. Многие ребята хотят продвинуться в Добрармии, чтобы стать политиками или военными в нашей республике, и, по-моему, в этом нет ничего плохого. Люди всегда к чему-то стремятся, и мы не можем все быть мечтательными идеалистами. После войны я смогу вернуться в Асторию и снова буду выпивать, а, может, и нет. Я ещё не решил.

— Так какую информацию мы добываем? — сменил тему Гарднер.

— Просто всё интересное, что видим и слышим, — ответил Локхарт. — Как и кто ставит машину, что это за машины, где и кого достали «пухлые», и достаточно ли обижен этот человек, чтобы выручить нас в трудную минуту, какие помещения и владения опять пустуют, какие из них снова заняты, и кто туда въехал, места, где можно что-нибудь спрятать, да что угодно.

Но главным образом мы ищем любые возможные цели в любом месте маршрута и находим кое-что. В основном мы находим негров и мексиканцев, которые, благодаря программе по устранению расовой дискриминации, стали достаточно богатыми, чтобы попасть в некоторые из этих домов. Теперь они думают, что скрылись из виду, так сказать, потому что мы не будем на них охотиться на территории семьи Брэди. Мы также ищем всех, кого мы можем определить как имеющих отношение к полиции, правительству, средствам массовой информации и бюрократии, евреев, лиц, нанимающих любого из вышеперечисленных, одним словом всех, кого необходимо ликвидировать. Но если на улице перед нами не появится какой-нибудь действительно крупный зверь, вроде губернатора, генерала армии или в этом роде, мы сразу не стреляем.

Мы должны быть осторожными и запоминать всех плохих парней, которые ищут нас, как и мы их. Даже если мы видим негра или кого-то, кто, как нам известно, враг, мы не просто палим по нему, как делали раньше. Мы замечаем место, а затем отправляем группу разведки, чтобы изучить и уяснить обстановку, оценить на месте что и как, посмотреть, сколько их там, попытаться получить точное представление о том, кто они и насколько важны для общей картины.

Прежде всего, мы должны убедиться, что они не какая-то подстава ФАТПО. «Пухлые» начали использовать людей из нашего расстрельного списка в качестве приманок, с их ведома и разрешения или втёмную. Чёрные, гомосеки и расово смешанные пары в общественных местах, и тому подобное, пытаются соблазнить нас напасть на них в тот момент и в том месте, где нас ждут. Наши ребята в Сиэтле, Спокане и паре других мест попадались на этом. Но ещё не в Портленде, и я не стремлюсь стать первым. Если мы увидим на первый взгляд подходящего кандидата, то вернёмся после наступления темноты, на двух машинах и очень осторожно изучим весь район, местность, и вообще разузнаем всё, что сможем. Мы должны убедиться, что наш объект на самом деле живёт в том же доме, что и по нашим данным, или он действительно каждый день появляется в этом месте в такое-то и такое-то время, и что рядом с ним нет какой-нибудь недружелюбной компании.

— Похоже, это скука, — заметил Гарднер.

— Адски скучно, — согласился Локхарт. — Как и большая часть войны. Могу тебе сказать, что на следующей неделе у меня намечена небольшая поездка в Салем на охоту за либеральными законодателями, которые сейчас в штате Орегон находятся под угрозой исчезновения. Я возьму с собой тебя и некоторых других новичков, и посмотрим, нельзя ли добиться, чтобы этот вид вымер полностью. Ты и остальные могли бы сделать там свои первые боевые выстрелы.

— Ох… балденно! — воскликнул Гарднер.

— Сейчас первая остановка, ребята, — раздался голос Мора по детской рации.

— Понял, — ответил Локхарт. — Ну, когда Джо забирает вещи и отдаёт заказы, он должен открыть двери и уйти, оставив двери открытыми, чтобы любой видел, что внутри. Так что мы нырнём вот за эту вешалку просто на случай, если кто-нибудь из любопытства заглянет внутрь. Мы следим, что он делает у входной двери по компу и смотрим, с кем он говорит, а это будут в основном домовладельцы и женщины, но также проверяем весь дом и всё, что наши камеры могут увидеть при охвате в 180 градусов. Обращаем внимание на всё, что выглядит необычным, а это может быть что угодно от полицейской машины до чёрного или смуглого лица в окне, всё, что может представлять интерес для армии.

— Понял, — кивнул Гарднер.

В течение часа они вдвоём жались в кузове и наблюдали, как доброволец Мор привычно забирал и отдавал стираное бельё и одежду на плечиках из химчистки. Потом Коту позвонили на его мобильный телефон. Он поговорил с человеком на другом конце, а затем взял рацию.

— Джо, можем мы прерваться и попасть к 26 съезду с шоссе Барнса, быстро-быстро, не разозлив слишком многих клиентов «Апекса», которым нужно их нижнее бельё?

— Ага, мы можем заскочить обратно попозже и сделать несколько оставшихся остановок, — ответил Мор. — А что случилось, Кот?

— Мне только что звонили из бригады. Третий отдел узнал о посадке специального военного реактивного самолёта в аэропорту Портленда в 4 утра, прибывшего из неизвестного места, и эвакуации зала ожидания, всё очень засекречено, а позднее на вертолётной площадке Центра юстиции в пять утра сел вертолёт, возможно, из аэропорта Портленда. Теперь они сообщают о вражеском конвое, вышедшем из ворот Центра юстиции, по «Страйкеру» в голове и в хвосте колонны, плюс пара бронетранспортёров, предположительно набитых «пухлыми», один грузовик «Си-Эн-Эн» и один «Фокс Ньюс». В центре всего этого — группа из трёх штабных автомобилей, а также два боевых вертолёта ФАТПО в воздухе.

То, что штабных машин три, показывает, что они не хотят, чтобы мы знали, по какой из них бить, так что в одной из машин везут кого-то, кого мы захотим уничтожить. Похоже, нежданный гость. Они двигаются на запад по 26 федеральной, а Оскар хочет получить подтверждение. Не стрелять, только понять, сможем ли мы глянуть на них и понять, кого чёрт принёс, и что происходит, и тогда, возможно, мы сможем придумать, как испортить им праздник.

— Ладно, мы будем там примерно через четыре минуты, — сказал Мор. — Перед Медицинским центром Сент-Винсент есть большая подъездная дорога, и я могу проскочить по ней или остановиться.

— Может, туда они и направляются, — размышлял вслух Локхарт. — Не знаю, зачем. Я пытаюсь сообразить, где по пути они могли спланировать фотосессию. Джо, ты не смог бы попасть на автостоянку у Сент-Винсент?

— Без полного обыска — нет, потом там ворота, и они сейчас закрыты, Кот, — ответил Мор. — Бетонные стены, колючая проволока и антиснайперские сетки. Это больница, куда отправляют многих раненых «пухлых» и шишек ЗОГ, поэтому она так блокирована, с охранниками из «Блэкуотер» на этажах и «пухлыми» на внешней границе. Говорят, что они даже получили сдвоенную пулемётную установку калибра 12,7 мм, установленную на крыше, хотя это может и трёп. Даже если я обману всех, и мы припаркуемся, то не сможем оттуда выбраться, если дела пойдут хреново.